Запретный атрибут (СИ)
Назвав на входе необходимые пароли, авантюрист, который бывал в Посёлке до этого, уверенно повёл отряд под землю. Кто и когда отправил всех троих в объятия морфея было совершенно непонятно, но очнулись они пленниками самого настоящего лича. Первым делом всех троих избили слуги высшей нежити, после чего к допросу приступил сам «Биг-босс». Допрос, однако, не успев толком начаться, закончился освобождением.
По словам Брега, слухи, что в Посёлке сидит разная нечисть, ходили и до этого. Несмотря на разговоры, а то и вещи поконкретнее, место всё же считалось безопасным. Если человек соблюдал местные традиции и не гнал бучу на ровном месте, ничего не мешало ему благополучно в город попасть и не менее благополучно его покинуть.
Далее авантюрист предположил, что лича привлекла эльфийка, из-за которой он и рискнул пойти ва-банк, нарушив местные традиции.
— М-да, — выслушав подобие отчёта, нахмурился Антон. — Я, скажем так, слегка виноват перед вами, — обращаясь к троице, произнёс он. — Единственное моё оправдание: из-за отсутствия должного знакомства с этим местом, я не сразу понял, что порядки здесь ощутимо изменились. И надо было не шляться по городу, полночи решая свои дела, а сразу же озаботиться вашей судьбой. В моей же голове рисовалась ложная картина, что вы отсыпаетесь в одной из местных таверн.
— Шляться полночи? — приподнял брови Брег.
Точнее попытался приподнять, застонав от боли в потревоженном ушибе.
— Ночью здесь комендантский час. И нарушать его я бы не рекомендовал даже тёмному Архимагу, — пояснил авантюрист, с любопытством посмотрев на Антона.
В стенах трапезной имелось целых четыре двери. Одна выходила на улицу, остальные три вели на этажи — два верхних и подвальный этаж. Каждый этаж имел свою лестницу и попасть на него можно было только по ней.
Не дав Антону пояснить суть своих ночных похождений, дверь подвального этажа распахнулась, пропустив в помещение трапезной невысокого, но при этом необычайно крепкого и широкоплечего молодого человека. Кстати, не того, которого я видел вчера.
Не лишним будет отметить, что вчера за поздним ужином Антон пояснил, что «молодому человеку» солидно за тридцать и что борода у гномов начинает расти ближе к сорока.
Следом за гномом, у которого, стоит заметить, на поясе висела окованная железом дубинка, в трапезную вошли две румяные низкорослые барышни.
Женщины у гномов, как оказалось, были вполне себе нормальными женщинами, разве что излишне крепкими и невысокими. Этакие круглолицые полногрудые Матрёны. Вполне симпатичные, но такие, что заинтересовать мужчин-людей могли лишь с большой голодухи.
Одна из девушек, а перед нами, по замечанию всё того же Антона, были именно молоденькие девушки, несла самый настоящий самовар. В руках второй имелась большая плетёная корзина. Подойдя к столу, барышни, похихикивая, принялись тасовать тарелки и обновлять стол.
Больше всего внимания работницы уделили мохнатому словно медведь Брегу и стройной Элианоре. Эльфы, судя по всему, были для них в диковинку.
Меня, Грина и Антона, как следовало из бестактных хихиканий подавальщиц, записали в «неинтересных недокормленных мужчин».
Менее чем за минуту грязная и лишняя посуда со стола исчезла. Взамен неё появился упомянутый самовар, чашки и большая миска с румяными ароматными пирожками.
Свершив данное гастрономическое действо, гномы исчезли в том же порядке, в каком и появились: пропустив сестёр на лестницу, гном с дубинкой закрыл за собой дверь.
— А что здесь делают гномы? — страдальчески прогнусавил Грин.
Объяснение выдал Брег.
— Их в Посёлке много, семей двадцать. Текущие владельцы города наняли их для восстановления и ремонта. Здесь всё из камня и сделано очень хитро. Обширный подземный ярус, на котором мы успели побывать, канализация, сложная система вентилирования. Короче, дел для коротышек хватает, да и с местными они уживаются. Гномы вообще со всеми уживаются, пока платят хорошо. У-у-у… Торгаши бородатые. Вон, целый дом им выделили, а они утрамбовались и гостиницу открыли.
— Третий этаж тоже их, — пояснил Антон.
