Врата во тьму (ЛП)

Ричард ничего не чувствовал, его поглотило полное отсутствие образов, звуков и ощущений. Он не мог различить верх и низ. Он не чувствовал, держится ли еще за руку Вики и за камень. Он отчаянно надеялся, что все еще держится, ведь если нет, то все напрасно и он навсегда останется во тьме; его мысли постепенно обратятся в ничто и станут частью пустоты.
Он полностью утратил ощущение времени. Он не знал, прошли ли минуты, часы или даже дни с тех пор, как безмолвная тьма обрушилась на него. Даже ощущение падения и ужасающее ожидание удара о дно оставили его. Он уже проходил через это, поэтому сейчас было проще. Он твердил себе, что этот раз ничем не отличается от прошлого. Но каким-то необъяснимым образом отличия были. Очень заметные, существенные отличия.
Отсутствие ощущений опустошало и делало его потерянным. Поскольку он уже проходил через врата во тьму, было относительно просто уговорить себя не паниковать. Когда-нибудь все кончится — так или иначе, — потому он старался не обращать внимания на ощущения или скорее их отсутствие и сфокусироваться только на призыве цели. Сейчас это была его единственная задача.
Чтобы удержать разум от тревожного блуждания, Ричард представил Кэлен, которая стоит позади его цели. Он улыбнулся, когда улыбнулась она.
  
Глава 77
 
На него резко нахлынули свет, звуки и ощущения. Это было настолько мощное осознание, что он ахнул. Все так разительно отличалось от бестелесной пустоты, что причиняло боль. Он почувствовал, что по-прежнему сжимает ладонь Вики, а второй рукой обхватывает камень врат.
Ричард открыл глаза, боясь увидеть то же ужасное место в мире Гли. Но вместо этого увидел цель, которая ожила вокруг.
Хотя он и ожидал этого, все равно удивленно заморгал.
Вика повернулась, осматриваясь, и ее глаза широко раскрылись от удивления.
— Вы сделали это! Вы это сделали! Магистр Рал, у вас получилось! Вы вернули нас домой!
Камень врат все так же был рядом с Ричардом, разве что теперь от него поднимались струйки пара. Золотое кольцо лежало на белом песке, как и прежде. Но песок был белым. По-настоящему белым.
Вокруг во всем великолепии раскинулся Сад Жизни.
Ричард видел рощицу чуть в стороне и тропинку, петлявшую среди деревьев. Он был так рад снова видеть деревья, что грудь разрывало от счастья. Задрав голову, он увидел стеклянный купол, впускавший свет... солнечный свет родного мира. Небо было чистым и ярко-голубым, а не красным. Все вокруг имело цвет — зеленый всевозможных оттенков, коричневый, белый. Цвета никогда еще не казались столь сочными и насыщенными.
Они с Викой во все глаза смотрели по сторонам. Казалось невозможным, что все это настоящее.
Это была цель, которую он призывал. Она была вокруг них, была реальной. Они находились в Народном Дворце. Они снова были дома, в своем мире.
Вика схватила его за плечи, заглядывая в глаза. Ей пришлось сглотнуть, прежде чем она смогла заговорить.
— Магистр Рал, я больше никогда-никогда, пока живу на свете, не буду сомневаться в ваших безумных идеях.
Ричард улыбнулся и большим пальцем вытер слезы с ее щек.
— Не давай поспешных обещаний. Ты еще не слышала, какие у меня в запасе безумные идеи. — По ее взгляду он видел, что ей все равно. Он стал более серьезным. — Я ожидаю, что все, кого люблю, будут иногда сомневаться в моих безумных идеях, потому что вопросы тех, о ком я забочусь и кому доверяю, заставляют меня сначала убедиться во всем ради безопасности, а потом уже действовать. Никогда не прекращай задавать вопросы о моих безумных идеях.
Она улыбнулась:
— Ладно. А что теперь? Мы вернулись туда, откуда начали. Мать-Исповедница и остальные находятся в далеком Замке Волшебника.
Он посмотрел на камень врат, стоявший рядом. Пар начал исчезать, но камень все еще издавал мягкое гудение, как и в мире Гли, когда Ричард активировал его.
Вика указала на наклонную вершину:
— Не забудьте нож.
Ричард видел, что несколько эмблем светятся красным, а еще две — голубым.
 
