Бард 3
Ректор переглянулся с троицей деканов и не нашелся, что ответить. Зато неожиданно заговорила Мерцкова, которая все это время соблюдала нейтралитет. Беспристрастный судья…
– Я неплохо разбираюсь в эльфийских обычаях и могу предложить решение, которое удовлетворит и князя Морозова, и княгиню Бутурлину, и имперские законы, – превратившись в объект всеобщего внимания, она слегка улыбнулась и повернула голову, скрывая глаза за желтыми волосами со светлым отливом. – У эльфов существует понятие «долг крови».
Зрачки Ментариэль расширились, заполнив всю радужку. Эльфийка попыталась вскочить и закричать, однако Громова сработала на опережение, врезав ей в солнечное сплетение. Покуда девушка безуспешно пыталась откашляться и отдышаться, декан факультета жизни продолжала, как ни в чем не бывало:
– Многие знатные роды считают, что убить в ответ на убийство недостаточно, – это не исправит нанесенного вреда. А вот искупление грехов пожизненной службой – может.
– Первое отделение часто отдавало нарушителей имперских законов пострадавшему роду. Женщин обычно включают в род на правах младших жен, – задумчиво проговорила Ирина, а Уна согласно кивнула, видимо сверившись со своей внутренней википедией.
– Почему я просто не могу заплатить виру? – все же выкрикнула Ментариэль. – В конце концов, никто ведь не погиб!
– Не считая всех эльфийских воинов, что прибыли с вами на континент, – усмехнулась Громова, широкой ладонью закрывая девушке рот. – Утром нам пришло письмо. Все твои владения конфискованы в пользу семей погибших. Распределением занимался сам президент, так что остаток пришел на оплату его услуг посредника. Тебе остался только титул.
– М! ММММ! МММММММ! – Эльфийка бессильно мычала и билась в стальной хватке декана. По ее лицу градом катились слезы. Страх ее, похоже, превратился в бездну опустошительного ужаса, окончательно забравшего все моральные силы и волю к сопротивлению. Постепенно ярость и гнев Ментариэль перерастали в отчаяние…
Честно говоря, у меня сердце кольнуло. Да, герцогиня была светлой эльфийкой, и адекватных среди них я пока не встречал, но при этом она все еще оставалась слабой беззащитной девушкой. Гребаные рыцарские инстинкты! Хватит! Она напала на меня! И точно бы не пощадила, сложись сражение по-другому! Готов ли я из-за нее потерять Иру, Белку или Мин? Да никогда!!!
Задвинув совесть и жалость в дальний чулан своего разума, я холодно наблюдал за представлением. Иван Романов тем временем показал свой талант в местной юриспруденции. Он извлек из стола на белый свет толстенную книгу, оказавшуюся Сводом имперских законов, и быстро отыскал в ней нужный параграф. Затем воспользовался своим правом «временного судьи».
Как пояснила мысленно Уна, он мог выносить приговоры во владениях Академии. Пусть само нападение произошло не на ее территории, но участниками оказались студенты, поэтому они подлежали именно его юрисдикции. В результате «временный судья» лишил Ментариэль всех прав иностранного гражданина на территории России, обратил в рабство и присудил ее нам с Ирой в качестве компенсации. Моя рабыня тут же отказалась от своей доли в мою пользу, и так в моем гареме неожиданно появилась эльфийская герцогиня.
Светлая эльфийка с потухшими глазами сама убрала блондинистые волосы, позволяя застегнуть на себе ошейник, поводок от которого торжественно передали прямо мне в руки. Пожелав нам не опаздывать на уроки, Иван Романов щелчком пальцев отправил всю нашу компанию назад в мою виллу.
Я все никак не мог понять, что должен чувствовать по этому поводу. Радость, жалость или предчувствие свалившегося на мою голову геморроя? Зато я отлично ощущал эмоции Белки. Темная эльфийка была в диком восторге. Она предвкушала, как отыграется за все унижения, которым ее подвергли сородичи Ментариэль и, чего греха таить, она сама.
Что ж, парни присмотрят за новенькой, пока нас нет, а вечером видно будет. Я поступил как настоящий мужчина – отложил решение сложного вопроса на потом. Даже предложил своей новой рабыне позавтракать с нами, но, судя по ее потухшему взгляду, явно поторопился с данным предложением.
