Гарем стервозных мажорок 4 (СИ)

Мисаки что-то хотела ответить, но к ним подошли Арина и Хикэру — они держались за руки и улыбались.
— Кайф, да? — рыжая непринужденно толкнула Виктора кулачком в плечо. — Говорят, что у этих феминисток музыка вообще будет чумовая, вот это мы натанцуемся, — с довольной улыбкой и повышенным тоном сказала она.
— А вы разве не увлекаетесь их творчеством, леди Арина? — повернулась к ней японка.
Виктор уже отпустил её руку и стал чуть сбоку.
— Нет, даже не слышала никогда, но скоро послушаю, — засмеялась Арина, и следом за ней Хикэру. — Пойдёмте в ложу? Там нас ждёт ви-и-ино! — вскинула руку Арина и улыбнулась.
«Что-то рыжая уже веселая и довольная, мне бы так», — слегка позавидовал ей парень.
— Мы пошли наверх, вы с нами? — вопросила Хикэру.
— Да, скоро подойдём, — кивнул Виктор, и обе девицы, смеясь, побежали к лестнице.
— Да, неожиданно они подружились, — проводил их взглядом Виктор.
— Арина тоже твоя любовница? — довольно неожиданно спросила Мисаки и развернулась к нему корпусом.
— Пока ещё нет, мне одной Анжелики хватает выше крыши, — пожал он плечами.
— Выше крыши… — нахмурилась Мисаки и вопросительно посмотрела на него.
— Ну, такое выражение. За последние четверо суток Анжелики стало в моей жизни очень много, и мы с ней очень сблизились, — улыбнулся Виктор и кивнул в сторону барной стойки, к которой он стоял лицом: — А вон и она, кстати!
— Да, она крепко в тебя вцепилась, в таком умении ей не откажешь, — очаровательно путая падежи, произнесла Мисаки. — Пойдём к ней.
Виктор, выдохнув и улыбнувшись, снова подумал о том, зачем Анжелика собственными руками толкнула его к Мисаки: «Неужели она уже настолько уверовала в себя и в то, что я теперь с ней? Вполне может быть», — решил он.
— Что грустишь, Энджи? — улыбнулся Виктор, когда они подошли к барной стойке — брюнетка облокотилась спиной и локтем на её край и оглядывала танцпол.
— Не, я не грущу, — она докуривала сигарету. — Меня эти черные раздражают — вот чего они сегодня приперлись? — на лице Анжелики было искреннее недоумение.
— Я знакома с Викторией-тян, — осторожно сказала Мисаки и коснулась пальцами ладони брюнетки, — она — очень приятный человек.
Анжелика, несколько секунд посмотрев на неё, иронично засмеялась, мотнув пару раз головой от удивления.
— Дорогая Мисаки, вот поверьте мне на слово — вы её очень плохо знаете, иначе бы вы так не говорили!
Виктор видел, что Мисаки чуть сжала губы и промолчала, но явно была не согласна с ней.
— Потанцуем, милая? — предложил он.
— Мм, потом, — брюнетка провела пальцами по его щеке, а в её глазах Виктор увидел легкие признаки раздражения.
— Тогда пойдёмте наверх, леди, — он протянул ладони обеим девушкам.
Они прошли вдоль барной стойки, потом вдоль стены к лестнице — там стояли несколько марковцев, девушек было больше.
— Опять черные, — негромко прошипела Анжелика и сжала ладонь парня.
— Ой, а это вы сегодня выступали с трибуны, молодой человек? — когда они хотели пройти мимо них, дорогу им перегородила довольно спортивного вида девица-юнкер, смутно знакомая Виктору.
— С дороги уйди, — с недовольством в голосе заявила Анжелика.
— Слышишь, я не с вами разговариваю, и прошу на вы, я с вами не пила, — ответила юнкер.
Виктор чуть сжал ладонь брюнетки и многозначительно взглянул на неё, и она явно поняла по его взгляду, что не стоит обострять. Японка стояла левее с олимпийским спокойствием на лице.
— Да, это был я, — кивнул он.
— Знаете, с вашей стороны это было очень смело! — заявила юнкер. — Позвольте пожать вам руку?
Виктор, немного поколебавшись, пожал протянутую руку, остальные юнкеры, стоящие чуть правее лестницы, поаплодировали.
Девица-юнкер кивнула Виктору и оглядев Анжелику, отошла с пути.
— Надо было её послать, — промолвила Анжелика уже на втором ярусе, возле ложи.
