Поцелуй ангела

— Ты что тут вытворяешь, Хэтчер?
— Он потребовал этого. Мне нужно быть у входа в дом через две минуты. Без оружия. Без жилета. Иначе он убьет Экелса.
— Ни за что, — возразил Донован.
— Твое мнение здесь значения не имеет.
— Он блефует, — решил Роган. — Черт. Наверное, надо было кого-нибудь из этих проклятых переговорщиков прихватить.
— Мне переговорщик не нужен. Мы достаточно знаем об этом человеке, чтобы понимать: ему терять нечего.
— Кроме его же средства достижения цели. Если он убьет Экелса, ему конец.
— И если не убьет, ему конец, поскольку мы будем знать, что он блефует. Я иду туда.
— Я не могу позволить вам войти туда, детектив, — вмешался Форман, — как бы вы этого ни хотели. Вы даже не знаете наверняка, отпустит ли он заложника. Возможно, тот уже мертв.
— Между прочим, его заложник, как вы выразились, один из нас, и он наш начальник.
Форман попытался преградить ей путь. Она обошла его. Роган схватил ее за руку, Элли выдернула ее.
— Черт возьми, Джей Джей! Если кто-то из вас еще раз попытается меня остановить, я его покалечу.
Она нырнула за грузовик, Роган за ней.
— Дай мне свое оружие, — потребовала она, протягивая правую руку.
— Зачем?
— Некогда объяснять. Давай сюда свой «Глок».
Он вытащил оружие из кобуры и протянул ей.
— Ты этого не сделаешь.
— Мне придется это сделать. Ты что, не понимаешь? Я нашла Челси Харт. Мои инициалы были вырезаны на лбу Рейчел Пек. У меня была вся нужная нам информация: его болезнь, время выхода его книги, его осведомленность обо всех этих делах, его чертова морда на фотографии, прежде чем я ее обрезала и выкинула. Это я должна там быть, и, клянусь богом, я не позволю тебе остановить меня.
С этими словами она вытащила обойму и опустила на землю, затем выщелкнула досланный патрон и тоже бросила в сторону.
— Он тебя убьет.
— Раньше он убьет Экелса. А мне он сначала будет трахать мозг. Предприми все, что сможешь. — Она сунула незаряженный пистолет Рогана за пояс, под куртку. — Слышишь меня?
Подошедший Донован взял ее за локоть, но Роган отстранил его.
— Ты выйдешь оттуда, Хэтчер. Ты не будешь там одна, поняла?
Нервно сглотнув, Элли кивнула в надежде, что он окажется прав, и вышла из-за грузовичка. Затем, поспешно двинувшись к домику, остановилась посреди двора Киттри, вынула из кобуры свое оружие и бросила его на траву.
  
Глава 48
 
Элли с полминуты простояла на крыльце, пока входная дверь не приоткрылась — сначала совсем чуть-чуть, потом еще на несколько сантиметров, затем еще немного — и Элли увидела обезумевшие от страха глаза Дэна Экелса. Его рот был заклеен широкой серебристой изолентой, запястья связаны спереди, а ноги туго стянуты в лодыжках.
— Все в порядке, сэр. Можете выходить.
Она медленно открывала дверь, пока из глубины дома не донесся голос:
— Хватит. Я видел ваш автобус с отрядом срочного реагирования.
Экелс повернулся боком, чтобы протиснуться в полуоткрытую дверь. Он пристально посмотрел в глаза Элли и слегка покачал головой. Он пытался что-то сообщить ей. Сказать, чтобы она не входила в дом.
—  Это… ловушка? — беззвучно, одними губами произнесла она. Экелс ответил все тем же напряженным взглядом, но сильнее покачал головой.
— Не забывайте про уговор. Сначала вы сюда, потом он отсюда.
Элли тоже повернулась боком, чтобы пролезть мимо Экелса. Когда они поменялись местами, она увидела, как лейтенант моргает, пытаясь скрыть навернувшиеся слезы.
— Идите, — шепнула она.
Экелс еще раз взглянул на нее, прежде чем соскочить с крыльца. Элли успела заметить, как Форман торопится перехватить Экелса на лужайке, а затем у нее за спиной снова раздался голос:
— Закройте дверь.
Элли закрыла — и ее тут же прижали к ней. Она чувствовала, как Джордж Киттри, придавив ее всем телом, шарит у нее под курткой. Она перестала чувствовать вес Рогановского «Глока».
— Хорошенький спектакль вы устроили, бросив оружие во дворе. Но я не так глуп, детектив.
Он сорвал с нее куртку и отшвырнул на пол, а затем отошел на несколько шагов в глубь дома. Элли обернулась, пытаясь запомнить планировку.
 