Мы же все оценили кулинарное мастерство Марфы, и сытые отправились на занятия. На вопросы о том, что я буду делать со своим новым ушастым приобретением, которые мне задали по дороге Белка и Ирина почти одновременно, я оговорился все теми же словами – разберемся вечером.
Подобный ответ их явно не устроил, но давить на меня они не решились. Особенно под ехидным взглядом Уны, которую, судя по всему, изрядно забавляла вся эта ситуация со светлой эльфийкой. Я даже не мог представить, что может прийти в голову моему сумасбродному фамильяру.
Глава 6
И кто сказал, что эльфы предсказуемы?
Четверг, как и остальные учебные дни, начинался со сдвоенной общей магии. По часам этот предмет был абсолютным чемпионом над остальными, и я все никак не мог понять, – то ли он действительно был так важен для студентов, то ли Баба Яга замутила себе в ректорате максимальное количество часов ради зарплаты побольше. Каждое занятие напоминало школу – все старательно записывали, но никто ничего не понимал. Дураков, то есть смельчаков, переспрашивать у Ираиды Евгеньевны не находилось.
Леха Вяземский упомянул, что слышал доносящиеся из общаги дружные стоны штудирующих конспекты студентов. Он же, как и Белка, не испытывал никаких трудностей и понемногу пытался донести до меня суть предмета, пока темная эльфийка занималась с княгиней. Подобный расклад меня полностью устраивал. Выбери я в качестве репетитора Белку, все бы неизменно заканчивалось постелью вместо учебы, слишком уж меня заводили ее немного неземная красота и палисандровая кожа.
Конспекты у нас не проверяли, так что писал я механически, не заморачиваясь над почерком. Мысли о сложившейся ситуации не покидали меня. Эльфы не успокоятся, и это факт. Они потеряли несколько пешек и фигуру покрупнее… Представив себе Ментариэль в виде лошади, я чуть было не фыркнул, титаническим усилием сохранив серьезное лицо. Ух, пронесло. Баба Яга мазнула по мне злым взглядом и продолжила выписывать на доску магические дифференциалы.
Да уж, удружили. Зачем мне в гареме нелояльная светлая эльфийка? Нет, я совершенно не против разделить с ней постель! Ментариэль очень красивая, и я отлично представляю ее на свежих простынях в обнимку с Белкой… Снова мысли не о том! Никакого белого и черного шоколада, здесь у нас не фантазии, а жестокая реальность. И реальность такова, что герцогиня не примет своей новой роли и будет всячески строить козни, даже если подчинится внешне. К тому же, я не собирался никого держать насильно. Вокруг столько красоток, которые добровольно раздвинут ноги. Зачем мне кого-то принуждать? Только силы и нервы тратить, не говоря уже о терзаниях совести.
Решено! Вернусь на виллу и дам ей от ворот поворот, как Зинтариэль. Даже очко харизмы получать не буду, оно того не стоит. Лучше с Симоновой наконец замутить и сразу два заиметь.
«Дурак ты, хозяин», – неожиданно заявила Уна и ушла в глухую молчанку, не отвечая на мои вопросы о причине такой неожиданной реакции. Мне быстро все это надоело, и я не стал додумывать. Захочет – сама скажет.
По часам Системы близилась перемена, а за ней урок огненной магии, которая нравилась мне куда больше. Скуратова преподавала неизменно с огоньком, да и мы с Уной у нее в любимчиках ходили после практического занятия.
– И прежде чем я отпущу вас, преисполненных знаний, выслушайте важное объявление, составленное самим ректором. Морозов, передадите Ментариэль лично, раз она не смогла посетить мое занятие по состоянию здоровья.
Обычно в таких ситуациях всегда раздаются смешки, однако сейчас студенты сидели с гордо выпрямленными спинами и равнодушными лицами. Хотя кто знает, чего им стоило сохранять спокойствие… Баба Яга соблюдала репутацию главной грымзы Академии и выгоняла из аудитории за гораздо меньшие провинности. А паре неудачников уже отказала в приеме экзамена.