Запретный атрибут (СИ)

Далее же произошло нечто совершенно неправильное.
— Вас что, двух дебилов, ни на секунду оставить нельзя!? — голосом Антона рявкнула женщина.
А после произошло странное. Словно отключившись, она опустилась на пол. Тело её начало быстро чернеть и буквально разваливаться на части. Броня, кожа, волосы осыпались на камень, оставляя лишь общие очертания обугленного тела.
Кряхтя, Грин принялся подниматься с пола. Я же удивлённо взглянул на лежавший на полу пистолет. Назвать моё состояние нормальным нельзя от слова совсем. Сплошной аффект и при этом аффект недобитый. И всё же убийство троих людей тронуло во мне удивительно мало душевных струн. Возможно, дело здесь в обстоятельствах и в праве каждого на самозащиту.
— Сергей, ты же сейчас кровью истечёшь? — заохал подковылявший ко мне старик.
И правда. С рукава правой руки на пол обильно капала кровь. Она же, судя по ощущениям, напитывала нательное бельё в месте, где метательный нож пробил грудную пластину брони.
— Ну ничего, потерпи. Это явно авантюристы, у них при себе должно быть всё необходимое, — оживился старик.
Произнеся это, он достал из ножен на поясе кинжал и направился к стонущему от боли и страха раненому.
Одни из нападавших, тот, которому отрезало ноги, всё ещё был жив. В пылу битвы он успел отползти к стене и сейчас вокруг него натекала большая лужа крови.
Подойдя к раненому, Грин осмотрел его, поморщился и растерянно взглянув на кинжал в своей руке, вернул его в ножны. Судя по затихшим стонам, помогать или добивать более не требовалось.
Сейчас я могу уверенно сказать одно. Мне в этом мире не нравится! И в день, когда всё это станет для меня привычным, однозначно стоит напиться.
  
Глава 11: Нежданные гости
 
Напавшие на нас люди оказались довольно хорошо снаряжены. При этом, основное своё снаряжение они оставили недалеко от этого места. Там, где начинался основной коридор лабиринта — метров пяти шириной арочный тоннель со множеством ответвлений.
По словам Грина, вёл упомянутый туннель в так называемый «главный зал этажа» и чтобы попасть на этаж ниже, необходимо было идти вовсе не к главному залу. Переход находился в одном из неприметных ответвлений, а так как конфигурация Лабиринта периодически менялась, даже свежие его карты не могли уверенно сказать в каком именно.
И вот, спустя примерно полчаса после кровавой стычки, я был по-человечески перевязан и напоен обезболивающими и регенерирующими препаратами. Последние имели побочный стимулирующий эффект, от которого моментально расхотелось спать. Но и бегать, скажем так, я был не готов, отчего разместившись на трофейном спальнике, пожёвывал чужие галеты и поглядывал на взволнованного старика.
Закончив со мной, Грин занялся странным. Он взволнованно расхаживал по залу что-то бормоча под нос и периодически зависал словно 95 винда. Один раз вокруг него ненадолго вспыхнула пелена защитного барьера. В другой старик ненадолго пропал, став невидимым. А вот он солидно добавил света, призвав и убрав яркий магический светлячок.
Похоже «Остапа понесло» тестировать вернувшиеся способности.
Осознав, что это клиника и надолго, я обратился к Грину:
— Кольцо…
— Что, прости? — растерянно остановился старик.
— Ты должен использовать кольцо, — напомнил я.
С видом человека, забывшего снять с таймера атомную бомбу, Грин охнул, запыхтел и торопливо полез во внутренний карман мантии. Достав заветное кольцо, он немедленно надел его на палец, после чего растерянно уставился на меня.
— Что? — не понял я его взгляд.
— Я волнуюсь, — жалобно пролепетал Грин.
Какое-то время я изучал товарища противоречивым взглядом. В голове моей возникла догадка, что всё же имеется в этом мире нечто средневековое. А именно, боязнь человека прыгнуть выше отведённой ему обществом роли.
Но это, скажем так, лишь мои предположения.
Решив в ситуации подразобраться, я поинтересовался:
— Скажи, а зачем вообще всё это нужно было? В смысле Лабиринт, Эликсир и элирум?
 
