Бой на Калиновом мосту

Конь и говорит Ивану-русскому богатырю: «Иван-русский богатырь! Гонит за нами Кощей, слезай с меня» я один изведу твоего Кощея». Иван-русский богатырь слез. Его конь и говорит своему брату: «Ну, брат мой — конь треногий! Взвейся кверху и сшиби Кощея Бессмертного, и убьем его. А не то я вас обоих убью!» Этот треногий конь взвился кверху, сшиб Кощея Бессмертного, развели огонь, сожгли труп, пепел метлой размели. Иван-русский богатырь посадил Анастасью Прекрасную на своего треногого коня, поехал в своё царство. Заехал к братьям, поблагодарил, поехал в свое государство. Там все обрадовались, сделали бал. Стали жить да поживать.
  17. ИВАН ДОРОГОКУПЛЕННЫЙ  
Жил-был старик со старухой пожилых лет […]. У них на старости лет бог им дал сына, только всех детей было. И думают: «Какой бы его науке научить, чтоб хорошо ходили, легко работали, сладко ели?» Старик искал таких мастеров: нигде нет. «Пойду я, — говорит, — старуха, поведу его на базар». Взял он с собой хлеба и взял на дорогу денег.
Вдруг старик шел, шел, сел отдохнуть да при старости лет и говорит: «Ох, устал!» Вдруг выходит к нему старик-волшебник. «На что ты меня кличешь?» — говорит волшебник старику. Тот старик говорит: «Я тебя не кликал, я не знаю, что ты за человек!» Он говорит: «Меня зовут Ох, а ты сказал: «Ох!» Куда ты мальчика ведешь?» — «Вот хочу отдать его науке, чтоб хорошо было ходить, легко работать, сладко есть». — «Отдай, — говорит, — его мне: у меня легко работать, хорошо ходят, сладко едят; за мою науку денег мне ассигнациями один рубль». Отдает старик деньги и мальчика. «Где же, — говорит, — мне тебя искать?» — «Через год, — говорит, — приди на то же место, сядь и скажи: «Ох!» — я перед тобой и буду. Когда узнаешь сына, возьмешь, не узнаешь, ещё рубль отдашь на другой год». Старик пошел домой, рассказал своей старухе, что с ним было.
Проходит год. Берет старик рубль денег, идет на то же место. Пришел на то же место, говорит: «Ох!» А Ох перед ним и стоит и говорит: «Что, старик, за сыном?» — «За сыном». — «Пойдем со мною!» Привел его в трехэтажный дом, напоил, угостил старика. И выводит он двенадцать жеребцов: единомастные все, волос в волос, рост в рост. Не можно познать никак. «Узнавай, — говорит, — твоего сына, сын твой тут!» Старик смотрел, смотрел, не мог узнать и говорит: «Нет, не узнаю». — «Когда ты, — говорит, — не узнал сына, давай ещё рубль денег, оставляй на другой год». Отдал старик деньги, пришел домой, рассказал все старухе.
Приходит на второй год, берет денег, отправляется.
Приходит на то же место, говорит: «Ох!» Ох выходит, стоит перед ним. «Что, за сыном пришел?» — «За сыном», — «Ну, пойдем со мной». Привел его в трехэтажный дом, угостил его. Вывел перед него шесть пар голубей. «Вот, — говорит, — узнавай: тут твой сын. Узнаешь?» — «Нет», — говорит. «Ну, коли нет, так давай ещё рубль, оставляй ещё на год». Старик отдал рубль, пошел домой. Сын обернулся голубем, нагнал отца, ударился о землю, сделался человеком, «На следующий, — говорит, — раз узнавай меня: я буду левую заднюю ногу волочить».
На третий год старик опять приходит на то же место, говорит: «Ох!» Ох перед ним и стоит. «Что, за сыном?» — «За сыном». Вот он его угостил и вывел перед него двенадцать хортовых (борзых) кобелей, говорит ему: «Узнавай своего сына, сын твой тут». Старик стал смотреть, видит: один кобель заднюю левую ногу волочит, и говорит: «Вот это мой сын». Тут старик волшебник и приказывает: «Ну, — говорит, — сделайся молодцем». Он сейчас ударился о землю, сделался молодцем. Говорит старик волшебник: «Ну, старик, сын твой, в науке хорош, силы могучей» Делай что хочешь, только не обманывайте в своем городе, людей». Старик волшебник и говорит сыну: «Ну, ступай, отправляйся да слушай мое приказанье. Если мне попадешься, навеки пропадешь».
Идут они с сыном путем-дорогой, перепелок ловят. Перепёлок много, ястреба не берут. Он говорит отцу: «Я сделаюсь ястребком, буду перепелок понять — только успей убирать. Увидят охотники, будут торговать ястребка, ты продавай за двадцать пять рублей, только шнурочек с ноги сними». Ударился о землю, сделался ястребком, гонит перепелок — только старик успевает убирать. Увидали это охотники и говорят: «Продай нам ястребка!»-«Ладно, — говорит, — ястребка за двадцать пять рублей продам, а шнурочек долой с ноги!» Они ему говорят: «Что это за шнурки? Возьми себе их. Будет у нас служить, так мы золотые повесим». Старик получил деньги, пошел в свой путь, а охотники пошли в свою сторону. Вдруг эти охотники взошли в такую степь: перепелок премножество. Ястребок гонит их, трое не успевают за ним убирать перепелок. Вдруг ястреб погнался за одной перепелкой и улетел у них из глаз. Охотники поискали, не нашли.
