Злобный рыцарь (СИ)
- Это почему же?!
- Во-первых, потому, что это отпечаток прошлого, болван! А во-вторых...
- Что?!
- Сейчас узнаешь, - пообещал Георгий, и Косте немедленно расхотелось узнавать что-либо. Он попытался отвернуться, но не мог оторвать взгляда от приближающихся машин. Ключи в руке обратились пудовыми гирями, он пошатнулся, а хищники были все ближе и ближе, и вот уже он видит лицо за лобовым стеклом среди мельтешения дворников. Лицо, искаженное злобным азартом. Его собственное лицо.
- Еще хорошо, что... - начал Георгий, и тут раздался громкий хлопок лопнувшей шины, и "ауди" порхнула в воздух, словно гигантская бабочка. Костя, приоткрыв рот, смотрел, как его машина, кувыркнувшись, с лязгом отшвырнула прочь испуганно бибикнувший "Фиат" и кувыркнулась еще раз. Ему казалось, что тяжелый внедорожник летит невероятно медленно и так же невероятно красиво, будто на этом участке трассы внезапно исчезла гравитация. "Ауди" парила в воздухе, словно пытаясь станцевать вальс сама с собой, этому не было конца, и только потом, когда от бетонного столба машину отделяли считанные сантиметры, Денисов, не выдержав, отвернулся и болезненно сморщился, услышав страшный звук удара, свидетельствовавший о том, что охота железного льва закончилась навсегда. Рядом длинно присвистнул Георгий. Неподалеку кто-то вскрикнул, раздался громкий визг тормозов.
- Эй, - Денисова не без доли деликатности потрясли за плечо. - Ты как?
Костя непонимающе посмотрел на него, потом повернулся и взглянул на противоположную сторону дороги - туда, где к покосившемуся бетонному столбу прильнуло нечто слабо дымящееся, совсем недавно бывшее великолепной машиной. "Ауди" врезалась в столб с такой силой, что словно бы обвилась вокруг него, и теперь тот казался неотъемлемой частью композиции, полностью заменив собой то место, где прежде располагался водитель. Уцелевшая правая фара жалобно мигала, точно машина пыталась позвать на помощь.
- Господи ты боже! - прошептал Костя.
- Да нет, ты сам справился, - заметил Георгий, подхватывая сползающее полотенце.
- Моя машина! Вот ублюдки!!! - Костя ткнул рукой вначале в сторону опустевшей дороги, потом - на безнадежно изуродованную "Ауди". - Ты посмотри, что они сделали! И даже не остановились! Да что ж за день-то такой - вначале эта глупая корова, а теперь... Моя новая машина!
- Машина... - скептически произнес Георгий. - Да ты совсем дурак!
Костя, отмахнувшись, ринулся через дорогу, даже не взглянув туда, где косо стоял помятый "Фиат". Добежал до груды железа, из которой торчал столб, и тут резко остановился, глядя на смявшееся трещинами и частично провалившееся внутрь лобовое стекло. Только сейчас в его голове возник вопрос, который, почему-то, до этой секунды не возникал.
Если там, где в момент удара сидел Костя, теперь находится столб, то где же, собственно, он сам? Как ему удалось...
Денисов, наклонившись, заглянул в окно с пассажирской стороны, издал пронзительный вопль и, отшатнувшись, угодил в объятия подоспевшего наставника, который осторожно опустил его на бордюр.
- Ну-ка, давай-ка лучше присядем...
- Это... - в ужасе произнес Костя, вытягивая дрожащую руку в сторону окошка, в которое только что заглянул. - А где?..
- Что? - Георгий повторил действие, только что совершенное самим Денисовым, и вновь присвистнул. - М-да! Неприятно, понимаю.
- Это в-ведь я?! Там... это я?!
- Увы.
- А где?.. где она?!
- Слушай, ты сам хотел все увидеть - чего ж теперь?!..
- Не может быть! - прошелестел Костя, судорожно ощупывая свое лицо и макушку. - Голова... Моя голова... Не может этого быть! Вот же! Вот! А там что же... где же...
- Сейчас, - оптимистично провозгласил Георгий, - тебе главное успокоиться!
- Успокоиться?! - проревел Костя, вскакивая. - У меня нет головы! Это же я там?!.. Я!.. И без головы! Я там в... и у меня совсем нет головы!!!
- Ну не то чтоб совсем нет... - Георгий еще раз заглянул в окошко и поморщился. - Вон там, с правой стороны немножко осталось...
- По-твоему, черт возьми, это смешно?! - завопил Костя, хватая себя за волосы и не ощущая их.
- Я просто пытаюсь тебя подбодрить, - пояснил Георгий.
- Подбодрить?! Моя голова превратилась в...
- Нет, ну а чего ты ожидал?! - искренне удивился обладатель изумрудного полотенца. - На двухстах сорока в бетонный столб вмазался, а теперь возмущается, что от его головы ничего не осталось! Вроде бы взрослый человек...
- Обязательно мне все время напоминать о том, что я взрослый человек?! - Костя медленно опустился на бордюр и закрыл лицо руками. - Нет, я не верю! Это сон! Розыгрыш! Это... этого не может быть!
- Мужик, ты же сам все видел, - мягко сказал Георгий.
- Это все подстроено! Фотомонтаж... или, я не знаю... современные технологии... Это все неправда! Я в больнице!.. И я с головой!
- Самое главное на этом не зацикливаться...
- Что?! - Костя убрал ладони и в растерянном бешенстве посмотрел в лицо наставника, которого уже успел возненавидеть. - Не зацикливаться?! Мне голову снесло, на хрен! Как, интересно, на таком можно не зацикливаться?!
- Когда-то и мне дали такие ключи, - обыденным тоном поведал Георгий и неожиданно подмигнул ему. - Когда-то и я тоже не верил. Я-то на мине подорвался, и можешь мне поверить, похуже тебя выглядел. Так что знаю, что говорю.
- Ой, ну теперь, конечно же, мне намного легче стало! - процедил Денисов, вновь уставившись на окошко пассажирской стороны, явившее ему столь ошеломляющую, тошнотворную картину. - Думаешь...
- Да пошел ты! - спокойно произнес Георгий, и в следующее мгновение Костя почувствовал, что остался один. Он еще раз ощупал свою голову, так и не ощутив того, что щупает, потом попытался найти пульс вначале на одной руке, потом на другой, но не было ни привычного биения жилки, ни, собственно, самих рук - одно лишь сопротивление воздуха. Одно лишь препятствие.
Либо препятствие, либо отсутствие такового...
Это что же - теперь он, Константин Денисов, лишь препятствие или отсутствие такового?!
- Бред... - прошептал он, глядя на искореженную машину, напрочь утратившую красоту, блеск и изящную строгость линий. Теперь она походила на огромную консервную банку, упавшую с большой высоты. И содержимое этой банки - груда бесполезных деталей и Костя,
без головы!
так и не доехавший до шикарной инструкторши по йоге. Вокруг него шумела растревоженная аварией улица, кто-то пробегал мимо, кажется, кто-то даже пробежал через него. Костя этого не замечал - сидел и сидел на бордюре, ничего не соображая, - один, вне жизни и пространства, связанный с миром лишь ощущением холодного металла на своем пальце, и снег летел и летел сквозь него. Денисов тупо смотрел на бесчисленные снежинки, выпархивающие из его голой груди и живота, точно он сам превратился в некую нелепую снежную тучу. Снежинки выпархивали беззаботно и весело, теперь в их пляске ему чудилось нечто насмешливое, и он ненавидел каждую из этих чертовых искрящихся пушинок.