В передней части дома, в гостиной, шторы были задернуты. Вертикальные жалюзи, закрывавшие раздвижные двери в столовую, опущены. Сам Киттри расположился на деревянном стуле у входа в небольшой коридор, ведущий из гостиной. Умно придумано. В этом месте он был надежно защищен от любой пули, которую могли выпустить с улицы.
— На диван. — Он указал на бежевую софу у стены гостиной, а сам, вернувшись на безопасное место, положил оружие на пол слева от себя. Элли старалась выдержать его взгляд, однако ее глаза непроизвольно перескочили на серебристое лезвие, блеснувшее в его правой руке.
В другой день и в другой обстановке это наверное испугало бы ее. Но Элли, наоборот, приободрилась. Сначала Киттри держал в заложниках лейтенанта полиции. Теперь у него новая пленница: один источник непредсказуемости сменился другим. Если бы он уверенно обращался с огнестрельным оружием, ей наверняка пришлось бы смотреть в дуло его собственного пистолета либо того, который он только что отнял у нее.
Интуиция не обманула Элли. Лишь одна жертва была застрелена — Даррелл Вашингтон. И, как сказал Кен Гарсия, убийца был паршивым стрелком. Кроме того, он воспользовался тем самым оружием, которое было у Вашингтона при ограблении Стефани и Джордан, а затем бросил его на месте преступления. А нынешнее местоположение Киттри не давало ему возможности быстро добраться до места, где мог быть спрятан другой пистолет.
Теперь Элли поняла, что ей пытался сказать Экелс: у Киттри нет огнестрельного оружия. Очевидно, Киттри удалось захватить лейтенанта раньше, чем тот установил этот важный факт. Элли не допустит, чтобы с ней произошло то же самое. Она отличный сильный борец. И если единственное преимущество Киттри — нож и незаряженный «Глок» Рогана, она сумеет выйти отсюда живой.
Сев, как было велено, на диван, Элли увидела на стеклянном столике портняжные ножницы с оранжевыми ручками. Киттри, должно быть, заметил ее взгляд, поскольку сказал:
— Ага. Но не сейчас. Позже. Хочу сперва посмотреть на вас. Левую руку — в наручники.
Только теперь она заметила пару наручников, свисавших с того же стеклянного столика. Один браслет был прицеплен к кованому чугунному основанию, другой, открытый, висел свободно. Элли передвинулась, выставив вперед левую ногу, и сомкнула браслет на левом запястье.
— Я бы попросил вас рассказать о своем отце, но знаю, как вы относитесь к мужчинам, которые смотрели «Молчание ягнят» слишком много раз. Не хочется банальности. — Он цитировал ее интервью «Дэйтлайну». Элли во все глаза смотрела на убийцу, словно он был ящерицей в стеклянном террариуме. — Лучше расскажите мне про Уильяма Саммера.
— Что именно? — спросила она.
— Почему вы были так уверены, что найдете его раньше?
— Вас же я нашла, верно?
— Я ждал, что меня найдут.
— Уильям Саммер тоже, — заметила Элли. — Это еще одна ваша общая черта.
— Расскажите мне об этом подробнее.
— Вы оба способны контролировать темп и последовательность своих убийств — многие специалисты считают, что это редкое качество. Вы оба прекратили убивать, когда в вашей жизни появился другой источник удовольствия, когда вы достигли успеха в чем-то ином. И оба сорвались, когда жизнь снова дала трещину: Саммер — из-за газетной статьи, в которой он выглядел никчемным стариком, а вы — из-за рака, давшего метастазы в мозг.
— Значит, вы сказали бы, что у меня, как и у Саммера, «неуемная гордыня»?
— Я не говорю, что знаю вас, господин Киттри.
— Рейчел Пек и Челси Харт тоже не говорили. Возьмите-ка эти ножницы.
Элли подергала прикованной левой рукой.
— Очень остроумно, детектив, но я уверен, вы справитесь.
Элли взяла ножницы правой.
— Ваши волосы, детектив. Вы натуральная блондинка?