Твоя судьба (СИ)

— Он это любит, — в ответ на мой вопросительный взгляд пояснил: — купаться в восхищении.
— Мне не жалко, у гениев свои причуды, на которые они имеют полное право, — ничуть не изменила своего мнения.
— Ты ему понравишься, — констатировал, опираясь на личное знакомство с мастером.
— Вот и отлично, — приободрилась я.
Как только мы прояснили этот вопрос, Северус повел меня в знакомом направлении. Оказывается, магистр обитал и творил в непосредственной близости от покоев правящей четы. На моё закономерное удивление этим фактом, принц пояснил, что под землёй есть ещё этаж, который включает в себя обширную лабораторию для экспериментов с высокой степенью опасности, но и его основная лаборатория наверху имеет наилучшую защиту и ты никогда не догадаешься, чем же маэстро увлечён в конкретную минуту, пока не заглянешь к нему. Подобная привилегия была дана Вериусу дабы он молниеносно мог реагировать на вызов короля, а также, как он сам признаётся, в этом крыле его реже донимают пустяковыми просьбами, на которые он не собирается тратить драгоценное время.
Северус рассказал, что магистр был таким сколько он себя помнит: вечно занятой очередным опытом, раздражительный, когда его отвлекали от дела всей его жизни, коим является каждый опыт, но при этом, как бы парадоксально это не звучало, готовый часами купаться в словах восхищения и признания. Только королевской семье он не отказывает в любое время дня и ночи. В общем-то, всё объясняется достаточно просто: именно правящая верхушка спонсирует все его разработки, закрывает глаза на некоторые шалости и придаёт ему большую авторитетность среди коллег. Делаем выводы: дядька не дурак, когда надо заткнётся, умерит свой вздорный характер и сделает, что надо. Но, несмотря на то, что я скоро вступлю в кружок избранных, стоит уже сейчас наладить мостик.
Эээ, ну что можно сказать о моём первом впечатлении? Наверное, «никогда бы не подумала на этого человека, что он и есть гений, которого так восхваляют». Худющий, аки молодое деревце, высокий, угловатый, при всём этом, брюнет с уже посеребрившимися висками и отдельными прядями, притягивал к себе каким-то внутренним магнитом, силой и уверенностью, которая окружала этого мага. Костюм явно шился на заказ, потому что сидел как влитой и дополнял внутренние ощущения от Вериуса внешними.
Когда мы появились в дверях его кабинета, магистр уже крутил в руках небольшую зеркальную шкатулку, производя предварительную подготовку к настройке и не сразу показал, что знает о гостях.
Наследник на такое пренебрежение отреагировал, словно так и нужно и, не церемонясь, провел меня за собой, усаживая в одно из кресел, стоявших рядом с рабочим столом. Сам же, склонившись ко мне, извинился, что не может на протяжении всего времени быть рядом, поэтому оставляет меня в надёжных руках. Попросил не задавать вопросов, пока на меня не обратят внимание и ничему не удивляться. После чего оставил один на один с магистром, который по-прежнему игнорировал моё присутствие.
Сначала я терпеливо ждала, что вот сейчас маг оторвётся от своей работы — и обратит свой взор на меня, потом мне это надоело и, от скуки, я начала разглядывать кабинет. Ничего особо интересного не нашла, и снова вернулась к изучению живой легенды, про себя воскрешая всё, что знаю об этом человеке.
Родители у него были не самые последние волшебники не только в нашем королевстве, но и за его пределами. С детства на Вериуса возлагали большие надежды, но мальчик их не оправдывал: учился без должного рвения, при огромном магическом потенциале показывал низкие результаты, рос замкнутым и необщительным ребенком. Когда родители осознали, что их чадо не оправдывает надежд – заделали второго сыночка. Вот только здесь проявился закон подлости: с младшим сыном всё получилось наоборот: мальчик очень старался угодить родителям, но просто не мог прыгнуть выше головы, природа отдохнула на его способностях.
