Проклятые (СИ)

— Я не могу дать тебе правильно и точного ответа. Все мои предположения основаны на… Ни на чем. Я просто так думаю, вот и все.
— Маргарет, — с упреком взглянула я на нее, но все равно улыбнулась уголками губ.
— Ох и любишь ты прям в душу залезть и поковыряться. Вторая Джесс, — проворчала она, отведя взгляд. Маргарет пожевала губу, словно подыскивала нужные слова. — Почему ты не пользуешься своей магией?
— Не считаю нужным, так как…
— Эти ответы припаси для своего наглого женишка и сестры. Со мной будь откровенна.
Настал мой черед вздыхать. Я опустила голову. Пряди скрыли лицо от пристального взгляда Маргарет.
— Это сложно объяснить. Магия словно живая. Я как будто слышу ее.
— Она говорит с тобой? — Маргарет сократила между нами расстояние. Ее взлохмаченные брови взметнулись, а в глазах появился странный блеск.
— Не то, чтобы говорит. Будто кто-то между собой разговаривает, а до меня доносятся отголоски.
— Такое случается крайне редко, если честно. Знаешь, мы же привыкли подчинять магию себе. Управлять ей с помощью заклинаний, заключать в слова, но магия не просто способ повелевать чем-либо или кем-либо. Она жива. Живее чем ты и я. И иногда она хочет сама творить. Ведь если верить нашим предкам, магия своенравна, своевольно, и именно благодаря этим чертам появились ведьмы и оборотни.
Маргарет будто уходила от темы. И она не смотрела мне в глаза. А Маргарет не из скромных или не уверенных в себе. Если кто и мог заставить ожидать смерть на пороге, так это она. Вот только сейчас Маргарет юлила. Осыпала туманными объяснениями, которые давно были мне известны из гримуаров. Да, магия умела чувствовать, слушать и слышать. Только если дело касалось не меня.
Я не собиралась сдаваться, тем более, сейчас, когда Маргарет расслаблена и уютно сидела в своем любимом кресле. Застать ее в хорошем расположении духа редкость.
— Такое иногда случается, понимаешь? Внутри клана рождается ведьма с потрясающей плодородной магией. Она дарит жизнь. Всем. Каждому. Она спасает безнадежных. Тех, кто на волосок от смерти. В последствие, такие ведьмы могут… Нет. Все это бредни, слухи и глупые мечтания. В основном, такими силами владеют лесные ведьмы. Ведь именно они создали и мир предков, и мир теней. И они же являются проводниками.
— С помощью лесной ведьмы можно попасть в мир теней? — осторожно спросила я.
— Ух, девчонка! Да ты любопытней Джесс!
— Прости. Просто, я не понимаю, что мне делать.
— И не надо. Просто начни пользоваться магией. У тебя прелестный дар. Он очень пригодиться клану. Надо лишь позволить магии учиться. И себе, заодно. Не надейся на других, Майя.
— Подожди, ты сказала, что она может спасти тех, кто на волоске от смерти. Ребенок Аннабель и Ноа. Ты считаешь, что я могла его спасти?
Маргарет смерила меня довольно таки странным взглядом. Я даже съежилась и сморгнула. Воздух в доме стал густым и ощутимым. Я оттянула воротник платья, ощущая скатывающиеся по коже капли пота.
— Это не твоя вина, Майя.
Магия не вовремя забурлила. Под ногами возникли ростки. Воздух наполнился цветочным ароматом, но, либо Маргарет его не почувствовала, либо не подала виду. Я же едва могла вдохнуть.
— Ответь, Маргарет, — чуть грубее попросила я. Маргарет пожевала губу, бросила быстрый взгляд исподлобья, но не спешила с ответом. Ее смятение вызвало лишь большее любопытство, но в то же время, я понимала, что произнесенные слова могут ранить.
— Если бы ты так не пыталась ее подавить. Если бы занималась. То все возможно.
Мне стало нечем дышать. На глаза навернулись слезы. Ведь я же просила тогда магию спасти младенца. Дать ему шанс. Но ни бурления, ни цветов, ничего. Магия отвернулась от меня в ту ночь.
— Магия не предала тебе тогда Майя, — словно прочитав мои мысли, тихо сказала Маргарет. — Невозможно предать то, что ранее было отвержено. Но, если бы в тот день, ты бы спасла ребенка, то могла бы стать одной из них.
— Что?
— Твоя мать меня убьет и будет права. Я слишком много сказала сегодня. Хватит! Мой язык устал.
