Любовник для попаданки (СИ)
- А почему айра Вика сидит на крыльце? Уже вечереет и становится прохладно. Так и до простуды недалеко! – дамочка вопросительно подняла свои белесые бровки, смешно тряхнув вторым подбородком.
Пришлось объяснять:
- Мне поверенные дали ключ от замка. А он почему-то не открывается. Сколько я не пыталась, толку нет.
- Ой, а вы совсем магией не обладаете? – торопливо затараторила новая знакомая. – Вы забыли, что без магии он в первый раз не откроется? Я сейчас за кузнецом сбегаю. Он попытается вскрыть замок с помощью обычной физической силы. Я думала…
Что она думала, я решила не узнавать. Поэтому бессовестно перебила или, правильнее будет сказать, заткнула:
- Мамушка, - как ее там. Я даже от злости на себя или растерянности имя ее успела забыть. – Мамушка, у меня есть магия. Просто я недавно очень сильно упала и забыла всю свою жизнь. Может вы мне просто объясните, что нужно делать?
- Но я же не маг, - женщина растерянно хлопнула ресницами. – Я ваших там штучек-дрючек не знаю. Правда видела, как прежний хозяин просто махал рукой рядом с замком.
Я аж застонала и разочарованно стукнула себя ладонью по лбу. Потом добавила еще два раза для надежности.
- Это же надо быть такой дурой! – обругала себя за то, что даже не попробовала то, что уже умела.
- Что вы сказали? – все также улыбаясь, уточнила соседка.
- Ничего, наверное, вам послышалось! – одарила я ее ослепительно улыбкой, развернулась и подошла к замку. Шумно выдохнула, сконцентрировалась и махнула рукой. И о, чудо! Ключ засветился, замок натужно заскрипел, и дужка выскользнула из своего крепления. Дверь приоткрылась, позволяя лицезреть темный проход и обдавая меня запахом затхлости.
В помещении стоял сумрак, так как окна были закрыты ставнями. Раньше я думала, что ставни делают лишь на севере России, чтобы через щели и стекла не выдувало теплый воздух зимой. А потом узнала, что и в южных странах они распространены. Например, в Италии ни один уважающий сеньор не возьмет квартиру без этих деревянных помощников. Только цель у них другая – прятать квартиру от жаркого солнца.
Если учесть, что Терминус располагался на крайнем юге Элинора, то отсюда следовало – дневные температуры вряд ли будут ниже наших Апеннин. Наверное, это хорошо. Я пока о погоде и природе не задумывалась.
А привлекло меня другое. Прямо посередине холла висел огненный шар. Он ни к чему не был прикреплен. Просто висел в воздухе, освещая полутемное помещение призрачным светом. Странно. Такого я пока не видела и ничего о таком не слышала. Замерла на секунду, наблюдая. Огонь на меня не реагировал. Не увеличивался и не дрожал, все также ровным тусклым светом освещая все вокруг. Что ж, пойдем в разведку!
Я медленно подошла к светлячку, готовая в любой момент убежать за двери. На мое счастье ничего не произошло. Наверное, для Вероники Сархош ничего в этом странном явлении необычного не было, поэтому поверенные и не сочли нужным ее предупреждать или инструктировать. Все-таки думаю, что это безопасно. Подхожу еще ближе и вытягиваю руку в направлении огонька. Он слегка покачнулся, но остался стоять на месте.
Мои пальцы буквально в нескольких сантиметрах от горящей сферы. Только жара я не ощущаю. Подхожу все ближе и ближе, постоянно оглядываясь на двери. Надеюсь, что соседка за мной не подглядывает. Иначе сочтет меня полоумной. Вот последний шаг. Я прикасаюсь к огню. Он все так же холодный. Но в момент соприкосновения вдруг вздрагивает и начинает кружится с огромной скоростью.
Я никогда не была спортсменкой. Но сейчас проявила поистине олимпийскую скорость, когда отскакивала к дверям, при этом все же рискнула остаться в доме. И не зря. Огонь из шарика превратился в замкнутую ленту. И теперь в помещении крутилась уже она такой яркой змейкой. А сама змейка состояла из букв. Я присмотрелась и поняла, что они складываются в местный аналог слова «законсервировано».
Вот, оказывается, как! Удобное приспособление. Точно не пройдешь мимо. Осталось разобраться, что с этим делать дальше.
