Маньяк по субботам
Кот оказался около крысиного хода. Два сильных врага в упор смотрели на него, примеривались и пугали. Старшая крыса положила колбаску на снег и куснула своего солдата — это был приказ — вперед! Злобная крыса открыла рот, окрысилась, показывая зубы, побежала и прыгнула, стараясь напасть сверху. Кот знал — крыса больно кусает. Он поднялся навстречу и на лету ударил ее когтями. Крыса шлепнулась, поднялась и снова прыгнула. Но Елисей уже вскочил и так ударил, что прямо в воздухе располосовал ей бок. Затем напал сам и одним укусом прикончил.
Старшая крыса в эго время сунулась в свой ход, но застряла. Тогда задом полезла в щель и потащила колбаску за собой. Кот подоспел, когда виден был еще кончик колбаски, зацепил ее когтями и так рванул, что колбаска вылетела вместе с вцепившейся в нее крысой. Упасть на землю крыса не успела, в головокружительном прыжке кот поймал ее и ударом лапы располосовал живот. Крыса завертелась, завизжала, упав на лапы, бросилась на кота. Елисей отпрыгнул в сторону, ударом лапы разодрал ей бок, угостил ее несколькими быстрыми ударами, прижал к земле двумя лапами и сделал смертельный укус.
Кот посмотрел на поверженных врагов, затем стал ходить взад и вперед, видимо, успокаивая нервы. Кончик хвоста его мелко дрожал.
Усатый хозяин кафе, все еще держа швабру, как ружье, выглянул из низочка, увидел, что его враги недвижимы, крикнул рыжему на дереве:
— Слезай и поучись! — затем подошел ко мне. — Это ваш котище меня спас?.. Почему она прыгнула мне в лицо? Сумасшедшая?
— Это была крыса-солдат, ее работа — драться.
— Я боялся в кафе применить яд — сам отравишься. А крысоловки эти твари хитро обходили. Они яйца свежие у меня воровали — одна обнимала яйцо лапками и ложилась на спину, другие ее тащили по ступеням. А мой кот их до смерти боится. Они разом на него напали и покусали. Продайте мне вашего кота.
— Не продается, — гордо отвечал я. — Национальное достояние России, редчайшая старинная порода, лучший охотник в Европе.
— Будет свободное время — приходите в кафе с котом, — пригласил усач. — Угощение за мой счет…
К часу дня кассир Копейкин привез деньги.
— Постарайтесь найти со скорняком общий язык, — пожелал он мне, — и давайте поскорее закончим это неприятное дело.
— Надеюсь на здравомыслие Левитина, — ответил я, — он мне кажется человеком новой формации, с которым можно договориться.
Все было тщательно продумано. Через двадцать минут быстрой ходьбы я притормозил на Краснопутиловской у дома 24, вошел во двор.
Мы разработали два варианта. Если скорняк пойдет на контакт и откроет тайны получения кошачьих шкурок, то я ему отдам деньги сразу. Откажется говорить — постараюсь доставить к нам на Стачек, 126, где им займется Грай. Деньги должны были служить дополнительным аргументом, если моих слов окажется недостаточно.
Минута у меня ушла на то, чтобы пройти по двору до двери в полуподвал. Три ступеньки вниз, я рывком открыл дверь и… увидел человека, которого никак не ожидал здесь встретить — сержанта Петренко из уголовного розыска нашего Автовского районного отделения милиции. От неожиданности я сделал шаг назад, но Петренко пробасил:
— Всех впускаем, никого не выпускаем. Пришел — заходи.
Я начал лихорадочно соображать: что делает здесь сержант из бригады по расследованию убийств? И выпалил первое, что пришло в голову:
— Вы здесь случайно?
— Я по службе, а вот зачем вы пожаловали?
Неужели я опоздал? И наше кошачье дело так круто завернулось, что жулик перепугался и начал торопливо заметать следы?
— Что здесь случилось, скажите, Петренко?
— Сначала вы ответьте, что вам здесь надо.
— Я пришел к Сергею Левитину. Позовите его, пожалуйста. У меня с ним должен состояться конфиденциальный разговор.
— О чем вы с ним собирались потолковать, выкладывайте.
— Я… я должен посоветоваться с Граем, прежде чем ответить вам.
