Следуй по пути из лепестков персика (СИ)

«С каких пор Гу Мин Мэй начала так мастерски обладать ораторским искусством? Откуда такое красноречие? Барышня Гу всё время такой была?» — продолжал изумляться и обомлевать наследный принц Цзы Лун.
* * *
Ли Цзы Лун, пройдя в свою личную библиотеку, увидел на столе незнакомую деревянную коробку, и насторожившись, огляделся в поисках каких-либо доказательств о личности проникшего.
— Нин Сян! — строго и быстро позвал он.
В комнате моментально появился молодой человек со строгим суровым лицом, таким же, какое было и у его хозяина. Ещё он имел чёрные, как смоль, жёсткие волосы, собранные в свободный высокий небрежный хвост, опускающийся чуть ниже плеч, и короткую небрежную чёлку, зачёсанную по возможности на бок; одет в ханьфу тёмных цветов чёрного и фиолетового, с удобным для воина халатом до колен. В руке юноша держал массивный длинный меч с позолоченной рукоятью.
Обнаружив отсутствие реальной опасности, он быстро сложил впереди руки и легонько поклонился:
— Ваше высочество.
Наследный принц качнул головой в сторону постороннего незнакомого предмета.
Тот, кивнув, принял распоряжение, и подойдя к столу, осмотрел шкатулку, открыл защёлки. После, достал из-за пазухи средней длины кинжал, поддел и скинул им крышку.
Молодые мужчины, не увидевшие вылетающих отравленных стрел, ядовитых насекомых или взрывающегося пороха, заглянули внутрь и рассмотрели там сдобу. Внешний вид этой выпечки был не совсем им знаком. Сверху на ней виднелись иероглифы, искусно и точно выведенные на каждой неизвестной булочке, по одному.
— Что-то чудное, — проговорил Нин Сян.
Цзы Лун подошёл и прочитал надпись, что была начертана на странной выпечке:
— Простите, — и подпись, — Гу… Мэй, — раздумчиво растянул он последние слова. — Проверь, — распорядился принц Ли Лун.
Страж достал небольшой тканевой свёрток из за пазухи, а из него серебряную иглу:
— Вы думаете, что барышня из семьи Гу способна на такое?
— Вряд ли, кишка тонка. Но это может быть кто-то, кто в курсе наших плохих отношений, — проговорил Ли Лун. — Как она бы, благородная девица, не знающая боевых искусств, прошла внутрь, если у дверей стоял стражник?
Этой длинной иглой юноша проткнул несколько раз все булочки по очереди. Так же поочерёдно, смотря на часть иглы, что была опущена в выпечку, не потемнела ли:
— Внутри них нет яда, — сделал вывод молодой личный страж.
Наследный принц достал свой шёлковый платок, сложил его так, чтобы получился один острый уголок. После, протёр той частью дно коробки, поднимая каждый кекс, и крышку, и место вокруг коробки, и под ней, не прикасаясь к ним. Личный страж для этого приподнимал вещи в одетых перчатках. Затем, Цзы Лун опустил эту часть платка в пиалу с водой, которую к этому времени уже успел налить Нин Сян. Выждав немного времени, страж опустил в воду рядом с платком серебряную иглу, достал и осмотрел:
— Чисто.
Ли Цзы Лун задумчиво сел в низкое деревянное кресло. Пока Нин Сян проверял на наличие яда все предметы на столе наследного принца, тот размышлял:
«Это действительно она принесла или кто-то по её просьбе? И как это понимать — она извиняется и тут же грубит, грубит и тут же извиняется? Её странные непонятные знания, возникшие из ниоткуда, тоже заставляют задуматься. Расчёт высоты ворот, чудные изобретённые новые вещи, красноречие, талант в стихах, поведение… Как я должен ко всему этому отнестись?»:
— Как вообще барышня Гу или её сподручный проникли в мой кабинет? — проговорил он вслух. — Здесь что, проходной двор? Запрет на посещение этого места распространяется на всех! А она входит сюда, как к себе домой! Как она смеет заходить на мою территорию, когда захочет⁈ Что она после этого ещё пожелает здесь сделать, спалить всё дотла⁈ — возмущался наследный принц.
— Ваше высочество, дальнее окно открыто, значит, эту комнату покинули через него, — проговорил его помощник, вынырнувший из недр помещения. — Но внутрь, через окна не могли, они были заперты.