Вспоминая свой грустный опыт подхожу и машу рукой. Увы, ничего не происходит. Осторожной прикасаюсь рукой. Буквы тут же искажаются и по кругу летит слово то ли «раулия», то ли «лиярау». Где начало, где конец непонятно. Есть еще и вариант «улияра». Надпись вспыхивает еще раз и исчезает уже окончательно, погрузив помещение во тьму.
Хлопаю в ладоши в надежде активировать магические светильники. Да только ничего не происходит. Законсервировано. Тогда я решаю выйти на улицу и пооткрывать ставни. Солнце уже склонялось к закату. Жары точно не будет. Скидываю крючки, убираю деревянные створки. Возвращаюсь в помещение и распахиваю окна настежь, чтобы выгнать затхлый воздух, не забывая при этом активно махать рукой. Магия мне в помощь! По крайней мере не нужно залазить на высокие подоконники и двигать тяжелые рамы.
Тут же в комнату врывается аромат южной улицы со смесью запахов цветов, горячей пыли и еще чего-то непонятного, и от того таинственного. Слышен стрекот цикад. И я успокаиваюсь окончательно. Почти как дома. На Земле.
При дальнейшем рассмотрении создалось впечатление, что в доме все покрыто как бы пленкой. Я попробовала сесть на диван, но это защита сделать мне на дала, остановив меня в нескольких сантиметрах от него. Рукой махнула. Эффект нулевой. Уже начала паниковать. Но потом решила попробовать произнести вслух незнакомое слово.
- Раулия! – выбрала наиболее благозвучный на мой взгляд. Ничего. Решаю не прыгать, а планомерно произносить следующий порядок. – Аулияр!
Опять ничего.
И лишь на варианте «ияраул» неожиданно в мозгу раздался незнакомый скрипучий голос:
- Представьтесь!
- Вероника Картал! – выпалила я скорее по инерции.
- Ответ неверный, - проскрипел незнакомец или незнакомка. – Осталось две попытки до обратной активации.
Я как-то сразу представила, что ставни сами захлопываются, двери закрываются на амбарный замок, который я с таким трудом открыла. И в итоге я оказываюсь замурованной в этом ужасном склепе, пока меня кто-нибудь не хватится. А хватиться меня может лишь Раслан. И то не раньше, чем через девять месяцев. И ему придется основательно попотеть, прежде чем найдет мое местоположение. И это самый грустный вариант из возможных. Думай, Ника, думай!
Так, дом покупали поверенные. Бумаги в моем ридикюле на имя Вероники Порфириус. Попробуем так. Называю вариант имени.
Голос скрипит вновь:
- Статус!
Очень интересно, что под этим словом подразумевается. Я уже не спешу, чтобы не тратить драгоценных попыток. Но в этот раз угадываю с первого раза:
- Хозяйка дома!
- Режим расконсервации включен, - сообщает мой невидимый собеседник. Можете убирать защитные чехлы.
На мое счастье, взмахи рукой начали работать. И вот я так и махала весь вечер до одурения. Так устала, что не осталась сил даже на ужин, который еще следовало приготовить. Поэтому кое-как стащила через голову платье и рухнула в кровать. На мое счастье белье показалось свежевыстиранным и свежевыглаженным. Хорошая эта штука - консервация! Ведь из договора я знала, что дом стоял пустым почти десять лет.
Утром проснулась оттого, что желудок потребовал срочного завтрака. Точно! Я же вчера последний раз ела дома. Правильнее будет сказать, в городской резиденции. А потом все завертелось, закрутилось. Уже стало не до еды. Еще из своей земной жизни я точно знала, что беременные организмы голодом морить нельзя. Особенно, если есть токсикоз. Я помню, как Руся меня кормил в кровати сразу после пробуждения и до того момента, как я вставала. Так легче было переносить утреннюю тошноту. Тошноты, слава богу, пока не было. Но поесть все же стоило.
Пошла на поиски кухни в надежде, что там осталось что-то законсервированное от прежних хозяев. Увы. Или продукты питания так не хранились, или им просто сохранять нечего было. Нашла холодильный шкаф в чулане. Махнула рукой, чтобы снять консервацию, и медленно открыла дверцу, в надежде на сочный кусок мяса.