Большой медицинский обман

Ричард Райдер, бывший вивисектор, участвовал в слушаниях предположительно как защитник животных, но приводил только этические аргументы – в лучших традициях Синдиката.
То же самое касается госпожи Денизы Пастернак (Denise Pasternak), президента Швейцарской лиги за отмену вивисекции (Schweize Liga für die Abschaffung der Vivisektion). В Страсбурге выяснилось, что она состояла возглавляемом доктором Джудит Хампсон в «экспертном комитете» Еврогруппы, хотя Швейцария не входила в Общий рынок и, стало быть, официально не могла участвовать в Еврогруппе. То есть, мадам Пастернак вошла в «экспертную комиссию» своевольно. Каким образом она могла выступать в качестве «эксперта», оставалось загадкой для всех, кто присутствовал на ее выступлении. А когда в Швейцарии Дениза представляла оппозицию сторонникам вивисекции, и те опровергали ее псевдонаучные аргументы, она отказывалась отвечать на их возражения под предлогом того, что не обладает достаточной компетентностью.
Ничем не отличалось и поведение доктора Кальмара (Jacque Kalmar), которого вновь избрали вице-президентом французской лиги и всемирной коалиции за отмену вивисекции, и которому дали много времени на выступление. Организаторы точно знали, что он, как и Ричард Райдер с мадам Пастернак, не скажет ничего опасного для фармацевтического синдиката, что он ограничится общими фразами и не упомянет ни одну из многочисленных фармацевтических трагедий, связанных с принципиально неверным методом тестирования на животных. И они не ошиблись.
Вивисекционный бизнес
Несколько лет назад один из наиболее известных американских врачей доктор медицины А.В. Аллен (A.V. Allen), написал статью под названием «Вивисекция это бизнес» (Vivisection is a Business). Вполне логично, что ее удалось напечататься только в The National, журнале чикагского Национального антививисекционного общества (National Anti-Vivisection Society). Тем не менее, доктор А. В. Аллен был признанным авторитетом в мире медицины – выпускник Чикагского Университета медицины и хирургии (Chicago College of Medicine and Surgery), профессор офтальмологии в Последипломной медицинской школе штата Иллинойс (Illinois Post Graduate Medical School), член Американской медицинской ассоциации (American Medical Association), член Чикагского медицинского общества (Chicago Medical Society), член Национального конференс-борда врачей в промышленности (National Conference Board of Physicians in Industry), в течение многих лет главный хирург Компании им. Эдисона (Commonwealth Edison Company). То, что человек такого уровня не мог более широко заявить о своих антививисекционных взглядах, свидетельствует о том, какая цензура идет со стороны вивисекционных организаций. Вот выдержки из его блестящей статьи:
 
«Кажется, очень мало кто понимает, что вивисекция – это бизнес. И им начинают заниматься по той же причине, что и в случае с любым другим бизнесом: чтобы делать деньги и продвигать свои собственные интересы.
 
Их бизнес становится привлекательным не только из-за зарплат директоров лабораторий и стоимости тестирования разных продуктов. Дело тут еще в огласке: саморекламе в газетах и журналах, выступлениях по радио. Без такой публичности, идущей напрямую от вивисекционных экспериментов, многие известные вивисекторы так и остались бы посредственными единицами, получающими среднюю зарплату.
 
Вивисекторы, прикрываясь исследованиями, создали в наших учебных заведениях дорогостоящие лаборатории, животные там испытывают адские муки, чтобы несколько человек смогли выставить себя «крупными учеными». Руководители бизнеса знают, что это жульничество, но многие люди, находящиеся в их подчинении, искренне верят, что выполняют роль второстепенных элементов в научной машине и помогают науке…
 
Пожалуй, самый лучший способ проткнуть вивисекционный шар – это рассказать людям о некоторых частых трюках вивисекторов и разоблачить их практики, с помощью которых они из года в год дурачат общественность.
  
Один из самых распространенных приемов заключается в размещении пресс-релизов в СМИ. Обычно релизы вдохновенно повествуют нам о том, что вивисекция “почти разгадала” тайну какой-то болезни, или что “благодаря опытам на животных”, мы находимся на пороге “чудесного открытия”.
 