— Я еще не закончил. Процесс перенастройки еще идет, и я должен установить внутреннюю защиту.
— Внутреннюю защиту?
— Да. Это не позволит перенастроить или использовать врата любому одаренному. Веришь или нет, если активировать врата так, как сделал я, можно даже создать дубликат.
Вика нахмурилась:
— Зачем?
Ричард пожал плечами:
— Не знаю. Может, чтобы можно было поиграть в бога, который дарует врата другим мирам. Может, это тоже дубликат — поэтому он появился у Гли. Может, тот, кто дал им врата, хотел поиграть в бога.
— Но вы уверены, что в этот раз дубликат не создался, так? Уверены, что это устройство из мира Гли, и у них нет другой копии?
— Абсолютно уверен. Процедура создания дубликата совершенно иная. Это устройство из мира Гли. Они будут заперты в своем мире и никогда больше не смогут отправиться в другие. Думаю, Санг и его друзья будут только рады этому.
— И только вы можете использовать эти врата?
Ричард кивнул:
— Да, только Рал. Внутренняя защита не позволит обычному человеку узнать о вратах и использовать их. Нож, который я использовал, носят только особые люди. Врата узнают нож точно так же, как до перенастройки узнавали коготь Гли. Это первая защита. Моя кровь создает еще один протокол, так что врата узнают только кровь Рала.
— Довольно специфичное сочетание, ведь так?
Ричард покачал головой:
— Когда имеешь дело с чем-то настолько опасным, не может быть излишней предосторожности. Нужна еще особая защита, о которой никто не будет знать, кроме правильного человека.
— Например?
Ричард сверкнул улыбкой и присел перед камнем на корточки. Большинство символов языка Сотворения уже мягко светились голубым. Последняя из серии эмблем светилась красным, показывая, что перенастройка еще не завершена. Он знал, что как только дотронется до нее, протоколы заблокируются и будут сохранены.
Прежде чем положить руку на пульсирующий красный символ, он дотянулся до другой последовательности эмблем, предназначенных для назначения дополнительных условий. Таким образом можно было установить защитный протокол.
Он дотрагивался до нижней эмблемы, считая вслух:
— Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь. — Каждое касание сопровождалось мягким звоном колокольчиков и импульсом более яркого света. Он дотронулся до эмблемы в последний раз. — Девять.
Расставив пальцы, он коснулся двух зеленых эмблем одновременно. Камень врат издал тихий глухой звук, когда опознал и принял новую меру защиты. Наконец, Ричард прижал ладонь к красному пульсирующему символу. Он почувствовал легкую вибрацию, подтверждавшую установку меры защиты и новых протоколов, которые он встроил во врата.
Вика наклонилась, глядя на постепенно угасавшие символы. Камень врат снова выглядел как обычный камень, на гладкой поверхности которого были начертаны символы.
Вика озадаченно указала на камень:
— Что вы считали?
— Этот предмет столь же опасен, как и самая опасная магия. Не уверен, что могу уничтожить его, и не знаю, какой вред может нанести моя попытка, поэтому решил убедиться, что кому-то другому будет невероятно сложно его использовать. Я зафиксировал в протоколах, что нужны особый нож, как у меня, и кровь Рала. Но всегда остается вероятность, что эти требования будут выполнены даже против воли Рала — например, если его убьют этим ножом. Нож с кровью будет соответствовать первоначальным процедурам. Слишком опасно оставлять все так, поэтому я установил еще один протокол: помимо ножа и крови требуется Закон девяток, чтобы активировать врата. Без закона устройство не будет работать и останется просто камнем.
Вика выпрямилась:
— Вы коварный человек, магистр Рал.
Ричард глубоко вздохнул от облегчения, что все позади:
— Ты уже это говорила.
— Это стоит повторять.
Он посмотрел на тропинку, ведущую к выходу из Сада Жизни: