Академия чаросвет. Тень (СИ)
Похоже, форма академии ее не обманула. Я кивнула, но, спохватившись, добавила:
– Была. Если во мне есть свет, то я уже не тень, так?
Хмыкнув, она достала из ящика металлический кругляш и протянула мне. Я взяла его и послушно прижала ко лбу, как делали те двое у таверны, но ректор выразительно закатила голубые глаза и пояснила:
– Просто подержи в руках и отдай.
Когда я, сгорая от стыда, положила перед ней кругляш, тот засветился краешком сектора.
– Девять. Еще хуже, чем можно было предполагать, – скорбно пробормотала она и, взяв тонкую ручку, нарисовала девятку прямо в воздухе.
Цифра вспыхнула и улетела куда-то к потолку, и я провела ее взглядом. Странно, когда мой чаросвет измеряли те двое в черном, уровень вроде был выше…
– Итак, – ректор обратила на меня холодные голубые глаза.
– Мэдерли Эванс, – поспешно назвалась я, но, кажется, мое имя ей было ни к чему.
– Тебе выпал уникальный шанс, – равнодушно продолжила женщина, и не подумав представиться в ответ. – Редкий и драгоценный. Но если ты не сумеешь им воспользоваться, то поедешь назад, в сумеречную дыру, откуда тебя принесло каким-то неведомым ветром. – Уголки ее губ брезгливо поджались, будто этот ветер еще и вонял. – Вопросы?
Щеки загорелись, словно мне влепили пощечину.
– По поводу проживания, – все же выдавила я. – Комендант определила меня в комнату, но…
– Не хочу даже слушать, – отмахнулась она. Выудив из ящика стола листок, положила передо мной. – Вот учебный план и расписание. Книги получишь в библиотеке. Все вопросы по поводу комнат и бытовых проблем – к коменданту. Понятно?
– Да, – ответила я, забирая у нее листок.
Хотя я вообще не понимала, отчего она так на меня взъелась. Неужели только из-за того, что я решила, будто ректор – мужчина?
– На всякий случай поясню подробнее, – сказала ректор, поправив на шее цепочку, на которой сверкнул кулон в форме кошечки. – Каждому студенту академии присваивается рейтинг: уровень света плюс десять баллов сверху. За любой проступок, оплошность, драку баллы могут сниматься, но преподаватели не злоупотребляют этим правом. Все же в академии учат чарам, а не манерам. А вот за плохую учебу: за каждую заваленную контрольную, неподготовленный доклад, пропущенное без уважительной причины занятие – баллы снимаются незамедлительно. Ноль – пора домой.
– Подождите, – нахмурилась я. – Но ведь это нечестно. Получается, если у чара уровень света высок, то ему можно всякое…
– По-моему, очень честно, – пожала она плечами. – Академия не станет тратить средства на недоучку, в которой едва теплится свет. Не сдашь хоть один экзамен – вылетишь отсюда как пробка.
Кивнув, я сдавленно пробормотала прощание и выскочила из кабинета. Нашла библиотеку на карте и пошла следом за желтым огоньком, который был моей путеводной звездой в лабиринтах коридоров и мостов.
Все очень плохо. Комендантша получила взятку и уж конечно не станет меня переселять. Ректор – злобная стерва, которая с удовольствием подпишет приказ о моем отчислении при первой же возможности. Мой уровень чаросвета где-то на дне, а Себастиан… Чего от него ждать, я пока не понимала.
Я привыкла считать, что чары – это силы света, застава от тварей ночи, воплощение добра. А теперь словно попала в кривое отражение реальности, где те, кто должен защищать, кусаются похлеще монстров. Быть может, это потому, что на свету все становится заметнее, и любое уродство не скрыть. Но факт – мои иллюзии разбились вдребезги.
В библиотеку я явилась, кусая губы, и бесконечные ряды шкафов, заставленных книгами, расплывались у меня перед глазами.
Библиотекарь был невысоким, с забранными в хвост черными волосами. Две белые пряди, идущие от висков, делали его похожим на бурундука. Серый пиджак сидел мешковато, словно купленный на вырост, а непроницаемо-темные очки закрывали глаза. И по тому, как библиотекарь повернул ко мне голову, будто прислушиваясь к шагам, я поняла, что он меня не видит.
