(не)моя Малая (СИ)

— Дэн, он не пошутил, если тебе важны дети в утробе Вари, сделай так, чтобы она не выходила из дома отца, — я согласно кивнул. Да, это единственное верное решение. То, что Арт был серьезен, я понял сразу. Слишком хорошо знал его.
— Судьба все-таки сука, сестренка, — сказал я. — Я же после пропажи Ники решил, что не буду обзоводиться семьей. Никогда не тянуло. Но моя беременная женушка, хоть и фиктивная, сестра Аверина.
— Денис, ты сам не прихлопни ее, пожалуйста. Ты сейчас домой?
Я задумался. Видеть сейчас Варю — это слишком. Поехать бухать бар, а потом домой? Так точно есть шансы раздавить Варю, ведь пьяным я себя плохо контролирую. На квартиру к бабушке и дедушке не тянет. Жить по соседству с матерью Авериных.
— Можно к тебе? — задал вопрос Крис, и прежде, чем она успела ответить отказом, я продолжил. — Домой не могу, не сейчас. На квартиру еще хуже, сама понимаешь. К Илье… У него сын родился месяц назад. Не до меня ему сейчас. Могу попытаться напроситься пожить у Богдана, но это уже пипец, какой край. Тем более ты сейчас у Артура.
— Запомни мою доброту, — сестренка подумала с минуты и все-таки достала ключи из сумки. — Лови, — кинула связку ключей мне. — Буду завтра. Постарайся не разломать мне квартиру. — Сестренка, я тебя люблю, — притянул я к себе в объятия Кристину.
— Я тебя тоже, братец.
Все же я понимал Арта. Если бы, не дай бог, Алина оказалась на месте Вероники, мне было пофиг беременна Варя или нет — раздавил бы, как букашку нахрен.
16 глава
Спустя месяц
POV Варя
Кто мог знать, что после неудачной свадьбы мамы я не только не смогу увидеться с ней, но и выход из дома для меня будет под запретом? Так еще Денис не появлялся дома все это время, в принципе, как и сестры Шеремед. А я осталась тут на попечение отца Дениса, который возвращался домой под ночь и сидел в кабинете у себя с Ксенией, которая каждый божий день пытался сблизиться, а я восприняла совет Дениса держаться от нее подальше всерьез.
Я занималась своим любимым делом в течение этого месяца — читала. Чтение стало моим спасением. Но не сегодня. Я услышала шум внизу на первом этаже. Голоса на повышенных тонах. Я открыла дверь и выглянула. Моя дверь находилась близко к лестнице, и мне открывался прекрасный вид на первый. Отец семейства о чем-то спорил, если можно так сказать, со своей младшей дочкой. Алину я не видела месяц, а толком общалась еще три месяца назад.
— Саша весь месяц на взводе из-за случившего, — прошипела Ксения, незаметно подойдя сзади, что я аж вздрогнула. — А его дети не видят, что из-за своей мести могут загнать его в гроб.
— О чем Вы? — спросила я, смотря, как Алина, усмехнулась в сторону отца на манер Дениса, бросила на стол ключи от дома и покинула сам дом, громко хлопнув входной дверью.
— Ты ничего не знаешь? — наигранно удивилась мачеха Дениса. — Об этом же писали все СМИ.
— Я не читаю их. К ним у меня нет доверия, как и к Вам. Я, пожалуй, пойду к себе, продолжу читать, — я уже направлялась к себе, как услышала то, что подвергла меня в шок.
— Сегодня суд. Нашли убийцу Вероники Морозовой. Возможно, твоего муженька перестанут называть «убийцей».
— Как? — оторопела я. — Это же хорошо. Дениса же признают невиновным, наконец посадят настоящего убийцу!
— Девочка, ты задаешь неправильные вопросы, — она театрально закатила глаза. — Тут правильно спросить: кто?
— Кто? — задала я вопрос, прислоняясь к стенке.
— Твой брат.
— Что? Нет. Это невозможно. Даня не мог этого сделать, я не верю, — я истерично мотала головой, понимая, что мне нужны ответы и я могу получить их от Алины, и есть шанс, что она не успела уехать. Я бегу вниз, оставляя позади Ксению, которая явно довольна собой.
— Алина, — кричу я, замечая, как моя бывшая подруга курила сигарету, а Соколовский, видимо, засовывал ее вещи в багажник. Похоже, она действительно ушла из дома. Блондинка заметила меня, медленно потушила сигарету, сказала что-то Богдану и пошла ко мне навстречу. Девушка остановилась напротив меня.
 
