Мама для Одуванчика (СИ)

Ну и ладно.
Можно просто помолчать. Иногда это даже приятней.
— … Варвара Дмитриевна наша… — улавливаю “краем уха” проскользнувшее во фразе Ксении мое имя.
— Что? — поднимаю на заведующую взгляд, а на ее губах гуляет высокомерная улыбка.
— Да мы со Станиславом Викторовичем разговорились про брак, Варенька. Ты у нас девочка молодая, красивая, замуж бы пора, а то так и в девках можно остаться… — от такой фантастической наглости мои брови взлетели на лоб, а щеки заполыхали ярче костра. Какое она вообще имеет право обсуждать меня и мою личную жизнь прилюдно?!
Колкость в ответ уже вертелась на кончике языка, но тут этот самый Станислав Викторович разряжает обстановку:
— Молодое поколение не торопится связывать себя узами и штампами, Ксения, — отвлекает мужчина девушку от моей персоны. А я недовольно поджимаю губы и, кажется, начинаю недовольно пыхтеть, прям как Аська.
— Вы не замужем, Варя? — поворачивается ко мне Владислав, явно слышавший выпад Ксении.
— Нет, как видите, — выходит немного дергано. Тема замужества — для меня вообще больная тема. Сразу на ум приходит мама со своими грандиозными планами по женитьбе и противный Денис.
— И не помолвлены?
— Нет.
— Прости. Лезу не в свое дело.
Мужчина отворачивает, но меня словно что-то внутренне подталкивает объясниться.
— Просто… — начинаю и вздыхаю, — это сложная и неприятная для меня тема. — Странно, но язык развязывается сам собой. Слова неожиданно легко складываются в предложения. Уже заранее корю себя за несдержанность и неумение вовремя замолчать, но продолжаю изливать душу малоподходящему для этого человеку. — Мама вбила себе в голову, что лучший брак — это брак по расчету. А тем более, когда ваши родители с потенциальным женишком — партнеры, там вообще не союз, а мечта. Слияние капиталов. И дочь пристроили, и… в общем. Сложная тема.
Перевожу взгляд на внимательно слушающего мою тираду собеседника и вижу немалое удивление на лице.
— Договорные браки еще существуют?
— Как видишь, — пожимаю плечами.
— А отец, — придвигается ближе Влад, понижая голос до шепота, чтобы притихшие присутствующие нас не услышали. — Что он думает по этому поводу?
Он оказывается так близко, что дыхание перехватывает, когда наши плечи совершенно случайно соприкасаются. Стоит неимоверных усилий не отдернуть руку.
— Считает хорошей идеей.
— И что? Ты… кхм… — откашливается мужчина, — ты согласилась?
— Нет. Нет, конечно. И не соглашусь ни при каких условиях. Я, может, и дурочка мечтательная, но все же надеюсь однажды выйти замуж по любви, — выкладываю как на духу, мысленно приказывая себе уже прикрыть рот и перестать выбалтывать мужчине “личное”. — Не знаю, почему я сейчас это тебе говорю и чего так разоткровенничалась, — тихонько посмеиваюсь, чувствуя на себе его внимательный взгляд.
— Тогда, как насчет откровенности в ответ на откровенность? — усмехается Влад и откидывается на спинку стула, — мать Аси живет в другой стране. И, честно говоря, до дочери ей мало дела. Думаю, неуправляемый и буйный нрав Аси — это на девяносто девять процентов наша с Кариной вина и упущение.
— Воу… — да, Варя, такой себе ответ.
— Согласен.
Потихоньку оставшиеся вокруг костра начинают расходиться по своим спальным местам, а мы с Владом так и сидим. Болтая обо всем сразу и ни о чем. Так уютно и легко мне не было, пожалуй, еще в обществе ни одного мужчины.
Он наливает нам горячего чая. Я беру кружку и грею озябшие ладошки. Смотрю на огонь, слушаю приятный, волнующий слух голос мужчины и просто наслаждаюсь моментом, совершенно потеряв счет времени.
Опомнились мы уже, когда небо на горизонте начали окрашивать яркие всполохи рассвета. И только тогда, Влад, как настоящий джентльмен, проводил меня до палатки. А там, среди поляны и спящего лагеря, случилась заминка.
— Варвара… — начинает мужчина говорить тихонько, спрятав руки в карманы джинсов, и тут же замолкает.
В предрассветной серости и утреннем тумане, в которых тонет густой лес, мы оба замираем, словно не зная, как правильно расстаться и закончить такой потрясающий вечер. Спасибо? Банально. До встречи? Ну, такой встрече больше не повториться. И, казалось бы, вы друг другу никто, просто разошлись и оставили этот разговор у костра приятным воспоминанием в голове, но нет.
 