— Значит, вы ведете свое расследование?! А откуда вы узнали? Труп Левитина найден только сегодня утром, при нем не было документов, и мы с трудом установили, кто этот человек.
— Я не знал, что он мертв, я шел к нему, чтобы получить сведения по интересующему нас вопросу.
— Это не ваше ли расследование помогло ему так окончить жизнь?
— Что с ним произошло, если это не тайна?
— У пас с вами договор — обмениваться информацией по этому делу. Так что сначала вы говорите.
— Есть договор, но я должен поставить в известность Грая.
— Идет. Тело нашли мальчишки-лыжники сегодня в десять утра в Шуваловском парке. Его привезли, очевидно, на машине и сбросили с высокого переезда в незамерзающий ручей. Эксперт-криминалист считает, что он убит вчера вечером от двадцати до двадцати трех. Его сбила тяжелая машина и проехала по голове.
Я еще недостаточно привык к убийствам, к покойникам, все это меня сильно шокировало. Вчера я только разговаривал с Сергеем, а сегодня — он уже лежит в морге.
— Вы кого-нибудь подозреваете, Петренко?
— Никого. Я этим делом занимаюсь с утра.
— Вам удалось узнать, куда он ходил вчера вечером?
— Я только что говорил с женой. Она в шоке. Сообщила, что эту мастерскую они обстроили в долг, все держалось на его сказочном трудолюбии, и теперь все полетит кувырком… Он ушел в девять вечера. Кто-то принес ему записку, он завернул в бумагу шубку из кошачьих шкурок, сказал, что не знает, во сколько вернется. Теперь ваша очередь выкладывать информацию.
— Сейчас, не торопитесь, дайте позвонить.
Петренко отдернул желтую занавеску, и мы подошли к окну, у которого стоял большой стол закройщика, а в уголочке примостился телефон. Рядом, на облезлой тахте, сидела женщина. Я ее узнал только по широким золотым перстням, за сутки сна превратилась в старуху с безумным взглядом.
Она, вероятно, кинулась бы на меня, но у нее не хватило на это сил.
— Наденьте скорее на него наручники, — зашептала сна. — Я узнала его, это убийца, — и показала на меня пальцем.
— Вы его узнали? Когда вы его видели?
— Его зовут Виктор Крылов, он вчера приходил сюда и выглядывал и высматривал, предлагал большие деньги за что-то. Мужу пришлось взять нож, чтобы выгнать его. Это он убил, больше некому, у нас не было врагов. Наденьте же на него наручники, я боюсь его!
— Постарайтесь не волноваться, Левитина, сядьте, — он подал вдове стакан воды, — прилягте, постарайтесь уснуть… Я хорошо знаю Виктора, я сильнее его, сейчас он позвонит по телефону, я его арестую и уведу.
Петренко теперь несколько иначе смотрел на меня, видно, ее слова подействовали, он как-то напрягся, я увидел, что он стал осторожнее.
Не хотелось мне звонить при этой женщине, но иного выхода не было. К счастью, Грай оказался на месте.
— Слушаю, — ответил он.
— История с русскими голубыми обостряется. Сегодня утром в Шуваловском парке в десять утра ребята-лыжники нашли тело Сергея Левитина. Он сбит машиной и, вероятно, привезен туда и сброшен с мостика на шоссе в незамерзающий ручей. Убили его вчера вечером где-то от восьми до одиннадцати. Сержант Петренко вместе с капитаном Головатовым ведет дело, следов никаких не обнаружено.
— Вот дьявольщина! Я чувствовал, что дело осложнится.
— У меня тоже было такое впечатление. В скорняжной мастерской я встретил сержанта Петренко, он пришел на десять минут раньше и требует, чтобы мы поделились информацией.
— Так расскажи ему.
— Все с подробностями?
— Да, в этом деле они нам союзники, ничего не скрывай.
— Не забудьте покормить кота, да и мне что-нибудь оставьте, вдруг сержант надолго задержит меня.
Я повесил трубку и показал сержанту глазами на вдову.
Петренко отвел меня в кухоньку, отделанную легкой перегородкой, там был стол и две табуретки.
— Садись, — сказал он и достал из нагрудного кармана блокнот.
— Знаете, как выглядит кот породы русская голубая? — спросил я.
Он вытаращил глаза.
— Дайте блокнот, нарисую…