Уроки приручения, или Моя несносная команда. Часть 2 (СИ)

– Я хочу видеть тебя, – и тихой хрипотцой проговорил он. – Ты совсем не похожа на драконов. Такая… маленькая.
Он опёрся на локоть, нависнув надо мной крупным драконовским телом, и провёл большой ладонью по телу от ключиц до колен. Я смущённо закусила губу. Конечно, у меня нет тех пышных форм, которыми обладали драконицы. И ростом я хоть и выше среднего для человеческой женщины, но всё равно ощутимо ниже дракониц. У меня довольно скромная грудь, которая, в отличие от драконовских, не колыхается при любом движении, и которая позволяет даже не использовать белья. Моя талия не переходит так круто в бёдра и ягодицы.
– У тебя раньше не было девушек-людей? – неловко спросила я.
Даниэль покачал головой.
– Если честно, у меня вообще всё как-то…
– Скажешь, что у тебя плохо с девушками – не поверю.
Он мотнул головой, и я только теперь заметила, что он смотрит на меня с какой-то неясной жадностью.
– Бездна… Мне так нравится твоё тело, – прошептал он. – Никогда не видел… Такого хрупкого, такого…
Он не нашёл слов. Да и не нужно было. Я и так поняла, что он хотел сказать что-то хорошее. Уже поняла, что значит этот его взгляд. И радость захлестнула меня, а желание поднялось внутри новой волной.
Даниэль сбросил с себя майку и прижался ко мне, целуя. Чувствовать его тело, кожа к коже – это оказалось настолько приятно, что, казалось, можно заплакать от счастья. Что это за чувство? Нет, я не буду обманывать себя. О любви не может быть и речи. Любовь – это нечто особое, непередаваемое, высокое и таинственное. А сейчас я просто плавлюсь в его руках.
Ладонь Дэна неторопливо проходилась по моим рёбрам, опускалась к талии, прижимала меня к нему сильнее. Я обхватила его за плечи и потянулась к нему бёдрами. Он отстранился, тяжело дыша, и снова окинул меня потрясённым взглядом.
– Ты ведь видел меня уже, – прошептала я. – Когда Синтия сожгла на мне платье.
– Да, но тогда я так за тебя испугался, что совсем не думал о тебе, как о девушке. И не смотрел даже. Чёрт возьми, я думал совсем о другом.
– О чём?
– О том, что ты можешь заболеть, и о том, что Синтия выразительно пахнет ревностью и злостью. И о том, что тебе страшно, – Дэн уронил голову мне на плечо и прошептал, опаляя жаром мою кожу: – Прости, я тогда так растерялся, что даже ничего не сделал. Обещаю, я буду делать всё, чтобы тебя никто не трогал.
– Даже ты? – кокетливо уточнила я, и он поднял на меня смешливый взгляд.
– О нет, я тебя сейчас затрогаю!
Он приподнялся, снял штаны – последнее, что отделяло нас друг от друга, обхватил меня за спину и перевернулся так, что я оказалась сверху. Я только и успела, что вскрикнуть, а потом рассмеяться от неожиданности. Его твёрдый член оказался прямо у меня между ног, и чувствительной кожей я ощущала его целиком.
Я склонилась. Чувствительные, затвердевшие соски коснулись его груди.
– Мне страшно, – шёпотом призналась я. – Вдруг будет больно.
– Если не хочешь, мы не будем этого делать, – ответил он, сжимая мои ягодицы так, что я едва не стонала от пожирающего меня желания. Шёпот Даниэля снова коснулся моей шеи: – Но я же чувствую, что хочешь.
– Хочу, – слабо выдохнула я.
Он потянул меня за ягодицы, приподнимая их над собой, а потом я почувствовала, что его член уже упирается в меня, скользит головкой по слишком влажной промежности. Чуть направив его рукой, Дэн подался ко мне бёдрами – и я резко вдохнула. Он проник внутрь совсем чуть-чуть, но уже это заставило меня задохнуться от сильных ощущений.
Даниэль поймал мои губы и, одной рукой придерживая за затылок, стал медленно двигать подо мной бёдрами.
Я боялась пошевелиться. Вспомнились слова Маркуса о том, что я не смогла бы принять его сразу. Что нужна какая-то подготовка. Но останавливаться было уже поздно, и я тихо застонала, когда он стал входить глубже, постепенно раскрывая меня изнутри. Впилась кончиками пальцев в его плечи. Он дышал глубоко и прерывисто. Чуть приподнявшись, я увидела, как исказилось его лицо в остром наслаждении, как он закусил губу и будто полностью сосредоточился на том, что происходило между нами.