Почему-то мне совершенно не хочется уходить. Не хочется расставаться, и это пугающе странно. Когда я смотрю в его серые, темный глаза, дух захватывает, а сердце начинает отбивать совершенно новый, ранее незнакомый ему ритм.
— Я пойду… — наконец-то удается прорезать голос сквозь пересохшее горло, — спокойной ночи, Владислав, — говорю, надеясь услышать в ответ хоть что-то, но мужчина молчит.
Я бросаю еще один взгляд на мужчину, чье лицо, кажется, я теперь не смогу выкинуть из головы, и уже с невероятным сожалением, что все хорошее рано или поздно заканчивается, отворачиваюсь, чтобы уйти. Но…
Он хватает меня за руку и останавливает. Аккуратно, но настойчиво заставляет повернуться и приблизиться. Шаг. Второй. Оказаться едва ли не вплотную, прям как там, на поляне, когда я так опрометчиво на него завалилась.
— Влад… — шепчу, предупреждая, но мужчина игнорирует мой кричащий о неправильности происходящего взгляд.
Он высокий. Очень. И я смотрю на него снизу вверх, чувствуя себя дюймовочкой. Превращаясь в неживую куклу, которая, уловив его движение, просто перестала дышать и двигаться и, уже послушно вскинув голову, зажмурила глаза, задерживая дыхание в ожидании того, что вот-вот произойдет. Его дыхание щекочет и обжигает, а запах его свежего с горьковатой ноткой парфюма, кажется, окутывает и меня с ног до головы.
Секунда.
Я чувствую, как бешено несется его сердце, а еще как мое гулко стучит в висках.
Две.
И вот уже до его губ остались считанные миллиметры.
Три.
  
Глава 15. Влад
 
Я провожаю ее до палатки и не могу отпустить. Просто не могу и все. Не знаю, что за перестройка происходит в голове. Напрочь вырываю из сознания, что мы здесь не одни и в любой момент кто-то может, грубо говоря, “застукать”.
Завеса в голове, и я просто притягиваю ее к себе. И Варвара не сопротивляется.
Смотрю на ее губки, что приоткрыты на выдохе и чувствую жажду и ужасное желание попробовать их на вкус. На ее щечки, которые уже красные от смущения, и чувствую еще больше разгорающийся огонь внутри.
Всего шаг. Всего одно движение. Я не могу бороться с этим. С собой. Организм требует.
Она та. Та девушка, что столько времени прочно сидела в моей голове, и чей взгляд я вспоминал, а сейчас ее изумрудные глаза закрыты, и ее губы всего в паре миллиметров. Уже совсем рядом и…
Телефон.
Твою мать, но как не вовремя напоминает о своем существовании мобильный.
Стон недовольства сдержать не получается, а Варя практически отскакивает от меня, хватаясь ладошками за свои щеки и бросив “Приятных снов” скрывается в палатке, слишком резко и дергано шумя замками.
Черт!
Ерошу волосы, со злостью достав из кармана телефон и проклиная Карину, которая и прислала это злосчастное СМС, устроив мне вселенский облом.
Хотя может оно и правда к лучшему.
То, что творится внутри, не описать никакими словами. И то, что подтолкнуло меня закончить наши посиделки именно так — тоже. И вот теперь не знаю, проклинать себя за слабость и ведомость или что? И губы, поцелуи — не моя история. Не мой конек. Не люблю и не понимаю их кайфа, но, черт побери!
Забираюсь в палатку, скидывая кофту и укладываясь на спальник в одной футболке. Жарко. И этот жар не спутать ни с чем. Я хочу ее. И организм об этом напрямую говорит, даже вопит. Но было бы неплохо в таких случаях включать мозг, Романовский!
 
Ася спит сладким сном, слегка посапывая, обняв руками подушку. Я же еще пару часов не могу закрыть глаза и пялюсь в брезентовый потолок. Потому что, закрыв их, я вижу Варю, чувствую Варю. И это начинает быть похожим на наваждение. А это неправильно. Совсем. Пытаюсь вдолбить себе в голову, что девушка — всего лишь учитель моей дочери. Учитель и не более того. Но получается весьма дерьмово.