 
Внутри бушевал ураган эмоций. Я спешно попрощалась и выскочила из дома, чтобы прервать бессвязный поток мыслей. Слова Маргарет выжили дыру в сердце, пускай женщина и сказала их не со зла. Все произнесенное больно ударило по самолюбие. Неужели, я и вправду могла их спасти? Неужели, из-за моих капризов и терзаний пострадал ребенок? Я пыталась себя успокоить, пыталась объяснить, что не знала о силе своей магии, но все доводы разбивались, стоило только вспомнить маленькое окровавленное тело. Дитя, не успевшее увидеть мир, не успевшее обучиться магии, не успевшее сказать первое слово.
Я не могла найти себе место. Возвращаться домой совершенно не хотелось, как и делиться с кем-то переживаниями. Мне нужна была тишина и одиночество. К счастью, наступил вечер, и ведьмы скрылись в своих домах, наслаждаясь ужином и горячим чаем из собранных трав. Я направилась в сторону конюшни, скрывая под шалью трясущиеся руки. Слезы обжигали глаза. Я наспех смахнула их и побежала. Слова Маргарет не отставали. Но я попыталась отвлечься другими. Что она имела в виду, когда сказала, что я могла стать одной из них? На ум приходили лишь лесные ведьмы, но эта мысль казалось безрассудной. Ни в одном гриамуре не было указано, как именно определялись новые ведьмы. Вероятней всего, она просто сболтнула лишнего или тронулась ума. Иначе я не могла объяснить смысл ее слов.
Капли дождя ударились о землю. Я вошла в конюшню и вдохнула запах сена. Лошади поприветствовали меня ржанием и кивками. Каждую пришлось погладить и успокоить. Рядом с ними я ощутила спокойствие. Сердце перестало терзать грудь и мерно забилось, позволяя мне выровнять сбившиеся дыхание. Я присела на маленькую простую лавочку, которую сколотил кто-то из мужчин, и опустила руки на колени. Медленно расплела косу, чтобы хоть чем-то занять себя. Самое простое было убедить себя в мысли, что магии могла бы пойти на уступки. Могла бы спасти жизнь. Пускай я и открестилась от нее, но младенец еще не успел оступиться.
На тех немногих уроках с Джесс я осознала одну вещь: управлять магией нужно с помощью эмоций. Ведьма должна четко понимать, для чего и почему использует конкретное заклинание. Она наполняет его мыслями, эмоциями, чувствами и только после этого произносит нужные слова. Софи именно поэтому так легко справлялась с любым заклинанием. Она контролировала себя, следила за каждым движением, легко отсеивала не нужные мысли. Спустя пару лет сестра научилась творить без слов, лишь легким движением рук. Я, пускай и не сильно всем этим интересовалась, определенно знала, что требовалось от меня в тот момент. Но в ответ получила тишину. Даже в последующие несколько дней цветы перестали расти.
Маргарет все же в чем-то была неправа: магия предала меня.
Осень 1921 г.
Я лениво потянулась в кровати, с благодарностью встречая новый день. И даже запах лилий не смог омрачить это утро. Странно, что отрава, которую мне дала Джесс, не сработала. Это был мой последний вариант. Хотя, нет. Я могла бы использовать магию, и возможно цветы перестали бы распускаться под кроватью. Но я отогнала от себя эти мысли. Лучше руками вырву все то, что выросло, чем позволю магии истязать меня.
Из-за хмурых облаков выглядывало солнце. Его лучи уже не грели, но все же поднимали настроение. Совсем скоро наступит сезон бесконечных дождей, сопровождаемый ледяным ветром, а за ним снегопад. Нам все придется засесть дома и заниматься мелкими делами: рукоделие да выпечка. К счастью, я обожала и то, и другое. К тому же, Остин любил мои пироги и с удовольствием уплетал их на завтрак. Наверное, поэтому я больше предпочитала зиму. Любила бежать по сугробам, пряча очередной пирог под полотенцем и прижимая к себе, а после пить вкусный ягодный чай. Но это лето было малоурожайным. Запасы на зиму получились скупые. Да и по поводу охоты разговоры не велись, после случая с Ноа. Ведьмы из клана в целом избегали подобных разговоров. Уход Аннабель больно ударил по всем. Мама запретила судачить на эту тему и распускать не нужные слухи. Но даже она не могла остановить болтливых Джесс и Маргарет. Эта тема удивительным образом на несколько дней сблизила их.