Во власти мужа (СИ)

Я буквально выплюнула ему это в лицо, инстинкт самосохранения покинул меня в ту минуту. Это был крик души и лопнувшего терпения, закрепляемый эффектом выпитого крепкого вина.
— А мне плевать, — рявкнул он и нажимом на плечи впечатал меня обратно в стул. — Моя жена не будет взвешивать яблочки на кассе или мыть полы в туалете?! Или ты думаешь, что сгодишься на что-то большее?
— Ты…Ты… Противный! Ненавижу! — силой вырвалась из его захвата и начала колотить его в грудь. — Лучше продать душу дьяволу, чем быть твоей женой, и будь проклят тот день, когда я познакомилась с тобой! Ненавижу тебя!
Я захлебывалась в эмоциях и кричала на весь дом, теряя контроль над собой. Богдан жёстко и быстро остановил мою истерику — его сильная пощечина огрела лицо, а толчок в грудь заставил потерять равновесие и рухнуть на пол.
Все произошло настолько быстро, что я не сразу поняла, что произошло.
Богдан первый раз поднял на меня руку…
  
Глава 7
 
Он переступил грань.
Я машинально хватаюсь за горящую щеку и озираюсь на Богдана. Мне не больно… Мне страшно. Я растеряна настолько, что не понимаю, происходит ли это со мной наяву.
Никогда. Никогда раньше он не смел причинить мне боль, воспользовавшись физической силой, которая у него есть. Никогда мой муж не опускался так низко.
Я поднимаю глаза и вижу на его лице смятение, а во взгляде сожаление… Словно Богдан сам не понял, что произошло несколько секунд назад.
Но имеет ли это значение?
После скандального шума, который я подняла в гостиной, наступила мгновенная громкая тишина. Именно громкая, и она била по ушам сильнее любого крика. Слез не было, как и слов — все в одночасье пропало.
Богдан первым вышел из оцепенения, он встряхнул головой и расслабил кулаки, которые сильно сжимал. Запечатлев на мне холодный отчужденный взгляд, он развернулся и пошел прочь из гостиной.
Когда спина мужа скрылась за дверью, я легла на пол и зарыдала. Без слез. Заскулила, как искалеченная злыми людьми собака, не понимающая мотивов своих обидчиков.
— Ташенька, — я услышала обеспокоенный голос Валентины. Она вбежала в гостиную и сейчас кружила возле меня, не зная как помочь. — Что же это делается…Неужели он ударил вас? Вставайте же…
Она обхватила меня за талию, желая поднять меня на ноги, но я не поддавалась, наотрез отказавшись от помощи и от чувства жалости с ее стороны.
— Оставь меня. — резко сказала я, всхлипывая, но Валентина не послушалась, и мне пришлось надавить. — Ну же! Уходи!
Наверно, Валентина не простит меня, после такого обращения… И правильно сделает.
Она ушла, и я осталась одна. Лежа на полу, я смотрела отстраненно в потолок в одну точку, сверля дыру-портал во времени.
Говорят, в самом конце начинаешь вспоминать о начале… Наверно, мы с Богданом переступили черту финишной прямой, потому что сейчас мои мысли перебросили меня в воспоминания прошлого, туда, где все только начиналось…
***
Семь лет назад. Родительский дом.
— Таша…
Я ворочаюсь в кровати, не в силах заснуть. Дождь барабанит по крыше и ударяет в стекло деревянного окна, отыгрывая на нем ритмичную барабанную дробь.
Раньше я быстро засыпала под звуки дождя, но сейчас даже глаз не могу сомкнуть, потому что не могу перестать думать о НЕМ, а ЕГО голос слышится мне повсюду. Наверно, я схожу с ума.
— Таша! — чуть громче прозвучало за окном, и удар от камешка заставил открыть глаза, которые я усердно зажмуривала.
Я быстро вскочила с кровати и подбежала к окну, открывая шторы. За окном была темнота, и лишь тусклый свет соседского фонаря позволил разглядеть знакомый силует. Это был Богдан.
Что он здесь делает? Сердце в груди волнительно забилось, и я быстро открыла окно нараспашку, загоняя ветер и капли дождя в комнату.
Насквозь промокший, но со счастливой улыбкой до ушей, Богдан стоял около окна, цепляясь руками за его карниз, и смотрел на меня пьяными от любви глазами.
— Таша, любимая, пошли гулять. — я протянула ему свою руку и наши пальцы сплелись.
 
