Аристократы улиц (СИ)

Если быть точнее, то магическое существо.
А если быть ещё точнее, то сразу двух существ.
Я лежал в своей колыбельке. Мама вышла из комнаты, оставив меня наедине с нянечкой. Та пыталась со мной поиграть, но её сюсюканье встретило лишь каменное выражение моего лица. Никогда не любил все эти «ути-пути».
— Странный ты мальчик, Эспер, — вздохнула нянечка, отходя от колыбели. — Другие то смеются, то плачут, а ты всегда такой серьёзный. С пелёнок в отца.
По понятным причинам я ничего не ответил. Нянечка села в кресло и принялась за вышивание, а я подполз к противоположному краю колыбели и встал, опираясь на ограждение.
Хорошо, что колыбель стояла возле окна. Стоя, я мог смотреть на улицу и видеть просторный ухоженный парк. Который, как я уже знал, полностью принадлежал моей семье.
Хотелось отправиться туда и погулять, но ходить я пока не научился. Я попробовал объяснить чего хочу, указывая за стекло и агукая.
— Что такое, Эспер? — нянечка отвлеклась от вышивания и приподнялась. — А, дяденьки там ходят. Это наши солдаты, Эспер. За порядком смотрят.
«Да знаю я, зачем нам гвардия», — надувшись, подумал я.
Нянечка совсем меня не понимала. Вот мама, та всегда соображала, чего я хочу. И удивлялась, насколько я умный мальчик, хе-хе.
Служанка вновь принялась вышивать. Я махнул на неё рукой и продолжил смотреть в окно. Одно из единственных моих развлечений на данный момент.
Разговаривать и читать я ещё не умел, хотя очень хотелось больше узнать об этом мире. Гаджетов здесь, судя по всему, не водилось. По крайней мере, я не видел ни у кого в руках смартфона, да и компьютеры в поместье не стояли.
Игрушки-погремушки я не любил. Занимался с ними только из практических соображений, развивая моторику и другие базовые навыки.
Нянечка вскоре задремала, и я был этому даже рад. До того момента, пока не услышал за спиной осторожный тихий цокот. Словно кто-то медленно приближался ко мне на каблуках.
Обернувшись, я увидел невысокое, сантиметров пятьдесят, существо. Оно было покрыто чёрной шерстью, из головы торчали короткие рога, а на ногах были копыта.
Сначала я решил, что это галлюцинация. Но тут же вспомнил разговоры о магии.
Получается, в этом мире и правда есть колдовство? А сейчас передо мной какой-то бес или вроде того⁈
— Ни хрена себе, — попытался сказать я, но издал лишь набор невнятных детских звуков.
Обратив на меня внимание, чертёнок оскалился и негромко зарычал. Я слегка испугался, но не стал звать на помощь. Подчиняясь некому шестому чувству, я решил не отводить взгляда от существа. Почему-то мне казалось, что я в силах самостоятельно прогнать его.
Встретившись со мной глазами, чертёнок вдруг забеспокоился. Заметался по сторонам, как вор, который надеется что-нибудь ухватить перед бегством. Он метнулся к лежащей на полу моей погремушке и схватил её.
Не тут-то было!
Откуда ни возьмись, на чертёнка набросилось другое лохматое существо. Они сцепились, издавая такие же утробные звуки, как два дерущихся кота. Шум разбудил нянечку, она ахнула и стала звать на помощь.
Два человека в мундирах через несколько секунд ворвались в комнату. Увидев драку существ, они одновременно хлопнули себя по висящим на груди жетонам в виде нашего семейного герба.
Раздался звук, похожий на тонкий звон хрусталя, и солдат окружило прозрачное сияние, полностью повторявшее формы их тел.
У меня, наверное, глаза полезли на лоб. Впрочем, выглядело это вполне естественно.
Нянечка подбежала и подхватила меня на руки. Гвардейцы загородили её и меня собой, нацелив револьверы на существ.
— Я сам! — раздался голос из клубка разноцветной шерсти.
Ещё несколько мгновений — и чертёнок был повержен. Бросив погремушку и скуля, он бросился в угол и исчез в тени, будто бы нырнул в неё.
— Негодяй! — второе существо погрозило кулаком ему вслед. — Паскуда этакая! Как только посмел в мой дом забраться⁈
— Вы в порядке, Добраныч? — вежливо спросил гвардеец, опуская винтовку.
— Да чего мне будет-то. Анчуток гонять — всё равно что мошек хлопать.
 