Ли Цзы Лун в ответ кивнул на входную дверь. Нин Сян, понимая, кивнул в ответ и исчез в дверном проёме. Личный страж скоро вернулся, ведя за шкирку дворцового стражника, и после толкнул его к месту перед столом наследного принца.
 
Стражник сложил руки и поклонился:
— Я чем-то провинился, ваше высочество?
Нин Сян сильно ударил приведённого им мужчину по ногам сзади, ребром меча в ножнах, и тот, не ожидав такого, упал на колени и немного скривился от боли. После этого, на лице провинившегося дворцового стражника появились паника и испуг, мужчина снова сложил руки и пугливо поклонился:
— Ваше высочество, прошу, помилуйте меня! Какую я допустил ошибку?
Наследный принц на эти трепыхания смотрел спокойно, высокомерно и холодно, почти ни одна эмоция не проскользнула по его лицу:
— С кем ты в сговоре, кого ты пропустил сюда, пока меня не было? — сурово и холодно спросил Ли Цзы Лун.
— Ваше высочество, я бы не посмел! Никого! Да будет Будда моим свидетелем! — с нотками паники в голосе проговорил стражник и снова поклонился, уперев ладони в пол. — Я бы не посмел!
Нин Сян вынул меч из ножен, и сердито сжав челюсти, поднял подбородок испуганного мужчины плоской стороной оружия.
— Ваше высочество, помилуйте, я невиновен! — ещё более перепуганно залепетал допрашиваемый. — Ничего странного не происходило!… Принцесса! Её высочество, принцесса Цзинь Хуа! — вспомнил стражник. — Это единственное, что произошло из важного.
Нин Сян убрал оружие от шеи мужчины и резко бросил обратно меч в ножны, а наследный принц Цзы Лун продолжал вопросительно смотреть на допрашиваемого, и тот не заставил себя долго ждать.
— Её высочество принцесса Цзинь Хуа проходила мимо и упала. Попросила меня о помощи, я не посмел отказать, — стражник снова поклонился наследному принцу. — После подошла барышня из семьи Гу вместе с личной служанкой, Гу Мин Мэй, и сказала, что поможет принцессе дойти до нужного места, а я сразу же вернулся к дверям!
— Ясно, — сухо и сердито проговорил Ли Лун.
— Ты же всё равно должен был следить за входом. И сразу позвать кого-нибудь на помощь принцессе, — раздражённо и гневно отчитал его личный страж наследного принца.
— В министерство наказаний его. Двадцать плетей и двадцать палок, — распорядился Цзы Лун, положив ладонь на стол.
Стражник дворца представил, как после плетей его будут бить палками по ягодицам и голой спине, и не факт, что попадутся сострадательные служащие:
— Помилуйте, ваше высочество! Простите меня! Пощадите, я сделаю всё, что вы захотите! — запричитал мужчина, сложив уважительно руки. — Я буду всегда вам верен!
Наследный принц ухмыльнулся с холодком:
— А сейчас что, ты не был верен?
Провинившийся стражник перепуганно отрицательно замотал головой:
— Я всегда верен вам!
— Я и так тебя пощадил за твои проступки, ты слишком жаден, — подытожил Цзы Лун. — Ты обещал сделать ради меня всё, что мне будет угодно? Ладно. Я запомню твою клятву. Двадцати плетей достаточно.
Нин Сян увёл провинившегося стражника, а тот всё ещё продолжал хвалить наследного принца и клясться ему в верности.
«А что делать? Меня столько раз пытались сжить со свету, что поневоле будешь излишнее осторожным… Я уверен, что в смерти моей матери виновата нынешняя императрица и министр Се… Только после покушений ниточки всегда обрываются и заводят в тупик… Я могу только догадываться, кто стоит за этим, у меня нет улик…»
— Это ж надо было до такого додуматься, подписать выпечку, чтобы принести извинения, — проговорил про себя Ли Лун и скорчил скептическую гримасу. — Посмотрим, на какие выдумки ты ещё способна… мелкая… Гу. Простить тебя? Как же… Сначала столько раз искалечить моё достоинство, а потом, булочки и прости? И всё? Ты так просто не отделаешься, — в его груди колупало нутро чувство раздражения и обиды поражением. — Пока ты не принесёшь мне свои извинения лично, и не подумаю проявить снисхождение и простить.