— Всё просто, представитель гильдии посредников не ответит на зов того, кто ниже уровня Пика. Пик — обязательное минимальное требование для вступления в гильдию, — объяснил старик.
— А почему Антон сам не использовал кольцо?
— Я думаю, точнее даже уверен, что он страхуется. Членство в гильдии — это не только преимущества, но и обязанности. А ещё необходимо заключить особый контракт. Ходят слухи, что с его помощью Посредники узнают о тебе многое, если не сказать всё. Как минимум, они всегда знают где ты находишься. Антон, вероятно, хочет использовать меня как «карманный телеграф», — расстроился Грин.
— Так пошли его подальше, — предложил я, подумав правда, что после вложенных в старика ресурсов подобное уже не вариант.
— Да ты что! Член гильдии посредников! Это же такой престиж и возможности! — возмутился Грин.
Вместо ответа я одарил собеседника скептически-уничижительным взглядом.
— Да, да, ты прав. Но представь себе, для меня всё это большая внезапность. За гранью самых смелых мечтаний, — вздохнул Грин, после чего закрыл глаза.
Признаться, я уже смирился с наличием в этом мире магии. Точнее, неожиданно быстро она перестала казаться мне чем-то сверхъестественным. При этом, я наделил местную магию некой логикой. Законом сохранения энергии что ли. Когда всё связано и имеет определённые ограничения.
Но вот воздух в паре метрах от старика заколыхался и пошёл беловатыми клубами. Пространство исказилось, после чего на высоте примерно метра от земли возник голубоватый овал «окна». Из пространственного смещения на Грина смотрел высокий худощавый человек в чёрной мантии и в белой простой маске на лице.
Короче, произошло откровенное колдунство, вроде телепортации или материализации предметов.
(Тогда я ещё не знал, что передо мной недоступная человеку «божественная магия»)
Грин запыхтел и стушевался. Осмотрев старика, человек в окне огляделся, после чего взглянул на меня. В глазах его читались сомнения. Вероятно, он привык общаться с куда более солидными парнями.
Как человек, из которого уже успели выбить солидную долю нерешительности, я с видом сытого бегемота кивнул на Грина, после чего коек-как показал Посреднику большой палец. Мол, дружище, у нас есть блэк-джек и… В общем, много чего есть.
Не знаю, поняли ли мой жест, но человек в окне обратился к старику на местном. Начался разговор, из которого я не понял ни слова, пусть пару раз прозвучало имя Антон Сит.
Спустя несколько минут разговора, приободрившийся старик обратился ко мне на русском:
— Уважаемый посредник говорит, что в моём случае для заключения контракта необходим свидетель. Так что дальше мы будем говорить на понятном тебе языке. В конце ты должен подтвердить, что я заслушал условия и что они были сформулированы в ясной и доступной форме.
— Если подписи ставить не надо, то я двумя руками за.
Про подписи это вроде как шутка с долей шутки. Увы, но обе мои руки слушались меня плохо. Этот чертов пистолет заряжен не порохом и явно сделан из чего-то покрепче стали.
Человек в маске перешёл на русский язык. Стоит заметить, что Грин и Антон говорили на русском с акцентом. Антон вот говорил хуже, периодически перевирая ударения и слова. При этом наш лидер в каком-то смысле был поразителен. Просто слушая как говорю я, он ненормально быстро улучшал свои языковые навыки.
А вот Посредник владел великим и могучим возможно даже лучше, чем я сам. При этом голос его обладал глубиной и какой-то нечеловеческой чёткостью.
— Членство в гильдии посредников, — начал он, — требует от человека взвешенности, собранности и чувства меры. Пусть связь с нами не является абсолютной тайной, за неразумное распространение информации о членстве, вы скорее всего будете исключены из гильдии.
Сделав паузу, мужчина в маске продолжил:
— Как человек состоящий в гильдии менее пяти лет, вы получите право вызвать посредника не чаще одного раза в месяц. Точнее, вы можете делать это и чаще, но контакты сверх нормы производятся на усмотрение посредника. Также вы должны чётко понимать, что для связи с ним необходима разумная причина.