Мама для Одуванчика (СИ)
День пролетает незаметно, и когда начинает вечереть, класс разбредается по палаткам, чтобы сменить шорты на спортивные костюмы. За этим же отправляюсь к нашей с Олей палатке и я.
— Варвара Дмитриевна, ваш мяч, — подбегает ко мне один из учеников. Обычно тихий и незаметный в классе лидеров, Толя сегодня на удивление отлично вписался в общую атмосферу, явно почувствовав себя уверенней.
— Спасибо, Толь, — забираю мяч из рук мальчишки и хлопаю по худому плечику, — давай тоже переодевайся, а то скоро похолодает.
— А я закаленный, — гордо задирает голову мальчишка, — я не мерзну!
— Отлично, — подмигиваю, и ребенок убегает к ждущей его с вещами матери, с которой мы переглядываемся и улыбаемся.
Две недели — это ничтожно мало, чтобы выучить всех деток, их привычки и пристрастия, их характеры и поведение, но мне хватило, чтобы понять, что большая часть моего класса “А” — лидеры по своей натуре. Это и немудрено. Родители — влиятельные люди, имеющие определенный вес и власть. А есть такие, как Толя, скромные, тихие и добрые. И было приятно увидеть, что сегодня весь класс был единым целым. Здесь не было разделения на кучки и группки, играли все, бегали все, и смеялись тоже все.
Ну, кроме одной…
Ася.
Иду к себе и замечаю маленькую вредину с хвостиками, сидящую чуть поодаль под деревом и со злостью дергающую траву.
Быстро накидываю поверх футболки толстовку, решив, что переоденусь потом, и иду к девчушки, что упрямо игнорирует и меня, и весь класс весь день.
Ее отец, кстати, не в пример дочери, очень общительный и открытый человек. И сейчас вместе с другими мужчинами нашей компании занят приготовлением мяса. Мамы детей нарезают салаты. Оля строит класс, предлагая устроить чтение сказки из школьной программы, а Ксения куда-то запропастилась.
— Привет, — подхожу к скучающей Асе, она бросает взгляд на меня исподлобья и молчит.
— Я присяду? — делаю еще попытку, но, так и не дождавшись ответа, сажусь без разрешения. Ася демонстративно чуть двигается от меня и продолжает свое дело. Рвать пожелтевшие одуванчики.
— Ты почему здесь сидишь? — прячу руки в карманы толстовки и, подняв взгляд, вижу наблюдающего за нами отца девчушки. Всего мгновение, когда мы встречаемся взглядами, после чего Владислава отвлекают, и он отворачивается.
— Какая вам разница? — наконец-то выдает Ася недовольно. — Хочу, вот и сижу.
— Ты сегодня не играла с классом.
— Дурацкие игры.
Вздыхаю, даже не представляя, с какой стороны к ней подступиться.
— Ась… — смотрю на надутые щечки и тоже срываю с земли травинку. — Давай поговорим? — тишина. — Почему ты на меня злишься?
— Потому что вы мне не нравитесь, — прямо в лоб.
— Спасибо за честность, — киваю, и Ася удивленно смотрит на меня, видимо, не ожидая такой моей реакции.
— И вы не будете меня ругать и жаловаться папе на то, что я сказала?
— А на что мне жаловаться? — пожимаю плечами, — человек не может нравиться всем. У меня тоже есть люди, которые мне неприятны, но я стараюсь этого не показывать.
Вот, кстати, одна из них проходит мимо, бросая на меня недовольный взгляд.
— Варвара Дмитриевна, а вы не хотите помочь насобирать дров на костер? — специально громко и специально противным елейным голоском кричит Ксения.
— Хочу, — говорю, спокойно поднимаясь с места. Если она надеялась, что я буду дерзить и спорить в ответ, то просчиталась. — Может быть, вместе пойдем за дровами? — предлагаю Асе, которая все еще задумчиво смотрит на меня.
И мне кажется, всего на мгновение, что вот, сейчас она согласится, но…
— Нет. Я не хочу, — бубнит себе под нос и отворачивается.
— Ну что ж… ладно.
А я думала, маленькая ледышка в ее сердце немного оттаяла. Ан… нет. Придется топать в гордом одиночестве.
Глава 13. Влад
Эта маленькая упрямица весь день дуется и отказывается играть с классом. Со мной тоже разговаривать не хочет и любую попытку подтолкнуть к ребятам воспринимает в штыки. Доходит до того, что я просто ухожу к другим родителям и оставляю маленькую госпожу наедине с ее дутками.