Только вот проверка обычно показывает, что это “великое открытие” уже известно много лет.
 
Возьмем, к примеру, историю, которая с завидной регулярностью появляется в СМИ в том или ином виде. Выглядит она примерно так: “Доктор такой-то считает, что стенокардию надо лечить при помощи хирургической операции. Данный метод лечения был открыт в лаборатории Бланк и испробован на собаках. Доктор такой-то – профессор чего-то там в заборостроительном университете”. Вот вам технология этой коварной системы рекламирования. Она означает раскрутку вивисектора, рекламу заведения, поддержку вивисекции и смерть собаки.
 
Давайте посмотрим, как читатель отреагирует на эту тайную рекламу. Если у него туберкулез, рак, язва, ангина, повышенное давление или простуда (все эти болезни недавно фигурировали в новостях), то скажет: “Слава доктору такому-то. Слава заборостроительному университету. Конечно, я поддерживаю использование собак в экспериментах”. Такие заявления – бальзам на душу страдальцам. Но, увы и ах, лечение никогда не будет найдено.
 
Другая форма обмана состоит в частом появлении статей, восхваляющих вивисекцию и утверждающих, что практически все медицинские достижения связаны с опытами на животных. Я бы признал за учеными право использовать этот аргумент, если бы в нем была хоть толика правды. Но почти все такие статьи изобилуют недоказанными утверждениями, типа «если бы не вивисекция, миллионы младенцев умирали бы ежегодно». Это полнейшая чушь, и подобные заявления может опровергнуть всякий, кто потрудится проверить факты. Если использовать такую же логику, то можно дойти до следующих утверждений: “Для тестирования армейских одеял в них завернули 20 собак, а потом поместили в холодильник, чтобы посмотреть, замерзнут ли они. Следовательно, без экспериментов на животных наши парни замерзли бы насмерть”.
 
Вот одно из недавних заявлений вивисектора: “Если бы не вивисекция, у нас бы не было пенициллина и сульфонамидов”. Когда им напоминают, что сульфонамиды открыл химик, а пенициллин – биолог, работая с микроскопом, они заявляют: “Но использование и дозировка все равно определены на животных”. Чтобы понять, какова доля правды в сих словах, я лично изучил резюме всех статей о пенициллине, опубликованных со времени открытия этого лекарства, и что обнаружил? В девяти статьях из десяти речь шла о людях. Если расположить их в хронологическом порядке, то окажется, что почти все, испытанное на собаках, ранее получено в ходе работы с людьми.
 
Так кто же определил дозировки пенициллина и показания к его применению? То были врачи, работающие в больницах, занимающиеся практикой. Им помог опыт вкупе с рассуждениями. Так что эта честь не может достаться какой-либо малой группе специалистов, а уж вивисекторам – тем более».
 
Эфир с «патриархом» вивисекции
3 мая 1978 года мне представилась возможность дискутировать на американском радио с «патриархом» вивисекции собственной персоной – с тогдашним президентом Национального Общества медицинских исследований доктором Кларенсом Денисом (Clarence Dennis), кардиохирургом, руководителем медицинских исследований (вивисекции) в Ветеранском госпитале г. Нортпорт.
Встреча состоялась на передаче, которую вел Шерри Генри (Sherrye Henry), и которая шла по нью-йоркскому радио WOR.
Я хотел задать доктору Кларенсу Деннису вопрос об опытах «по изучению половой жизни кошек», которые в течение многих лет идут в Нью-Йоркском музее естественной истории (New York Museum of Natural History). Они все еще продолжались, когда я написал о них в «Убийстве невинных», но прекратились, когда стали достоянием общественности, благодаря оплаченным рекламным объявлениям в New York Times и последовавшим за ними массовым демонстрациям. После демонстраций от некоторых спонсоров раздались угрозы прекратить поддержку либо переписать завещания, в результате, директор музея Роберт Гуле (Robert Goelet) отменил те эксперименты. Тем не менее, они продолжались примерно в 30 других американских лабораториях, в том числе в Ветеранском госпитале Нортпорта.