Предсказанная Война (СИ)

  
Глава 12. Началась война
 
— Значит, война… — прозвучал безрадостный вердикт. Все члены правящей династии собрались в приёмной короля Фингарда. До них доносились приглушённые звуки праздника, было слышно, как веселились гости, но настроение у родичей-правителей было ужасное. Все сидели угрюмые и серьёзные, как никогда.
— А мы только начали привыкать к спокойной жизни, — вздохнула Евдокия.
— Ну, делать нам нечего, — довольно жёстко произнёс Баш. — Нужно выслать войска как можно скорее, пока они не добрались до жилых мест.
— Собрать армию будет не сложно, — задумчиво проговорил Эдан, поглаживая небритый подбородок. — Недавно был летне-осенний созыв, почти вся армия собрана в столице и близлежащих деревнях. Понадобится около недели… хотя, нет, полторы недели, чтобы собрать всех…
— А если половина армии? — перебил король.
— Тогда меньше. В общем, армия скоро будет здесь, и мы сможем выступить. Ведь, через лес Перемещений можно сюда добраться за два дня?
— Да. На нашу армию можно потратить около трёх дней. Мы пройдём через несколько жилых мест и там по пути и будет сбор. На ожидание у нас нет времени. Остальные подтянутся через три дня, после чего мы и выступим.
Мария слушала это с таким подавленным видом, будто они уже проиграли. У неё болела голова. Мысли с ума сходили и мешались между собой, как рой бешеных пчёл. Она понимала, что поехать не может. Просто не имеет права, так как не может оставить страну и детей без опеки. А сидеть и ждать вестей с поля боя она не хотела — это было хуже любой пытки. Императрица понимала, что Кора не станет церемониться. Но в тот момент, когда она станет столь близка к своей цели, императрица хотела быть рядом с мужем. Но, ведь никто не докладывал о том, кто возглавляет племена… тут до неё донеслись слова:
— Элитариев оставим здесь — без охраны столицу королевства нельзя оставлять.
— Как и наших императриц и княгиню, — улыбнулся Володар. На это младшая царица подняла голову.
— То есть, мы остаёмся?
Баша передёрнуло, когда он встретился с ней взглядом. О, такого отчаяния и тоски в её глазах он не видел лет пятнадцать, если не больше. Король поспешил опустить взгляд, чтобы сказать то, что надо, твёрдо, чтобы не расстраивать жену ещё больше.
— Да, Маш. Так надо.
— Логично, — вздохнула царица. — Жаль только, что меня это ни капли меня не успокаивает.
У императрицы было очень подавленное настроение, а когда в голову приходили мысли о Коре, её и вовсе начинало грызть беспокойство. А может, лучше поехать? Аня-то с Эльвой остаются. Пока Эдан с Володаром обсуждали, как лучше и быстрее переправить войска из столицы Обена, царица вывела мужа в холл приёмной.
— Баш, ты уверен, что меня остаться? — она умоляюще на него взглянула. Король ласково улыбнулся, приобняв её за плечи.
— Родная, не волнуйся за меня. Всё будет хорошо. Да и, в конце концов, не вечно же тебе со мной ездить, — мужчина попытался пошутить, но королева даже не улыбнулась в ответ.
— Откуда ты знаешь, а? Кора никогда в жизни не упустит шанса отмстить, с чего она будет сейчас тебя щадить?
— Машка, — вздохнул Баш, — не начинай. Нам не докладывали о том, что именно она возглавляет племена. И я вообще сомневаюсь, что мы её увидим на поле боя.
— Тут и без доносов всё ясно, — рассердилась Мария. — Тогда возьми элитариев. Каждый из них стоит пятидесяти обенских солдат.
— Потому и не беру. Маш, я не могу вас оставить без охраны. Я знаю, что ты превосходишь в искусстве владения оружием всех элитариев, но — не обижайся — ведь и твои силы не безграничны, что тебя не раз подводило. Ты мне потом сама спасибо скажешь, помяни моё слово.
— А мне можно?
Муж и жена удивлённо уставились на возникших радом с ними из неоткуда Надежду и Андрея. Вопрос прозвучал из уст принца.
— Так, а не мал ты ещё, воитель? — спросила императрица, строго взглянув на сына.
— Нет, мам, мне же через полгода исполняется четырнадцать, а это — призывной возраст. Так что имею полное право.
 