Брег ворчливым тоном добавил:
— И всё же, я не очень понимаю какого хрена здесь происходит. Полгода назад местный воздух пах по-другому. Запашка мертвечины в нём не было.
— Всё просто, — пожал плечами Антон. — Недалеко от Посёлка появился новый Лабиринт.
— Да ты что?! — подивился Брег. — Хотя, чего это я возбудился? — поморщился он, пояснив. — Не люблю я эти Лабиринты. Слишком многое в них зависит от удачи. И, кстати, Лабиринт не объясняет отчего всякая нечисть распоясалась. Тоже мне, заделали себе королевство, — недовольно проворчал авантюрист.
— Очень даже объясняет, — пожал плечами Антон.
— И каким это образом? — удивился Брег.
— Простейшим, — принялся объяснять Антон. — Лабиринт, судя по всему, богатый. Основная добыча с него оседает в городе. Получив дополнительный прибыток, местные воротилы купили маркиза Гри, которому поручено за этим местом присматривать. Ну как купили? Теперь его глаза закрыты ещё крепче, а отчёты выглядят ещё красивее. Мол, бедная дыра с десятком тёмных магов средней руки и сотней-другой добытчиков-авантюристов. Прибавьте к этому то, что до ближайшего крупного города пять дней пути, три из которых необходимо идти по магическим землям. Да и начавшаяся война, я уверен, внесла свои коррективы.
— Ох не знаю. И что они с добычей из лабиринта делают? На хлеб мажут или в закрома складывают, пока не сгниёт? Всё тащится и в тот же Совиборг или Давигард и в них же и продаётся, — не унимался авантюрист.
— Скупка осуществляется прямо здесь, товар уходит напрямую в столицу. Два раза в месяц в город заходит воздушное судно. Забирает добычу и ингредиенты, выгружает провизию и товары. Само собой, всё неофициально, — пояснил Антон.
— Охренеть, — на этот раз вполне искренне поразился Брег. — Всё течёт, всё меняется, — пробормотал он.
Грин, который успел прикончить пару пирожков и которому, похоже, надоело жить со сломанным носом, решительно прогнусавил:
— Если нет серьёзных дел или тем, то нам надо к целителю.
Произнеся это, старик требовательно уставился на авантюриста.
— Точно! Целитель, — словно проснулся здоровяк и зачем-то схватился за грудь, застонав в процессе.
— Дуйте к целителю, — превратил Антон предложение в указание. — Ты, — взглянул он на Грина, — нужен мне здесь к полудню. Кто-то у нас будет сегодня изучать магию. По крайне мере, теоретическую её часть, — перевёл он взгляд на меня.
Со стороны Грина раздалось возмущённое сопение человека, вспомнившего то, что забывать никак не следовало.
— Помощники лича отобрали у меня оставшиеся флаконы с «Сияющим разумом» и часть препаратов заодно, — виновато пробубнил он.
— Здесь к обеду, — строго произнёс Антон. — А ты… — вернулся он ко мне. — Ты пока сходи прогуляйся по городу. Занятное, надо заметить, место.
— Но… — не нашёлся я что возразить на одновременно стрёмное и очень привлекательное предложение.
— Иди, иди. Я нашёл тебе серьёзное сопровождение. Такое, что и в обиду не дадут и о любом местным кирпиче расскажут. А я пока схожу с кое-кем пообщаюсь.
— Не связывались бы вы с Личем. Опасное это дело, — покачал головой Брег.
— Очень культурно, — приложил Антон руки к груди. — Исключительно попросить, — задушевно продолжил он. — Так сказать, воззвать к совести. А вы знали, что у Личей есть совесть? Нет? Значит вы её недостаточно хорошо искали…
***
Король королевства Ленграм — его величество Зельдер Фах Ангерот, тихо ненавидел своего главного геополитического оппонента. При этом королевскую ненависть пронизывала липкая ядовитая зависть. Такая, что можно было смело утверждать: король в первую очередь завидует и лишь во вторую ненавидит.
И если бы кто-то из подданных Зельдера узнал, что ненависть к Биену связана вовсе не с военной агрессией Империи, он бы очень и очень удивился. Но на благо короля, как и на благо самих подданных, никто не знал, что его величество люто завидовал почти абсолютной власти своего имперского коллеги.