Группа крови на рукаве. Том V (СИ)

Под чемпионат определили зал в Хобоконе — он был побольше, чем клуб в Квинсе, туда влезло десять рядов стульев для публики по периметру октагона и даже деревянная площадка, куда установили видео-камеру местного нью-йорского телеканала WNY.
— Федеральные все отказались без денег освещать — развел руками Майк. Директор UFC приоделся, нацепил на себя костюм и галстук, побрился до синевы. Даже и не сказать, что три месяца назад он крутил баранку и мечтал пересесть на трак поновее и посовременнее.
— Ничего — отмахнулся я — Потом в очереди будут стоять и локти кусать. Ты вот что. Подпиши с этим WNY договор на переуступку авторских прав. Чтобы пленочку нам потом выдали и мы могли ее сами использовать, где хотим.
— Продадим телеканалам?
— Зачем? Свой откроем!
Это новость поразила Майка, да так, что он открыл рот и забыл его закрыть. Всю встречу с приехавшим чуть позже нас Элио Грейси он помалкивал, переваривая перспективы, которые открываются перед UFC.
Отдуваться на переговорах пришлось мне одному. Как и сбивать цену, которую заломил Грейси за свое участие в турнире. Бразилец хотел не только увеличить призовой фонд с пяти до десяти тысяч долларов, но и пытался изменить правила. В партере можно не минуту возиться, а десять. Что было не три раунда, а пять. Выстраивал все под свое джиу-джитсу. Пришлось искать компромисс. Призовой фонд поднял — благо деньги были, а вот партер договорились после долгих споров ограничить двумя минутами. И сделать три раунда по пять минут.
Честно сказать, я уже пожалел, что пригласил этого усатого бразильца с космическими запросами. Почти час Грейси втирал мне про свой «супер-бой» с японцем Кимурой по правилам смешанных единоборств в 51-м. Я же напирал на зрелищность — мол бои будут показывать по ТВ, вон уже и помост для камер сделали, ну кто будет смотреть часовую возню на канвасе? Да и транслировать ее тоже в прямом эфире нормально невозможно. Должна быть возможность рекламных вставок. А их дают перерывы между раундами. Нет рекламы — нет спонсоров — нет денег.
В остальном договорились быстро. Очки жюри по боксерской системе, проигрыш техническим нокатутом и нокдауном, никаких добиваний в голову ногами, прыжков на лежащих, выдавливание глаз и кадыков, вырывание волос и укусов — за это сразу дисквалификация. В пах обязательно ракушку, в зубы — капу. Одежда любая — хоть кимоно, хоть голый в шортах. Все судить будет наш экс-тренер по боксу — Гарри Голдинг. Его Грейси знал — где-то пересекались раньше — поэтому никаких проблем с кандидатурой судьи не возникло.
Помимо денег — победитель получает позолоченный пояс, предусмотрели и небольшие призы для вторго и третьего места. Весовая система у нас уже была — ее я просто без обсуждения довел до Грейси. Тот подозрительно быстро согласился.
— Чего это он так быстро все подписал? — удивился я, когда Элио ушел
— Ясно почему. У нас сетка только для тяжеловесов набралась — больше ста килограмм. Он уже заявился сам на завтра. Думает легко выиграет и заберет себе десять штук. Развел нью-йорских дураков на бабки. Для Бразилии это огромные деньги.
— Да и для Штатов большие — вздохнул я, потребовал показать мне заявки.
Семь человек. Не густо. Зато большое разнообразие стилей. Элио Грейси от джиу-джитсу, сумоист Канакава, боксер Уилли-младший, борец-грэпплер Фаулер, саватист Бернанже, тэквондист Вон и… знакомые все лица — Гилли из города Ангелов. Представляет каратэ, новый стиль Сётокан.
— Завтра прилетает с утра — Майк увидел, что карандаш остановился напротив Гилли — Раньше не мог
— Смелый! Без подготовки, акклиматизации…
— Нужен восьмой участник — директор пожал плечами как бы намекая, что не его дело советовать Гилли как готовиться к чемпионату — Тогда у нас получается 4 пары, полуфинал и финал. Управимся за часа три, четыре. Это если с отдыхом.
— Врача найди — я задумался, начав на автомате обводить фамилию Грейси. Вот хоть убей не хочу, чтобы он взял первое место. Выбесил своей надменностью. Черный пояс, все дела… Попытался закинуть удочку насчтет тренерской работы в Нью-Йорке, так нет — выпятил губу, 50 учеников в додзе Грейси ходит в Бразилии. Не хуй с горы, профи!
 
