Ада (СИ)

В супермаркете Ева придирчиво рассматривает лакомства для кошек. Выбирает какие-то пакетики и несет в руках и на мое предложение положить все в корзинку к остальным товарам, говорит, что это ее решение и она сама оплатит свою покупку. Я лишь пожимаю с улыбкой плечами. Дома сперва идем гулять с Айком, но он не очень любит зиму, поэтому через двадцать минут мы уде дома. И приступаем к готовке. Еве даю задание смешать и выложить в форму для торта основу чизкейка, а сама взбиваю начинку.
Отправляем наш пирог на ночь в холодильник, а сами пьем чай с вкуснейшими самодельными гамбургерами.
-Очень я люблю у тебя ночевать, - с набитым ртом говорит Ева. - У тебя можно есть вредности.
-Поэтому и можно, что не часто ночуешь. А вот если бы мы жили вместе, то не видать б ты вредности, как своих ушей, - убираю выбившуюся прядку за ушко.
Очень быстро подкрадывается ночь.
И куча мыслей. Уф, неужели нельзя думать о чем-то другом, кроме как об Адаме?
Заставляю себя уснуть, но куда там. Засыпаю в итоге ближе к 3 ночи.
А в 7 уже просыпается Ева и требует свой кусок чизкейка.
Кормлю ее завтраком, выгуливаю Айка, гоню ненужные мысли.
Играем с Евой в настолки.
Надеюсь, что она заиграется и не захочет никуда идти.
Куда там. В 12.00 подлетает и призывает начать сборы. Ведь ее ждет мальчик Марк и большой дядя.
Очень большой, как викинг.
Сперва хотела надеть теплый комбинезон, но в последний момент надеваю теплые леггинсы и любимый оранжевый свитшот оверсайз.
Перед выходом смотрюсь в зеркало - глаза горят. Я могу сделать рожу кирпичом, я могу говорить абсолютно без эмоций. Но я не могу убрать этот блеск из глаз.
Они ждут нас. Я вижу издалека неоново-салатовую шапку Марка. Киваю Еве, бережно державшей пакет с вкусняшками для Хэлла, в сторону Марка и она срывается и бежит к ним. Марк, смотрю, тоже подпрыгивает в ожидании, но руку отца не отпускает.
-Ну что, Айк, поможешь пережить мне сегодняшний день? - спрашиваю у пса. Дожила.
-Здравствуй, Адам. Привет, Марк, - здороваюсь, подходя к нашим сегодняшним спутникам, упорно избегая взгляд Адама.
-Привет, - умеет он сказать так, что сразу толпы мурашек танцует твист на моей коже.
Марк улыбается папиной улыбкой, здоровается и переключается на Еву.
-Па! Смотли, сколько тут всего для Хэлла! Вот он будет лад!
-Здорово! Скоро он у нас превратиться в колобка на ножках.
Марк хохочет, а мы с Евой улыбаемся. Она довольна, что ее угощения пришлись по душе хозяевам Хэлла.
Когда мы сюда ехали, я все думала, о чем говорить, как вести. Ну что вообще делать мне рядом с Адамом? Но как-то получилось, что сперва дети начали играть в снежки. Потом к ним присоединился Айк, которого пришлось спустить с поводка. А потом мне в бок прилетел снежок.
-Поиграем, Ада?
-Ты серьезно?
-Ой, а давно ты выросла?
-Поиграем, Адам!
Делаю большой снежок и запускаю в Адама. Уворачивается, гад!
-Снежки ты хуже шмаляешь, чем раздаешь удары, - дразнит меня Адам.
Это, черт возьми, вызов.
И я вступаю в бой.
Боже, давно я так не смеялась.
Эти трое объединились и начали стрелять снежками в меня, вместо того, чтобы замесить Адама. Он то цель побольше. А потом пошел замес "каждый сам за себя" и мы по очереди забрасывали друг друга комками снега. Даже Айка.
Девяносто шесть минут.
Столько времени прошло, прежде чем дети замёрзли и стали проситься в тепло.
-Тетя Сливка, пойдем какао пить?
Что? Как он меня назвал?
Адам улыбается такой счастливой улыбкой, что я сперва залипаю на ней, а потом как-то взгляд сам перемещается к его глазам и я замираю.
Ну все, он меня поймал. Или же это я снова разрешила себе быть пойманной?
-А пойдемте есть чизкейк? Ада, давай их пригласим?
Блин, Ева, что за подстава? Но Ева не успокаивается на этом.
-Вы знаете, Ада готовит самые вкусные десерты. А вчера мы вместе готовили, я помогала. Мы, правда, утром уже съели по кусочку. Но там еще много осталось. Всем хватит. Только я не знаю, как много ест дядя Адам, - последнее предложение сестренка произносит уже тихо.
 