Существо откинуло с лица длинные волосы и улыбнулось мне. Оно выглядело, будто маленький старичок, только покрытый шерстью светло-русого цвета.
Такого же цвета были волосы у всех членов семьи, у меня в том числе. Одето существо было в старорусскую рубаху-косоворотку и широкие штаны. На поясе был аккуратно повязан широкий пояс-кушак.
— Кто это? — хотел спросить я.
Но, конечно, издал только бесполезное «агу-ага». Как ни странно, существо будто бы меня поняло:
— Рад познакомиться, юный господин, — поклонилось оно. — Меня зовут Добран, я ваш домовой. Вообще-то, не принято нам, волшебным существам, приближаться к младенцам. Простите великодушно, вынужден был.
— Бросьте вы, — сказала нянечка. — Спасибо, что анчутку прогнали. Он сглазить мог нашего Эспера.
— Это вряд ли, — хитро сощурился домовой. — Его высочество остановил нечистого Взором.
Тогда я ещё понятия не имел, на что способен взгляд истинного дворянина. Однако нянечка и гвардейцы изумлённо уставились на меня.
— Так рано? — буркнул солдат.
Я посмотрел ему в глаза. Не понимая, что делаю, я вдруг почувствовал, что мой взгляд действительно обладает силой, и не удержался от того, чтобы направить её на гвардейца.
Лицо мужчины напряглось, он быстро отвёл глаза и прижал ладонь ко лбу.
— Ничего себе, — пробурчал он. — У его сиятельства действительно Взор открылся! Да ещё и сильный такой.
— Похоже, юный господин очень талантлив, — с улыбкой сказала нянечка.
— Так оно и есть, можете мне поверить, — кивнул домовой. — Ладушки, пойду я. Князю сам доложу о происшествии, не извольте беспокоиться.
Снова поклонившись, Добран скользнул в щель между паркетными досками и просочился в неё, как дымок.
Так я узнал сразу несколько вещей. Что в мире есть не только магия, но и магические существа. Как добрые, так и злые. Что люди, которые не владеют магией, могут использовать артефакты. Например, защитные, которые применили гвардейцы, забежав в комнату.
Немного позже я узнал, что магией обладает лишь ограниченный круг людей. По большей части аристократы, к которым я тоже принадлежал.
И да, у меня действительно оказался сильный талант. Который, впрочем, было необходимо упорно развивать.
День встречи с домовым и чёртенком-анчуткой я запомнил очень хорошо. Потому что именно тогда я вдруг понял, насколько восхитительный второй шанс мне выпал.
Взрослеть оказалось намного интереснее, чем в прошлой жизни. Ведь на этот раз я с самого рождения осознавал себя и к тому же понимал, какие перспективы открываются передо мной.
Знатное происхождение, великолепный магический талант, возможность получить лучшее образование и связи. Каждый новый день будоражил так, будто это самый важный день в моей жизни. По утрам я всегда просыпался с улыбкой, полный сил и вдохновения.
Расписывать, как прошли мои дальнейшие восемнадцать лет в новом мире, нет большого смысла. Скажу лишь две вещи.
Первая — я проникся глубоким уважением к детям. Потому что на своей шкуре испытал, насколько тяжело научиться говорить, ходить и контролировать свой мочевой пузырь.
Только взрослым кажется, будто это проще простого. Ничего подобного! Чтобы овладеть собственным телом, требуется много усилий. Неважно, что дети прилагают их неосознанно. Это нисколько не умаляет их личный подвиг.
Вторая вещь — я был счастлив. По-настоящему, правда. У меня была большая и любящая семья, широкие возможности и признание с самых пелёнок. Не думаю, что кто-то лучше меня понимал, какой бесценный подарок вручила мне судьба.
Тем сильнее я злился оттого, что мой единокровный брат Владислав всё у меня отнял.
А случилось это так…
  
Глава вторая
 
Мой отец, Александр Тарковский, умер за несколько дней до моего восемнадцатилетия. Ничего трагичного, он просто скончался во сне. Как сказал прибывший целитель — инфаркт миокарда.