– Новенькая? – спросил библиотекарь, протянув руку левее от меня, а его ноздри чуть дернулись.
– Точно, – ответила я, вручив ему список предметов. – Ой, погодите, я прочитаю…
Но мужчина качнул головой и провел по строкам кончиком указательного пальца, который слегка засветился.
Я тем временем запрокинула голову, чтобы позорные слезы, выступившие из глаз, закатились обратно. Ничего страшного не произошло. Меня приняли в академию, мне дали все необходимое для учебы и проживания, и главное – у меня есть задание, о котором нельзя забывать.
– Ты из Сумерек? – спросил библиотекарь.
Ну вот, даже слепой отличает меня от других. А я еще всерьез надеялась затеряться в толпе.
– Как вы догадались?
– По запаху, – сказал он.
Я сконфуженно перекинула хвост через плечо и понюхала волосы. Я ехала в экипаже пару часов, а Пайк дымил трубкой всю дорогу. Надо было принять душ.
– Ты пахнешь лесом, – пояснил библиотекарь. – Влажный мох и цветы, и немного ягод. Еще махоркой тянет, но вряд ли это твоя вина. В целом, довольно приятный аромат.
– У вас странный вкус, – пробурчала я.
– Мне и раньше говорили это, – согласился он.
– Раз уж вы решили меня обнюхать, то и я могу перейти границы приличий, – сказала я, и мужчина усмехнулся.
– Валяй.
– Вы совсем не видите?
– Совсем.
– Но работаете в библиотеке.
– Наблюдательная, – похвалил он меня. – Далеко пойдешь.
– И как же вы собираетесь искать все эти книги, что мне нужны?
Он поднял правую руку, направил указательный палец на один из рядов, и книги одна за другой выскочили из полок и, сделав круг под потолком, слетели на стол стаей птиц.
– Впечатляет, – признала я, разглядывая учебники.
Открыв верхний, пробежалась глазами по строчкам общей истории шести великих домов. Не удержавшись, заглянула вперед и нашла дом Альваро. Черный пес на гербе скалил острые зубы, а за его спиной вставало солнце. Не жалкие три луча, как рисовали у нас в Сумерках, а полный круглый диск.
– Ректор сказала, что я все равно завалю экзамены, – наябедничала я, листая страницы.
– Может, и не завалишь, – оптимистично ответил библиотекарь. – По статистике, сумеречные заканчивают академию с баллом выше среднего. Хотя на первом курсе и правда срезается больше половины. Твой отец светочар? Или мать?
– Я не знаю, кто мои родители, – честно ответила я.
– Понятно, – произнес мужчина и, к счастью, не стал углубляться в расспросы. – Давай-ка пройдемся по плану. По каким предметам ты имеешь представление?
Очень скоро выяснилось, что все еще хуже, чем я предполагала. Стопка учебников все росла, библиотекарь вошел в раж. Книги летали туда-сюда по библиотеке, чудом не сбивая хрустальную люстру, которая жалобно позвякивала сверкающими подвесками.
– Вот здесь только самая суть прорицания, – пояснял мужчина, любовно поглаживая тонкую методичку. – Но для начала хватит. А тут наиболее полная история возведения солнечного рубежа, – книга была толщиной с кирпич, – но это скорее для дополнительного чтения.
Дополнительного? Я с ужасом посмотрела на растущую гору учебников, с трудом представляя, как вообще донесу все это до башни.
– Можно мне обойтись методичками по всем предметам? – жалобно попросила я, но библиотекарь как будто меня не услышал.
– Что касается траво и твареведения, то без энциклопедий никак, – продолжил он, сгружая мне два тома, один ядрено-зеленый, другой – в кроваво-красной обложке. – А по архитектуре света я бы посоветовал труды непревзойденного Генриха Вилфрида. Они весьма обширны, но…
Он вытянул руку, и где-то в глубине библиотеки что-то грозно загрохотало.
– Хватит! – взмолилась я, и библиотекарь, словно опомнившись, повернулся ко мне.
– Ну, хватит так хватит, – миролюбиво произнес он, сжав пальцы в кулак, и еще одна стая книг развернулась на подлете и упорхнула назад.
– Спасибо, – угрюмо сказала я, складывая учебники и понимая, что точно вылечу.