Хроники Рассвета. Игра началась

– Да, как вот ты отправил меня за тетрадью.
– То есть, ты намекаешь на то, что я тобой управляю? – загремел голос старика.
– Нет, это была бы шиза. Полная.
– Что была?
– Неважно. Ну так вот ты выполняешь задания, получаешь очки опыта. Потом они меняются на очки навыков, когда ты достигаешь какого-то там уровня.
– Надеюсь, речь не об интеллектуальном уровне? Потому что в твоем случае все «так себе».
– Нет, просто уровне.
– Все, запутал! За-пу-тал. Здесь тебе не игра. Нет очков. Я тебе предложил два варианта оценки. Словами и числами. Ты сделал выбор, знаешь, какой ты. И кто ты. Но имя Бавлер… так себе, на самом деле, – поморщился старик.
Да ладно там имя! Отшельник запутал меня какими-то странными цифрами!
 
Глава 16. Основные правила
 
– К черту имя. Мне плевать, как ты меня называешь.
– Могу Дерьмом Дерьмовичем, – тут же нашелся Отшельник.
– Нет, не плевать.
– Верное решение, – кивнул хозяин лачуги.
– Так, все же поясни мне, откуда ты взял цифры? Что тут за правила?
– Правил нет. С чего ты взял, что в этом месте вообще есть какие-то правила?
– Но ты ведь от чего-то отталкивался, когда оценивал меня? Ты же не просто посмотрел на меня и такой, – я вскочил и подпер подбородок: – «Бавлер, я видел до тебя тысячи людей, и ты на их фоне на троечку!»
– Вообще-то примерно так оно и бывает, когда ты оцениваешь людей. Сперва смотришь – хороший. Потом видишь еще лучше. Потом еще и еще.
– И первый становится плохим? То есть, если появится кто-то еще, – я видел, что Отшельник уже открыл рот, чтобы ответить, но я все равно перебил его, – то мои цифры снизятся???
– Не цифры, а числа. Это во-первых, – собеседник едва сдерживался, но все же проявлял недюжинное терпение в отношении меня. – Во-вторых, как ты можешь понять – ты здесь один.
– Не один, а с тобой. Ты сам говорил, что долгие годы жил здесь в полном одиночестве, а теперь появился я. Со своей сообразительностью на троечку.
– Ты так про это говоришь, точно это плохо, когда я сказал тебе, что три из десяти – в принципе нормальный показатель. С пятью из десяти отлично учатся, с шестью – заканчивают университеты.
– А ты много людей так оценивал? – полюбопытствовал я, все еще не понимая персоны Отшельника.
– Достаточно.
– Ну сколько?
– Если я скажу, что десять тысяч?
– Много… – восхитился я. – А это правда?
– Нет. Я не помню, сколько точно, но наверно это число больше десяти тысяч, все-таки.
– Так, ладно. Значит, правил здесь никаких нет?
– В жизни разве есть правила? – усомнился Отшельник. – Неизбежны только две вещи: смерть и налоги. Здесь нет государств.
– Почему?
– Дойди до ближайшего и спроси, почему им не нужен этот кусок земли. Если дойдешь, не забудь вернуться, чтобы дать мне ответ. Очень интересно самому узнать, как я живу годы на ничейной земле и никому до сих пор оказался не нужен.
– Ну вообще в жизни есть правила, – я с опаской посмотрел на Отшельника. – Избегать ядовитых животных и растений, мыть руки, соблюдать гигиену – это же все с детства. Но я про ограничения этого мира. Знаешь, как бывает иногда, если лень создать естественное ограничение, делают его тупым и искусственным. Например, я могу не уметь плавать и утону в той реке, о которой ты говорил.
– Самая бессмысленная кончина, – прокомментировал старик. – Влезть в воду, не зная, умеешь ты плавать или нет.
– Ну вот я про такие правила. Что ты узнаешь, что не умеешь плавать, и тонешь. Или просто не лезешь в воду.
– Не умеешь – научись. Что мешает?
– И что, всему, чего я не умею, здесь можно научиться?
– Можно, – кивнул Отшельник. – У меня есть пара книг. Может, когда я тебе буду доверять больше, то и получишь их. Уж на то, чтобы читать, мозгов тебе точно хватит. Не обижайся, это не в укор тебе.
– Да куда уж тут… Получается, здесь можно все? – взволнованно спросил я.
– Все, но не сразу. Да и времени у тебя особо не будет.
– Почему?
– Июнь походит к концу. Мне надо залатать крышу, пока не начались дожди. Инструмента очень мало, но надо успеть. Силки почти всегда пустые. Очень мало мяса, да и хранить его почти негде – погреб осыпается. Его надо бы укрепить, но я боюсь, что тогда моя хижина рухнет. Мне бы не помешала твоя помощь на первых порах. Ты сильный и это – твое главное преимущество на данном этапе. Может быть – это главное преимущество на всю твою жизнь, Бавлер.
 