— Вот через полгода и будешь иметь полное право, а на этот раз ты остаёшься дома защищать мать, тётушек и сестру, — заявил его отец, чем зарубил на корню всё желание отстаивать свою позицию у сына. Тот надулся, а Надежда удивлённо захлопала глазами.
— Как это «сестру»? Я разве тоже остаюсь?
— Да, — тут же ответила мать. Баш лишь пожал плечами в ответ на вопросительный взгляд дочери, мол, мать сказала — делай. — Тебя я тоже не отпускаю.
И сколько бы не старалась принцесса убедить родителей, это ничего не изменило.
Прошло-пролетело пять дней. В столицу бывшего свободного королевства стянулась половина армии летне-осеннего созыва (другую половину которой должен был привести Влад) и солдаты-фингардцы. Евдокия покинула столицу ещё шестого сентября, дабы разыскать и попросить помощи у Дранга, который теперь в одиночку заправлял порядком в империи, так как Горм ушёл из Обена уже лет пять назад. Настал день отъезда.
Во внутреннем дворе замка Чаяния собрались все ныне присутствующие там члены правящей династии. Надежда и Андрей с лестницы наблюдали, как горячо прощаются их родители, как сдержанно, но с неменьшей тоской прощались Анна с Эданом, как тихо и в то же время доверчиво и горестно прощались князь и княгиня Велиграда. Принцесса опустила глаза, чувствуя, что ей становится тяжело смотреть на это дальше. Её грызло что-то, что она не желала никому рассказывать. Но когда она встретилась взглядом с Александром, бывшим царевичем Ямлеза, то все сомнения отступили. Она улыбнулась, когда его чуть с ног не сбили Элдор и Мэлдор, которые очень невовремя решили проехаться наперегонки, тогда как остальные братья и сёстры короля Фингарда спокойно ждали, когда брат и остальные тронутся в путь.
И вот наступил момент, когда все слова прощания были сказаны, объятия прерваны, и Баш, Эдан и Володар вскочили в сёдла. В последний раз бросив взгляд в сторону родных, они выехали со двора. Императрицы и княгиня сбежали с лестницы, провожая их взглядами. До них донеслось заливистое пение: старший император завёл песню. Её подхватили вскоре и остальные, и воздух ещё долго оглашал стройный хор голосов. Потом стало тихо, и тоска, до этого висевшая в воздухе, сменилась тревогой.
Ближе к вечеру, королева Фингарда зашла к дочери в комнату, но её там не было. Платье, в которое принцесса была одета днём, лежало на кровати, а меч и вооружение, что хранилось у Надежды в сундуке, пропали. Царица со вздохом покачала головой. Что ж, пусть её хранит теперь Царь. Ибо уехала она уже далеко.
Мать принцессы села на край кровати, теребя ткань наряда дочери и долго так сидела, задумавшись о чём-то своём, пока не почувствовала, как об неё трётся что-то мягкое и тёплое. Фил, раскатисто урча, успокаивал подругу. Его тяжёлая голова легла к ней на колени, а руки царица зарылись в мягкую яркую шерсть. Настала тишина. Замок постепенно готовился к ночи.
  
Глава 13. Убийство расы
 
Хриплый стон вырвался у Гонара, когда кто-то пнул его в живот. Глаза он не мог открыть из-за яркого света костра, горевшего прямо рядом с ним. Все раны на теле взорвались ужасной болью. Сбоку раздалось какое-то гортанное ворчание и смех. Раздался неприятный звук — зверолюд с головой ястреба стал щёлкать клювом. Зверолюды о чём-то начали спорить на своём языке, когда их прервал столь ненавистных оборотню голос: безумный и мягкий.
— Тихо!
Настала звенящая тишина. Гонар услышал мягкие шаги, и Кора встала между ним и костром, выжидающе глядя на связанного израненного наследника Радужных драконов. Принц титаническим усилием приоткрыл веки, с трудом различая силуэт женщины.
 
— Что тебе надо? — хрипло и очень тихо произнёс он. Ведьма смерила его надменным взглядом и подала знак двум зверолюдам, чтобы те подняли пленника на ноги. Они незамедлительно исполнили приказ, но дракон был настолько слаб, что его продолжали держать под руки, чтобы он не рухнул. Подавив стон от новой волны боли, принц с вызовом взглянул на ведьму. Та улыбалась.