— А сколько у нас учеников уже? — поинтересовался я у Майка, рисуя вокруг Элио могилу и надгробие
— Сорок два человека — директор зашуршал бумагами — Платных десять. Но я им всем запретил пока участвовать в чемпионате
— Это почему же⁇ — удивился я
— А ну как проиграют в первым раунде? Да еще нокаутом… Это же нам антиреклама!
Тут Майк был прав.
— Хотя были желающие, даже на первоначальный взнос собрали денег с запасом.
— Какой он, кстати?
— Пятьсот баксов
Получается, что почти половину главного приза мы отбиваем взносами. Остальное я легко покрою из денег Уолтона-старшего.
— Приличные деньги. Много отсеялось по причине финансов?
— Да уж прилично. Были сильные бойцы, особенно среди каратистов.
— Тогда вот что… Запиши ка меня тоже — я достал бумажник, отсчитал Майку пять Франклинов
— Но сэр! — директор аж привстал со стула
— Нам нужен восьмой боец для сетки?
— Нужен! Но если вы проиграете?!?
— Придется рискнуть.
Я встал, потянулся. Хрустнул пальцами. Мне предстоял тяжелый вечер — надо было быстро подготовиться к завтрашнему чемпионату.
  
Глава 22
 
«Здравствуйте товарищи! Начинаем утреннюю гимнастику» — уже третий день мне снится одно и то же. Передача Маяка, я в Союзе, начинаю гимнастику. Ноги на ширине плеч, наклоны…
— Это у тебя так ностальгия по Родине проявляется — с умным видом на утренней пробежке заявляет Незлобин — Скоро будут сниться матрешки, балалайки…
Огонек держит умное выражение лица недолго — начинает ржать.
— Ага и все Золотое кольцо чохом — поддерживаю шутку я
— Какое кольцо?
— Да тут прочитал в журнале Советская культура…
— Ты читаешь Советскую культуру?!?
— Что присылают в резидентуру, то и читаю! — огрызнулся я
— Ну так и что там?
Приехав по заданию газеты «Советская культура» во Владимирскую область, в город Суздаль — я начал делать отжимания, попутно рассказывая о прочитанном — журналист Юрий Бычков придумал кольцевой туристический маршрут, который мог бы объединить старинные русские города.
По его задумке, выехав из Москвы, можно было посетить Владимир и Суздаль, далее следовать в направлении Костромы, а из Костромы возвратиться в Москву, но уже другой дорогой — через Ярославскую область, что позволяло посетить Ярославль, Ростов и Переславль-Залесский.
По возвращении в Москву он написал цикл очерков о поездке. Очерки публиковались под общим названием «Золотое кольцо». Само это название также придумал Юрий Бычков.
— В отпуске скатаюсь — покивал Незлобин — Кстати, жена уже спрашивала. Мол, когда?
С женами была проблема. Качали права, интриговали друг против друга, настраивали нужным, а точнее ненужным образом мужей. Ну и хвастали друг перед другами покупками, нарядами… Уже случилось два скандала в семьях с битьем посуды. Ильясов-младший посадил суженной фингал, пришлось разруливать, заводить в отряде подобие гауптвахты. Куда, как я чуял Ильясовы просто пропишутся. Молодые пары, привычка распускать руки… Как бы не пришлось кого-то отправлять в Союз. Припугнул конечно, как следует, но подействует ли?
Еду на тан-ке,
Ви-жу ко-ро-ву,
Мимо нас, вокруг спортплощадки побежали «земляне». Американцы на ломанном русском, подняв автоматы на вытянутых руках орали новую кричалку:
В шап-ке-ушан-ке,
С ро-гом здо-ро-вым.
Здрав-ствуй, ко-ро-ва,
Как по-жи-ва-ешь?
Do you speak English?
Чё об-зы-ва-ешь?
— Полгода даже еще не отработали! — ответил я Незлобину, смахивая снег с лица. В Нью-Йорке опять начала брать права ранняя зима, снова шел снег. И он уже не таял.
— Орел, как друга прошу! Отпусти хотя бы на недельку родственников повидать. Жена дятлом дыру в черепе продолбила