 
Медленно. Он двигался чуть выше и чуть ниже, выдерживая ровный, плавный ритм. Моё дыхание становилось всё глубже, всё надрывней. Я чувствовала, как постепенно растёт амплитуда его движений, а вместе с ней и наслаждение, которое окутывало меня с головой, в которое я погружалась, как в воду сильного, неторопливого океана.
Я ожидала ощутить боль. Но её не последовало. Ни в начале, ни потом, хотя он заполнил меня, казалось, до краёв, и я почему-то начала тихо всхлипывать.
– Шелли? – Даниэль подцепил пальцем мой подбородок и заглянул в глаза. – Что-то не так? Тебе больно?
Я замотала головой, но произнести вслух, описать словами то, что со мной происходило – просто не могла. Даже в самых смелых мечтах я не могла и отдалённо представить себе что-то подобное.
– Эй, может, нам стоит остановиться?
Снова отрицательно помотала головой и, опершись о его плечи, стала неуклюже, неловко двигать бёдрами, пытаясь подражать его движениям. Он усмехнулся. Обнял меня обеими руками – и я вдруг оказалась под ним.
– Просто расслабься, – шепнул он и поцеловал кончик моего уха.
Расслабься! Как вообще возможно расслабиться в такой ситуации?
Я обхватила ногами его талию. Даниэль начал двигаться, всё ещё неторопливо, но уже с большей амплитудой, отвлекая меня поцелуями каждый раз, когда проникал глубже. Я же не могла сдержать стонов наслаждения. И стало всё равно. Дело ли в феромонах керри или мне на самом деле так хотелось ощутить его – оно в любом случае того стоило.
Даже если больше никогда не повторится.
Пусть это будет первый и последний раз. Пусть я для него – простая человечка, которую он захотел под действием химии чужого мира.
Плевать.
Он вышел из меня почти до конца и остановился. Замер. С тихим стоном выдохнул.
– Что-то не так? – спросила я с лёгкой досадой.
– Сейчас кончу, – усмехнулся он. – Что ж так быстро-то…
– Феромоны, – хихикнула я в ответ.
– Так дело не пойдёт.
– Почему? – искренне удивилась я.
Разве не в этом цель всего действа?
– Потому что сначала кончить должна ты, – прошептал он мне на ухо и, повернув меня на бок, пристроился сзади.
Приподняв мою ногу, он снова вошёл в меня – и это было ещё чувствительнее, чем прежде. Потом скользнул ладонью ниже живота и нащупал влажный набухший бугорок.
Его движения, сначала слишком осторожные, постепенно стали увереннее и сильнее. Он одновременно проникал в меня изнутри и ласкал снаружи. Подчиняясь инстинктивному желанию и не прекращая стонать от наслаждения, я нашла собственные напряжённые, твёрдые соски и сжала их.
А потом почувствовала, как под его длинными пальцами стала нарастать безудержная сладостная волна – и не сдержала утробного громкого стона, когда всё тело начало содрогаться в самых приятных судорогах, а линии силы раскрылись, выпуская в пространство всю скопленную за день энергию.
Он стал двигаться быстрее, словно намереваясь довести меня до изнеможения от непрекращающегося томительного удовольствия, а потом вдруг остановился глубоко внутри и тоже стал содрогаться, хоть и куда менее заметно, чем я.
– М-м-м-м, – выдохнула я, закусив губу.
– Чёрт, это было быстро, – немного виновато улыбнулся он и поцеловал меня в шею с такой чувственностью, что я не смогла не обернуться, чтобы поймать губами его поцелуй.
– Это было невероятно, – выдохнула я, и Даниэль расплылся в широкой улыбке.
– Если бы на завтра не был запланирован матч, я бы предложил повторить ещё раза три, – прошептал дракон. – Но сейчас нам стоит помыться и пойти спать.
– Как думаешь, Маркус в номере?
– Не имеет значения, – Даниэль пожал плечами и, сев на кровати, оглянулся. – Здесь должен быть душ.
– У меня есть идея получше, – хитро улыбнулась я и, поднявшись на ноги, взяла Даниэля за руку. – Идём.