Как объяснить ребенку, что не будет в этой жизни все так, как она того хочет?
День пролетает незаметно. Родители у одноклассников Аси оказываются мировыми людьми, и мы всем коллективом достаточно быстро находим общий язык.
С наступлением вечера на “кухне” начинается суета, и пока одна часть, преимущественно женская, готовит салаты, мы с парой парней занимаемся мясом, а кто-то готовит место и сидения около огня. Огромное бревно, как одна длинная лавочка, и больше десятка стульев вокруг небольшой кладки для будущего пионерского костра. Смотрю на все происходящее вокруг, и оно в груди отзывается приятным чувством ностальгии. Аське никогда этого не понять, а вот для нас в детстве походы на природу были чем-то святым. Эта первобытная романтика — что-то особенно прекрасное.
Глаза нет-нет, да вылавливают весь день фигурку Варвары, и хоть понимаю, что такое поведения для родителя ее ученицы неприемлемо, но ничего не могу с собой поделать.
Вот и сейчас вижу ее, присевшую рядом с Асей, которая всем своим видом не забывает высказать недовольство. Ах, Одуванчик!
— Влад, угли не видел, куда девчонки поставили? — слышу оклик со спины и отвлекаюсь на разжигание мангала. Ухожу в свои мысли до тех пор, пока со спины кто-то не подходит.
— Я не хочу идти за дровами, — бубнит недовольно Одуванчик, складывая руки на груди.
— Ты вообще ничего не хочешь, Ася. Иди надень кофту. Холодает.
— Дурацкий поход, — топая, как маленький слоник, направляется дочь к палатке, ворча себе под нос.
— А кто поможет Варваре Дмитриевне? — слышу рядом женский голос. Кажется, эта улыбчивая девушка — та самая, что гналась за Аськой. — Ты могла бы тоже заняться делом, Ксюша, — упрекает миловидная блондинка другую девушку, кажется, тоже работницу из их школы. Жгучая брюнетка с тяжелым и откровенно заискивающим взглядом, буквально открыто предлагающим себя. Неприятная мадама.
— А где Варвара? — встреваю в их междусобойчик и смотрю на… Ольгу? Кажется.
— Она пошла недалеко в лес, но мне что-то неспокойно. Уже темнеет, а Варвара Дмитриевна в этих местах впервые. Владислав, вы не могли бы… — даже договаривать не надо. Киваю на просьбу и делегирую свои обязанности “кострового”.
— Присмотрите за Асей, пожалуйста, — прошу девушку, явно хорошую подругу новенькой учительницы, и направляюсь к кромке леса.
Уже и правда опускаются сумерки, а вместе с ними и легкая прохлада. Ветер, что дует с озера, шелестит молодой листвой, и вмиг становится неспокойно, что эта хрупкая девушка где-то бродит в этих сумерках одна.
Однако уйти далеко не успеваю, как вылавливаю впереди фигурку в знакомой светлой толстовке.
— Варвара, — окликаю, и девушка поворачивается с охапкой веток и палок для костра.
— Владислав? — удивлению ее, кажется, нет предела. Она смотрит на меня, в недоумении выгнув брови, и хмурится. Что на ее милом личике смотрится очень забавно. — Что вы…?
— Куда вы пошли в лес одна, тем более, уже такая темень? — подлетаю и забираю из ее рук “добычу”, которую девушка отдает весьма неохотно.
— Я же недалеко, вокруг лагеря. В той стороне где-то еще наши бродят, — машет рукой неопределенно и снова смотрит на меня. А я только сейчас понимаю, какая она маленькая по сравнению со мной. Почти на две головы ниже. И чтобы заглянуть мне в глаза, Варваре приходится смотреть снизу вверх, задирая свой аккуратный носик.
Дыхание предательски перехватывает, когда налетевший порыв ветра доносит до меня ее запах, растрепав длинную копну волос.
— Варя…
— Ну, если хотите…
Начинаем одновременно, и тут же оба замолкаем.
— Можно звать вас Варей? — откашливаюсь, собирая поплывший мозг в кучу.
— Эм… — ее губы трогает смущенная улыбка, и девушка нервно убирает темную прядь за ушко, — только наедине, хорошо? — говорит шепотом, словно нас кто-то тут может подслушать. — Чтобы в лагере не было недоразумений… сами понимаете… — жмет худыми плечиками в безразмерной толстовке, и я киваю.