Какого биджуу я теперь волшебник?! (СИ)

Затем мы снова «резались» — я дал свою кровь Кибе и глотнул его — терпкую и немного жгучую. После заживления ранок забрался на холку своего пса и сжал его ногами.
Просить о том, чтобы он попытался меня почувствовать, не было нужды, Киба на самом деле меня чувствовал и стал ведомым, а я ощутил себя единым целым с ним. Может быть, это кровь так подействовала, не знаю, но все лишние мысли были отброшены.
— Думай о доме, — приказал я, складывая печати и чувствуя подхвативший нас вихрь магии.
* * *
— Всё получилось! — нет, я, конечно, не сомневался, что всё получится, но не каждому дано увидеть ещё один мир.
До этого я был только в мире кошек — замке Нэкомата, горе Мьёбоку — мире жаб, мире шиноби, в прошлом одной сгинувшей цивилизации, хотя это всё же скорее был наш мир шиноби. И в мире волшебников и магглов. Паккун — ниндзя-пёс наставника Какаши, который любил потрепаться, ещё рассказывал о своём собачьем мире, но это явно был не он.
Тут было тепло, почти жарко, — в этом наши с Кибой желания явно совпадали. Целых два солнца — одно из которых было красным, освещали равнину с сероватой растрескавшейся землёй и редкой растительностью. Вдалеке виднелись чёрные скалы, а ещё дальше несколько корявых деревьев с тёмными стволами и редкими серебристыми листочками. Вообще мир был словно припорошен пеплом. Краски тусклые — особенно в сравнении с миром жаб или мантиями Хигэканэ. Хе-хе.
В скалах обнаружились пещеры и бьющие родники. По крайней мере, вода тут была, и это уже очень даже неплохо.
Для ритуала привязки Кибы и к этому миру пригодилась кровь единорога. Мы очертили «круг призыва»: серая земля была достаточно твёрдой, но легко поддавалась кунаю. Я вычертил сложный фуин-якорь, только под размерчик цербера, потом смешал его кровь и половину того, что я собрал с Хацуюки, а затем заполнил получившиеся желобки печати. С этого момента для Кибы создан прокол между нашими мирами, он сможет перемещаться туда и сюда. Но кровь единорога магически сильнее моей, а значит, домом Кибы будет это место.
Может, он сможет стать сэннином, собирая природную чакру…
«Я… чувствую это место, — заявил мысленно мой цербер, — словно пометил его…»
— Так и должно быть, — успокоил его я. — Это будет твоим новым домом. Я иногда буду призывать тебя к себе, если мне понадобится твоя помощь, а ты сможешь приходить ко мне или призывать меня, если помощь понадобится тебе. Тут намного больше места, чем в той комнате. И ты не будешь сидеть на цепи. Не здесь, по крайней мере, — уточнил я.
Настал черёд моих свитков, с помощью которых я собирался немного облагородить будущий дом для своего трёхголового друга.
Предполагая нечто подобное, я попросил Невилла раздобыть семян разных трав и кустиков, неприхотливых и съедобных. Так как ещё одними обитателями данного мира я собирался сделать кроликов. Их у меня имелось около десятка: после пасхальных каникул я использовал их для предварительной проверки всех своих теорий фуиндзюцу. Не отправляться же в такой карман наобум! Кроликов мне несколько раз покупал в выходные в Хогсмиде Дэниел — я честно сказал, что экспериментировал с ними, и давал галлеон на следующую «партию».
Семян было много, целый свиток. Все они были завёрнуты в кулёчки и подписаны. Невилл, наверное, подумал, что я собираюсь тёте их отдать или летом буду мега-клумбу разводить. Кажется, он не только попросил у профессора Спраут, но и из дома выписал. В нашей «ритуальной чаше» я развёл в воде пару капель крови единорога, соорудил небольшую «грядку» — с помощью куная взрыхлил землю — и посадил некоторые семена, поливая своей «живой водой». Через час, когда мы вернулись с Кибой после «посадок» — он рыхлил землю лапами, а я развеивал повсюду семена — на первой «грядке» ёршиком стояла зелёная травка. Вот это настоящие чудеса! Я догадался трансфигурировать один из камней в лейку и сделал ещё немного «живой воды», поливая землю с посажеными кустиками и всякими травками недалеко от пещер.
 