-С удовольствием бы съел ваш чизкейк, - говорит Адам, и я снова задаюсь вопросом, зачем это ему. - Знаешь сынок, тетя Сливка всё готовит очень вкусно. Думаю, после ее десерта ты не захочешь больше есть из магазина.
Сажусь перед малым на четвереньки.
-Меня зовут Ада, не Сливка.
-Как папу? - не понимает малыш.
-Папа - Адам, а я - Ада.
-Нет, ты -Сливка.
-Ну Сливка, так Сливка, -сдаюсь. - Идем пробовать наш чизкейк?
-Да!!!- в один голос Ева и Марк.
  
Глава 28. Из мыслей Адама
 
Эта глупышка думает, что я не замечаю, как она пытается слиться. Уверен, она думает, что отлично шифруется и умеет скрывать свои эмоции. А я все вижу.
Вижу каждый ее взгляд, брошенный украдкой.
Вижу, как напрягаются ее плечи каждый раз, как произношу ее имя.
Вижу, как прежде чем ответить, делает глубокий вдох.
И сейчас, пока едем в машине, я отчетливо вижу ее волнение. А еще нежелание приводить меня к себе в гости.
И я ее понимаю. Я бы тоже сам себя не пустил на ее месте.
Но я не на ее месте и поэтому с великим удовольствием и улыбкой от уха до уха везу нас всех пить чай с чизкейком.
-Тетя Сливка, а Айк любит коточку?
-Что любит?
-Коточку?
Переводит взгляд на меня, мол, переведи.
-Кос-точ-ку, -говорю по слогам для Марка.
-Да, ко-точ-ку. Любит?
Всю неделю Марк спрашивал у меня про Айка, как давно я его знаю, не кусал ли он меня. Ну я и рассказывал, а в своем рассказе Аду называл Сливкой. Вот он и рассмешил меня, когда впервые так обратился к Аде.
Не к месту начинает болеть голова. Резко как-то в этот раз. И сразу сильно.
-Адам? Все хорошо, - сквозь пелену слышу взволнованный голос Ады. - Ты побледнел.
-Сейчас, - пытаюсь ответить, но не знаю, сказал ли вслух или это только в мыслях, сам из последних сил стараюсь перестроится на крайний правый.
Уже размыто вижу, что Ада включает аварийку.
-Адам? - она очень взволнована, но не кричит, наверное, боится испугать детей
-Не волнуйся, малышка, - но опять же, не знаю, сказал ли.
Останавливаю машину, хочу достать обезбол из бардачка, но, кажется теряю сознание.
Прихожу в себя в больничной палате. Рядом взъерошенный Лука.
-Марк. Где. Марк. -выдавливаю каждое слово. Башка болит еще, но вроде терпимо.
Братишка подлетает ко мне с диким взглядом.
-Адам...-у самого губы трясутся.
Неужели то, что я припарковал машину, мне привиделось? Мы попали в аварию? Что, бл@ть?
-С ним все хорошо, он с девочками, - отвечает на вопрос брат и я выдыхаю.
-Есть вода?
-Да, сейчас, - Лука отходит от кровати.
-Давно я тут? - пытаюсь приподняться, но голова резко едет.
-А давно у тебя начались головные боли? - рычит брат.
И правда, давно ли? Года два точно. Сперва просто ненавязчиво так, жить можно было, просто дискомфорт. А вот последние полгода уже без обезболов не могу при приступах.
-Пару лет.
-Бл@ть! Адам! И ты не обратился к врачу!
-Я собирался...
-Да неужели?! Ты идиот! У тебя сын, который кроме тебя никому не нужен! Нельзя так относиться к своему здоровью.
-Кто ты, старичок, и куда ты дел моего брата?
-Адам! Я не шучу сейчас! Пока ты тут валяешься, я тут с ума схожу. Из разговора дяди Паши я понял, что это может быть даже рак!
-Ты это...Марка не бросай. И Аде передай, что я ее люблю. Но не женись на ней, понял! С того света буду являться к тебе тогда.
-Ой, идиооот, - вздыхает Лука и садится на стул.
-Успокоился?
-Да. Ладно, пойду дядю Пашу позову. Сказал, дать знать, как очнешься.
Вакуум.
Дотянул, получается.
А если рак? Та нее, не может быть. А если...? Сволочь Лука. Зачем сказал только?
Торможу на корню любую мысль. Просто перечисляю все, что вижу в палате.