 
Нагоняет ястреб своего отца, ударился о землю, сделался молодцем. Вдруг идут они чистою степью, охотники гонят лисицу, собак много, а не догоняют лисицу. Этот сын и говорит отцу: «Сделаюсь я кобелем, ты меня продавай, только ожерелок с шеи не продавай». Вдруг он пустился за лисицей и в ту ж минуту её поймал. Охотники хотели у старика лисицу отнять, говорят: «Наша лисица, мы её выгнали». Старик говорит: «Чистое поле — всякому охотиться воля». «Ну, так продай нам твоего кобеля». — «Извольте купите: только ожерелок долой сниму». — «Эка невидаль — ожерелок, мы ему золотой купим». Продал он его за пятьдесят рублей. Старик пошел в свои путь, а охотники на охоту. Вдруг встречают такое множество лисиц, зайцев, он ни одной собаке ходу не дал, все сам ловит. Пустился за одной лисицей в дальнюю сторону и убежал у них с глаз. Стали его искать, не нашли.
А он нагнал отца, ударился о землю, сделался молодцем. Вот повел его отец в ярмарку жеребцом. Сын и говорит! «Батюшка, проси за меня три тысячи руб лей, меня продавай, а узды не продавай!» Дают цену хорошу, а трех тысяч никто не дает. Вдруг увидал его старик волшебник, который учил его. Вдруг говорит он старику: «Что, старик, продаешь жеребца?» — «Продаю». — «Что просишь?» — «Три тысячи рублей». — «Ну, старик, сейчас по рукам?» Деньги дает, отдал деньги. Старик и говорит: «Уздечку долой». А волшебник говорит: «Нет, эдакой конь без узды не покупается никогда». Вдруг пошли они в нижний земский суд: как прикажут? Старик говорит: «Я продавал без уздечки», а волшебник говорит: «Я с тем покупал». Суд приказал ему отдать пять рублей ассигнациями за уздечку и увесть коня. Вот и пошел старик со слезами домой.
А волшебник сел на жеребца, начал его мучить, гонять. Приехал домой, привязал на конюшне без корму, без водопою. А сам волшебник лег спать. Вдруг вышла сестра волшебника, посмотрела на жеребца. Сестра и думает: «Брат не скоро встанет, поведу я, напою его». Привела к речке поить. Моет у этой речки девица платье. Вдруг жеребец встрепенулся, соскочила с него узда, он бросился в воду, сделался ершом-рыбою. Сестра испугалась, прибежала домой, а он (ерш) вышел из воды, сделался молодцем и говорит девице, что мыла платье: «Красная девица, сделаюсь сам я тебе на середний палец перстнем, дорогим камнем с жемчужными зернами.
Когда волшебник будет спрашивать: «Откуда?» — ты говори, что нашла. (Потому он его узнает, как хочешь оборотись.) Станет тебе говорить: «Отдай!» — ты не отдавай, будет деньги давать тысячу рублей, не бери. Будет судом стращать, ты не бойся, не отдавай. Когда в суд приведут, тебе скажут: «Отдай так перстень, когда денег не надо!» Ты возьми с пальца сними да слово скажи, брось о землю: «Не доставайся ни ему, ни мне». А как я рассыплюсь мелкими зернышками, ты на одно наступи, а когда я под ногой забьюсь, то отпусти». Сказал это, бросился в воду, сделался ершом.
Проснулся старик-волшебник, который обучал его. Сестра и говорит: «Конь в воду бросился, поплыл и потонул». Старик только ахнул: «Что ж ты меня давно не разбудила?» Прибежал он к речке, сделался щукою, давай ерша искать. Нашел ерша, а ерш оборачивается к нему хвостом: «Хотя, — говорит, — ты щука востра, да не возьмешь, ерша с хвоста». Вдруг выскочил он на берег, сделался у девицы перстнем. Старик выскочил из воды и говорит: «Где, девушка, взяла перстень?» — «Нашла». — «Отдай: он мой». — «Не отдам», — «Ну, хоть продай, на тебе тысячу рублей». — «Нет, не продам». Повел он её в суд; суд присудил: когда денег не надо, так отдай. Она взяла с пальца кольцо сняла, ударила о землю. «Не доставайся же ни ему, ни мне». Перстень, рассыпался мелкими зернышками. Она наступила на одно. Старик ударился о землю, сделался петухом, давай эти зерна, клевать. Вдруг он под новой у девицы забился. Девица отпустила, он обратился соколом, ударил петуха и убил его насмерть, этого своего учителя. Вылетел и прилетел к отцу.