— За что? — полюбопытствовала Мисаки.
— Мисаки, ты разве не знаешь, что было сегодня днем? — повернулась к ней брюнетка.
Японка, взглянув на Виктора, развела ладони, всем своим видом показывая, как она заинтригована. В это время из ложи донесся буквально ржач.
 
— Пойдемте к Арине, моя дорогая, — я вам там всё расскажу! — брюнетка отодвинула портьеру.
Их взору предстали Хикэру и Арина, которые сидели на левом диване в полуобнимку и глушили вино, дико смеясь с чего-то.
— У вас тут веселье, я смотрю, — с сарказмом произнесла Анжелика, заходя внутрь.
— А для чего мы сюда пришли? — заулыбалась Арина. — Хики такая классная, такая веселая, мы с ней…
— По-одружились! — немного пьяным голосом вымолвила виконтесса.
«Короче говоря, веселье цветёт махровым цветом, улыбаемся и машем», — понял Виктор, садясь возле Анжелики. — «Рыжая плохо влияет на виконтессу».
— Подвинься, рыжая, не видишь, что леди Мисаки негде из-за тебя сесть? — заявила Анжелика, наливая себе вино.
Арина показала ей язык и немного подвинулась, чем вызвала очередной приступ смеха у Хикэру и улыбку у Мисаки. Виктор тоже негромко засмеялся.
«С ними не соскучишься, но и не расслабишься — от каждой из четырех можно ожидать чего угодно. А я у них сегодня в роли няньки, по сути», — Виктор насыпал себе тушеный картофель с мясом в подливе.
— Вы заметили, что сегодня здесь вся черная казарма? — чуть пьяно вопросила Арина, поправляя свои волосы.
— Да, мы заметили, — уже не скрывая раздражения, бросила на стол вилку Анжелика и уставилась на рыжую.
— Спокойно, милая, — Виктор положил ей ладонь на плечо.
— Может, ты не увидела… — улыбка пропала с лица Арины.
— Я увидела! — фыркнула Анжелика.
— Не ссорьтесь, успокоились! — властно произнёс парень.
— Давайте выпьём за этот классный вечер! — предложила Хикэру. — Я уже с нетерпением жду выступление «Иголок».
Девушки начали болтать о танцах и через пару минут обстановка разрядилась, Виктор посматривал на Мисаки, которая слегка отстраненно пила вино и тоже изредка стреляла в него глазками.
«И с этой Викой она знакома, и про какую-то мою кузину что-то знает, о чём я даже не подозреваю, но ничего большего не говорит», — Виктор в очередной раз был ею заинтригован.
— Так что же случилось сегодня днём? — через пару минут Мисаки переключила разговор с танцев.
— А что случилось? — повернулась к ним Хикэру, которая о чём-то шепталась с Ариной.
Анжелика, которая сидела на диване, закинув ногу на ногу и покуривая очередную сигарету, взглянула на Виктора и улыбнулась.
— Мой дорогой жених, — сказала она, глядя на японок, — сегодня имел честь выступить с речью на открытии памятника адмиралу Колчаку!
— О да, — кивнула Мисаки, — я слышала об этом событии, но не смогла присутствовать.
— Ты мало что потеряла, было скучненько, — со смехом вмешалась в разговор Арина.
Виктор недовольно и выразительно посмотрел на неё.
— Всё получилось спонтанно, — ответил он, глядя японке в глаза.
— Мы прошли на трибуну чисто случайно, — вмешалась Анжелика, — там выступал премьер-министр, я с ним пообщалась — он мой давний друг, — на лицах японок проявилось любопытство при этих словах, — ну и Виктору представилась возможность выступить как представителю семьи Колчак.
Обе японки переглянулись, и улыбки на их лицах парню особо не понравились.
— Но ведь насколько я слышала, ваша семья, Виктор-кун, вот уже три месяца бойкотирует столичные мероприятия из каких-то политических соображений, — сказала Мисаки.
Виктор чуть не закашлялся, отпил вино и посмотрел на Анжелику — их взгляды встретились, она тоже немного обалдела, как он понял.
— Я об этом не знаю ничего, — ответил парень. — А откуда вы слышали это?
— Из источников в посольстве… — произнесла Мисаки, но её перебила Хикэру:
— Мы ослеживаем общую политическую обстановку, — заявила она, но потом резко запнулась и замолчала на несколько секунд.
— И что же? — посмотрел на неё Виктор.