Происходящее в семье и ещё более натянувшиеся отношения с родителями только усугубили ситуацию, и первенец легко принял решение старших отправить его с глаз долой в военное училище с боевой кафедрой для магически одарённых детей. Там Вериус звёзд с неба не хватал, но и в хвосте никогда не плёлся. Активизировался юноша, когда вышел из-под опеки родителей. Окончил училище и самостоятельно поступил в Столичную Академию Магии. С того времени и началось его восхождение по лестнице на вершину, где он обитает на данный момент. А от родителей он можно сказать отрёкся – у парня оказалась отличная память и ранимая душа, потому что связи с семьёй он оборвал и не терпел, когда ему припоминали его фамилию. Собственно, поэтому иначе чем «Вериус», к нему не обращаются.
 
Этим дядькой невозможно не восхищаться, потому что на его счету очень много открытий, которые облегчили или даже спасли не одну жизнь. Но в отдельных случаях его трудно понять с морально-этической точки зрения. Гений, что ещё тут скажешь…
Ещё через некоторое время я начала петь про себя любимые песенки, дабы избавится от навязчивого желания заговорить: когда чего-то нельзя – хочется только больше. Но моя разумная половина в этот вечер выстояла до того момента, когда на меня подняли карие глаза, обрамлённые мелкими морщинками. Моментально просканировав сидящую напротив, маг заговорил:
— Так вот ты какая, ведьма огненная, — тоном учёного, изучающего что-то под микроскопом, протянул магистр.
М-да… ни тебе «здрасте», ни «до свидания».
— Какая есть, — словно извиняясь пожала плечами, — уж не обессудьте.
— Язва, — довольно констатировал Вериус, — не свезло принцу получить «правильную» жёнушку, — счастливо жмурясь, как сытый кот, разве что не облизываясь, констатировал маг. – Хоть какая-то радость старику на склоне лет.
— Что вы, Вериус, как можно вам говорить о себе такое? – вполне искренне не согласилась с ним. – Слова типа «старость» к вам никто не сможет применить. Тем более, такие великие люди должны жить вечно, чтобы не дать нам сгинуть во тьме, — тут я слегка преувеличила, но лесть дело такое…
— Ммм, — снова напомнил мне котяру, — ещё и неглупая. Хорошо ведьмочка, задобрила, поэтому можешь забегать ко мне, когда захочется, — позволил магистр.
Это, конечно, хорошо, но злоупотреблять приглашением не стоит.
— Благодарю, — с должной степенью почтения ответила я, — ваше приглашение для меня невероятно ценно.
— Вот и отлично, — улыбнулся мужчина, что несколько смягчило его черты. – А теперь давай сюда свои лапки, — протянул ко мне ладонь.
После чего расположил мои руки на шкатулке, соединяя пальцы таким образом, чтобы получить острый угол. Сам магистр встал рядом и, устроив одну руку поверх моих, а другую на моей голове, приказал закрыть глаза и какое-то время не думать ни о чём.
Как водится, сразу начала думать обо всём на свете. Из-за этого меня отчитали, и как по волшебству, мне удалось создать в голове вакуум и отрешиться от происходящего. Не могу представить, сколько я так просидела, потому что в таком состоянии за течением времени не следишь, но руки затекли, так что, видимо, не мало. Когда Вериус вывел меня из транса, я вздохнула с облегчением.
— Теперь эта шкатулка только твоя, — возвращаясь на своё место, сообщил он. – Послание, которое ты хочешь отправить, нужно сначала написать на листе, положить в неё и мысленно назвать адресата, у которого тоже имеется подобное средство связи. Она просто телепортирует письмо адресату. Я задумал так, что личную шкатулку не может открыть другой человек, но если вдруг, — ярко выраженный скепсис, — такое произойдёт, то прочитать записку взломщик не сможет, так как она шифруется, возвращаясь к первозданному виду только в руках адресата.
— Несколько степеней защиты? Это хорошо, — порадовалась предусмотрительности или же паранойи некоторых.
— Плохих вещей не делаем, — задрав свой длинный нос, подтвердил свои умения. – А теперь всё, иди, — замахал на меня руками, — время к ночи, пора тебе и честь знать.
Я на этого странного мужчину совершенно не обиделась, принимая его поведение как должное. Так что счастливо схватила в свои загребущие лапки шкатулку и отправилась к себе, с намерением протестировать работоспособность передатчика посланий, когда окажусь одна.