— Ты сумасшедший, на улице ливень… — полушепотом воскликнула я. — Что ты здесь делаешь?
— Это ты свела меня с ума, я так соскучился, ты не представляешь!
— Не кричи. — строго сказала я и тут же хихикнула. — Родители спят, потише…
— Я люблю тебя, Таша. — не переставал признаваться в чувствах Богдан, чем заставлял мое сердце трепетать. — Спускайся ко мне. Хочу обнять тебя.
Он потянул меня за руку, и дождь замочил мою голову и пробежался по голым плечам. Я ахнула.
— Перестань. Я вся вымокну.
— Тогда поговори со мной…
— О чем?
— О чем угодно… — выдохнул Богдан и начал гипнотизировать мое лицо. — Только не молчи. Знаешь ли, какая ты красивая, Таша?
Его комплименты до сих пор вгоняют меня в краску, но мне приятно. Очень. Я касаюсь своих длинных волос, заправляя их уши, и обнимаю себя руками. Ветер с дождем нагнал на плечи дрожь и легкие мурашки. Хотя, не факт, что их появление обусловлено лишь непогодой.
— Где же твоя гитара, раз ты решил петь мне серенады под окном? — решила подшутить я.
— Она всегда со мной. — сориентировался Богдан. — Тебе просто не видно, любимая, ночь на дворе.
Этот безумец начал петь во все горло незнакомую мне песню на исковерканном французском, ужасно фальшивя и наводя на меня панику.
— Сейчас же замолчи, — мне смешно и неспокойно одновременно, я озираюсь по сторонам, но в кромешной тьме ничего не видно. — Если соседи или родители услышат, мне не жить. И тебе кстати тоже.
— Напугала. Перестану, если спустишься и поцелуешь меня. — Богдан провел пальцем по губам. Щеки мгновенно вспыхнули.
— Нет. Даже не надейся. Пока. — специально решила подразнить его и начала медленно закрывать окно.
Ловким движением Богдан остановил мои манипуляции, и ухватившись за карниз начал залезать в окно. Я прикрыла рот, из которого вырвалось протестующее восклицание. Богдану понадобились секунды, чтобы пробраться ко мне в комнату и заставить отвечать за свои слова.
— Повтори еще раз.
Сейчас он сидел на подоконнике и прижимал меня к своему промокшему телу, испытывая взглядом. От волнения я вцепилась в ткань его мокрой футболки и закусила губу.
- Я хотела сказать, что… — отвожу взгляд, придумывая на ходу оправдание.
— Что хочешь поцеловать. Сильно и страстно.
Я сглотнула.
— Может быть. — шепнула я, смотря на его красивые губы, которые были приоткрыты и расслаблены.
— Так скажи.
— Не хочу говорить… — я завела пальцы в его отросшие мокрые волосы и потянулась к нему.- Хочу сделать это.
Когда прижалась к его груди своим телом, моя пижама моментально стала сырой. Но это так неважно… Жаждущие близости губы слились в поцелуе, и я полностью отдалась процессу, пытаясь вкусить всю его сладость.
— Я люблю тебя, Богдан.
Его руки желали тесных объятий и проникли под майку, изучая мою нежную кожу.
— Ты моя девочка. — шептал он на ухо, согревая меня поцелуями.
— Весь мокрый… — мои руки спешно начали снимать с него футболку.
— Ты уверенна?
— Иначе ты заболеешь, — пояснила я, хотя прекрасно понимала, о чем спрашивает меня Богдан. В его взгляде, как и в моем, читается желание.
— Тебя беспокоит только это?
- В остальном я абсолютно уверенна.
— Понял.
Наша одежда мокрыми тряпками валялась на полу. Мы лежали в кровати под одеялом и грели друг друга своей любовью.
Я устроилась головой на его груди и ласково водила по ней пальцами, вырисовывая замысловатые узоры. Богдан одной рукой обнимал меня, а другой играл с моими волосами. Сейчас мы молчали, обмениваясь чувствами через язык прикосновений, и наслаждались моментом.
Если бы не тишина, в которой мы пребывали, я бы не услышала осторожных шагов за дверью моей комнаты.
— Прячься под одеяло. — запаниковала я.
— Зачем?
— Быстрее! — я чуть ли не силком накрыла его одеялом и замерла в ожидании.