– Я не против помочь. Но у всего этого есть какая-то цель?
– Не знаю, а какая может быть цель у жизни? – задал Отшельник философский вопрос.
– Понятия не имею, – ответа на такие вопросы я точно знать не мог. – У всех разные. Кто-то богатым стать хочет. Кто-то властным. Кто-то детей делает. Или счастливым становится. А цели в жизни все равно не видит. Или видит их много, но не может определиться со своей, наверно, я не знаю!
– Ответ, достойный моего вопроса, – улыбнулся старик. – Я же не зря оценил тебя так. Хороший ответ, правда. Вот я здесь живу уже бог знает, сколько времени. Но не уверен, что вижу перед собой какую-то цель. Умереть просто так в лесу, вдали ото всех – не хочу.
– Хочется вернуться назад?
– НЕТ! – воскликнул Отшельник громко. – НЕ хочу!
– Что, там, откуда ты пришел, все было очень плохо?
– Даже не хочу вспоминать, что там было! Основные правила я тебе рассказал. Их вроде бы как и нет, но жизнь никто не отменяет, как и смену времен года. Поэтому уже пора готовиться к зиме. И еще бы надо подумать насчет инструментов. А то следующий год мы точно не переживем. Так ты согласен мне помочь?
Я уже хотел крикнуть, что согласен, но сперва решил спросить:
– А еда будет?
– Будет, – Отшельник снова улыбнулся.
Я растянул губы в ответ, искренне порадовавшись тому, что пару базовых потребностей я только что закрыл. Есть, чем питаться, и собеседник рядом. Хоть и ворчливый.
А под остальные правила всегда можно подстроиться.
 
Глава 17. Все же не вместе
 
– Думаю, что на сегодня ты узнал достаточно, – сказал вдруг Отшельник и захлопнул тетрадь.
– У меня еще есть несколько вопросов! – с легкими нотками возмущения я затребовал еще времени старика.
– Мне кажется, ты меня не слушал. У меня очень много дел, да и я, к тому же, очень устал от твоей компании. Но, – вздохнул он, – давай свой последний вопрос.
– Ты посмотрел на силу и ловкость, а что насчет атаки и защиты??
Отшельник похлопал глазами, глядя на меня:
– Ну, скажем, ты не первый человек, который задает мне подобные вопросы. Могу тебе сказать на данном этапе нашего с тобой знакомства, что и то, и другое – производные параметры, которые зависят от очень большого количества условий. И от твоих основных навыков, и от, раз уж ты выбрал численные показатели, цифр. Так что в каждом конкретном случае нужно смотреть отдельно.
– А сейчас?
– Сейчас твоя защита нулевая, – фыркнул Отшельник. – Я метнул нож тебе между ног, а ты даже не пошевелился. Был бы ты ловким ближе к десятке – успел бы пошевелиться.
– Ближе к десятке? – я в ужасе округлил глаза.
– Да, ловкость влияет на то, как ты можешь уворачиваться, бегать по пересеченной местности…
– А лес?
– Лес вокруг моей хижины – ни разу не пересеченная местность. Она хоть и с оврагами, но там почти нет упавших деревьев, а кусты достаточно редки. Оббежал – и все.
– Так, Отшельник, погоди. С защитой, допустим, я понял. Мои грязные шмотки…
– Кстати, о твоих грязных шмотках – постирай их, пожалуйста. Когда ты пришел ко мне в первый раз, я еще мог стерпеть твой внешний вид, но, если ты и дальше будешь приходить ко мне, заросший слоем грязи, я тебя попросту не буду принимать.
– Но… – я беспардонно ткнул на низ рясы Отшельника, которая волочилась по земле и имела соответствующий цвет.
– Зато комары не кусают, – отшутился старик. – Но здесь, – он провел руками от самого низа почти что до плеч, – все чистое.