— Уставшей выглядишь, — первая начала разговор Алина. — Токсикоз?
— Нет, — я покачала головой. — Меня тошнит, но отнюдь не из-за того, что я беременна. Я устала, что мне все врут. Кто-то собирался поставить меня в известность, что с моего мужа снимут обвинения? Или то, что теперь моего брата обвиняют?
— Тебе лучше поговорить со своим мужем, Варя, — вмешался в разговор Соколовский, при этом взяв Алину за руку.
— Если бы он хоть раз за месяц посчитал нужным приехать ко мне и поговорить, я бы не узнала об этом от чертовой вашей мачехи, — я пыталась уловить взгляд моей экс-подружки. — Но вместо этого он запер меня дома у отца, как какую-то принцессу.
— И правильно сделал, — подала голос Алина. — Я передам Денису, чтобы он заехал к тебе, а ты иди домой, не хватало еще, чтобы ты заболела.
Мне оставалось смотреть, как Алина села в машину к своему парню, и они вместе покинули территорию. Я еще раз огляделась по сторонам, на охрану, которая, видимо, была готова к любой моей выходке. Я положила руку на свой животик, понимая, что Лина права. Я не смогу выбраться из дома, дабы поехать в суд, мне остается просто ждать новостей. Мне нужно думать за троих.
Я проскользнула в свою комнату, не давая шанс заговорить Ксении. Первая мысль была разгромить всю комнату в отместку Денису, но это слишком по-детски. Я на ватных ногах дошла до кровати и завалилась на нее. Мне хватило сил только перетянуть на себя одеяло, закутаться в него и попытаться успокоиться. Мне нужно просто дождаться Дениса. Он же приедет?
17 глава
POV Варя
С детства я была терпеливой, всегда чего-то ждала. Мама прививала мне, что только у терпеливых людей получается добиться успеха. Но сейчас я лежала на кровати без возможности выйти из дома или даже просто зайти в интернет и найти новости, как же закончился суд. Я в этом доме как заложница. А почему как? Я попала в золотую клетку. Я купилась на добрые намерения Дениса, чтобы спасти своих детей, подписала договор, не подозревая о последствиях.
Я прислушалась к шагам возле двери, сначала подумала, что это Ксения пришла позлорадствовать, но стоило двери открыться, как я услышала запах знакомого парфюма. Денис.
Мой муж молча прошел к креслу перед кроватью и уселся в него, молча рассматривая меня, как экспонат в музее. Я протерла рукой красные глаза от слез. Не хватало еще при нем расплакаться.
— Лина передала, что ты соскучалась, — ухмылнулся мой муж.
— Алина ошиблась, — проговорила я. — Она должна была передать, что мне надоело, что из меня делают дурочку. Я все поняла.
— Что же ты поняла, малая?
Я непроизвольно дергнулась, когда он произнес «малая» на свой манер. Он так меня не называл с момента нашего расставания.
— Я правда не знаю, с чего ты решил, что именно мой брат убил Веронику, но ты это себе вбил в голову в тот день, когда ты выбросил меня из гостиницы, — я специально встала с кровати, чтобы смотреть на него сверху вниз. — И, вероятно, наша свадьба в твои планы не входила, но наша ночь принесла свои плоды, — я на автомате до тронула до живота. — Это ты разрушил мамину свадьбу, я же права? И в этом тебе помогал Артур. Чем ты смог его убедить, что именно мой брат убийца, а не ты? Он же тебя ненавидит.
— Ты уверена, что готова к правде? — после минутного молчания спросил меня Шеремед. Я кивнула, а Денис дал мне свой включенный телефон. На экране был открыть профиль Алины, и я вопросительно подняла бровь. Что? — Сторис открой.
 
Я щелкнула на кружок, и на экране появилась моя бывшая подруга. Алина была возле здания Суда, скорей всего, где и было слушание, она сглотнула и начала говорить:
— «Многие у меня спрашивали, как же я отношусь к этому дело, и знакома ли я с самим подозреваемым, с Авериным. Мой ответ — да, я знакома с ним. Он был моим парнем, которого я в свое время любила. Был ли он груб со мной в сексе? Да… Но тогда я этого не понимала, считала, что эта норма. Когда он чуть меня не придушил, я поняла и захотела уйти. Он отпустил, но как оказалась, эта мразь снимала каждый наш секс, и как он сказал, если я рискну открыть свой рот, то стану знаменитой в кругах порноиндустрии, — Алина сделала вынужденную паузу, смахнула слезы. — Тот год, когда я якобы лежала в наркологическом центре, я провела в психушке, — девушка подняла запястье и вместо широкого браслета там были шрамы. — Моему папе было легче, точнее безопасней для своего имиджа выдать меня за наркоманку. Таких девушек, как я, у него было дохера, но не всем повезло, как мне. Веронике не повезло. Он ее убил и закопал неизвестно где. Я слишком долго молчала, я устала молчать и призываю всех вас подумать — стоить ли молчать?!»