По крайней мере, кроликам на первое время будет чем питаться.
Треть оставшейся крови единорога я использовал, чтобы сделать «ключ мира» — он нужен для того, чтобы составить свиток Договора. Банку помыл в источнике — может, каким-нибудь целительным станет или всё лучше расти будет. Всё же магия единорогов удивляет и восхищает.
По ощущениям первичная разведка, обустройство, посадки, создание привязок, заняла около шести часов. К этому времени в тех местах, где я поливал чудо-водой, появилась уже довольно приличная трава. Наверное и в Запретном Лесу на месте пролитой крови что-то выросло или наоборот — концентрация слишком высока и вырастет только после дождя, когда кровь Хацуюки размоет…
— Киба, мы возвращаемся, — свистнул я псу, который, кажется, хотел пометить все свои новые территории. Цербер, свесив все три языка, с топотом прибежал ко мне. Как мало для счастья надо — побегать вволю.
«Возвращаемся?!» — кажется, Киба чуть расстроен.
— Да. Придётся вернуться. На время. Но сначала я оставлю тут кроликов. Когда ты вернёшься сюда, тебе будет на кого охотиться и что есть. По крайней мере, я так думаю. Насчёт других животных решим позже. Пока и кроликам тут особо есть нечего.
Я достал свиток, в котором у меня были запечатаны длинноухие и разноцветные кролики. Те быстро усвистали от меня и Кибы. Ну ничего… Трава вроде только здесь есть. Или это будут первые кролики, которые смогут грызть камни.
* * *
Вернуться получилось, спасибо «якорю» свитка, спрятанному под мантией. Ощущение времени из-за переноса сбилось, так что я, не теряя ни минуты, закончил свиток Договора: перенёс с Кибы «ключ мира», под воздействием моей воли кровь единорога попросту «перетекла» на больший свиток. Потом был написан договор кровью Кибы за него и его потомков. Большой отпечаток его лапы скрепил узы. Затем своей кровью подписался я. Написал «Гарри Поттер» — имя не так важно, тем более здесь меня знают под ним, и потомки будут нести мою кровь, которая не даст обмануть.
— Теперь попробуй вернуться туда… — я свернул свиток Договора и запечатал его в меньший свиток, в дальнейшем лучше поместить его в банковский сейф. — Кстати, надо как-то назвать тот мир, для удобства. Есть идеи?
«Чёрные Пещеры? — предложил Киба. — А как мне туда вернуться?»
— Ты уже принадлежишь тому миру. Тебе следует просто представить себе, что ты там, почуять метки, и твоя кровь позовёт тебя.
«Хорошо. Попробую», — Киба лёг на пузо… и исчез.
— Хороший пёс, — пробормотал я и выпил бодрящего зелья. Голова немного кружилась.
Теперь следовало проверить работу призыва. Я по привычке прикусил палец и сложил необходимые печати, обращаясь к Кибе, брякнув рукой в пол. Из крови знакомо собралась чернильная печать ключа, выдёргивая Кибу призывом. Такое облегчение!
Раздался хлопок от резко развернувшегося воздуха, и мой цербер снова оказался в своей комнате с люком в полу.
— Всё получилось, — сил радоваться совсем не было. — Тебе придётся побыть здесь пока, Киба. Так надо. Когда начнётся заварушка и тебя попробуют усыпить или ранить, сможешь исчезнуть. Тогда никто не подумает на меня. Твоё исчезновение сейчас будет слишком подозрительным. Понял меня?
«Понял, — ответил он, аккуратно придерживая меня мордой, чтобы я не упал, — когда Вонючка попытается меня усыпить, я уйду в Чёрные Пещеры».
 
— Да, я пойду. Рад, что у нас всё получилось.
Когда я вышел из комнаты Кибы, часы на астрономической башне пробили два часа.
Почти дошёл до гостиной факультета, как перед глазами потемнело и я, похоже, потерял сознание.
  
Часть 2. Глава 15. Волшебный пендель
 
26 мая 1992 г.
Шотландия, Хогвартс
— Пусть эта жирная курица плачет больше! — сквозь какую-то мутную пелену расслышал я. — Она что, только курлыкать горазда?