Аристократы улиц (СИ)

Чудовище заревело и осталось позади. Я на ходу обернулся и увидел, как оно поднимается.
Это оказался леший. Как коварно, притвориться человеком и сказать, что на тебя самого напал лесной дух.
Он выглядел, как жуткая помесь животного и растения. Кожа, как древесная кора, рога на голове и морда, напоминающая медвежью. От нескольких мест в его теле шёл серый дым — раны, оставленные серебряной пулей и железными подковами.
Только зря я решил, будто нечисть так просто сдаться. Снова обернувшись туманом, леший бросился следом за мной.
Попасть на скаку, да ещё и за спину, я бы точно не смог. В первый раз мне просто повезло, подгадал момент.
— Тише, тише! — крикнул я лошади.
Не чтобы я очень хотел сражаться с нечистым лицом к лицу. Он был силён. Но я понимал, что могу с ним справиться. А вот если он убьёт лошадь и я упаду с неё на скаку, то рискую больше не подняться.
Леший быстро нас догнал. Пять секунд — и уже вплотную. Я снова выстрелил, но нечистый увернулся. Следом он взметнулся в воздух и сразу же рухнул на меня сверху.
Я едва успел увести лошадь в сторону. Когти лешего промелькнули в опасной близости от гнедой шеи. Меня-то защищает амулет, а кобылу — нет.
Пи*дец, бл*дь! Приличных слов просто нет! Как я мог так сглупить!
Проверить мужика решил, ага… Наивный.
С другой стороны, если б леший захотел, он бы и так на меня набросился.
Он снова догнал нас и попытался ударить лошадь по задней ноге. Чуть замедлившись, та на ходу лягнула лешего. Судя по сдавленному рёву, он получил прямо в челюсть. Но по-прежнему не сдался.
И очередная атака принесла ему успех. Когти полоснули лошадь по боку, а меня — по ноге. Амулет сдержал удар. Но вот по гнедой шкуре пролегли четыре рваные полосы, из которых сразу же хлынула кровь.
Я натянул поводья. Нет смысла загонять несчастную кобылу. С такими ранами она долго не проскачет.
Леший радостно заурчал, приближаясь. На сей раз он не спешил. Явно наслаждался запахом крови и страхом моей лошади.
Вот только мне не было страшно. Я знал, кто я такой и на что способен. Знал, что могу остановить нечистого даже без магии.
Когда лошадь остановилась, я спрыгнул с седла и шагнул навстречу лешему. Глубоко вздохнул, прикрыв глаза. А затем распахнул их, разжигая Взор так сильно, как только мог.
— Стой, нечистый, — твёрдо сказал я.
Леший принял физический облик. Скрипя корой, которая была у него вместо кожи, он сделал пару шагов в мою сторону. Утробно зарычал, скаля клыки.
— Я сказал — стой! — ни на миг не отводя взгляда, приказал я.
От Взора такой силы жгло глаза, но я не мог позволить себе даже моргнуть. Продолжал давить на лешего, и тот вдруг застыл, как будто бы его парализовало.
Есть! Ну что, как тебе дворянский Взор, нечистая сила⁈
Я вскинул револьвер и выпустил все оставшиеся пули. Целился в голову. И ни разу не промахнулся.
Из дырок в рогатом лбу повалил серый дым. Медвежья пасть безвольно распахнулась, и из неё потекла тёмная, почти что чёрная кровь. Покачнувшись, леший рухнул мордой вперёд и застыл.
Я погасил Взор и стиснул веки. Такое чувство, будто в глаза битого стекла насыпали. Наверное, теперь я до самого вечера буду плохо видеть.
Не помню, чтобы когда-нибудь использовал Взор на таком уровне.
Проморгавшись, я первым делом перезарядил револьвер. По правую руку кто-то шуршал в кустах, и я наугад стрельнул туда. Кто бы это ни был, он предпочёл унести ноги.
Затем я оказал лошади первую помощь. Бинтов у меня при себе не было. Но и раны, к счастью, оказались неглубокими. Поэтому я просто промыл их водой из фляги и накрыл бок лошади попоной.
Надеюсь, на рудниках есть целитель. Или, может, лекарская мазь для заживления.
Напоследок я подобрал труп лешего. Хотя, конечно, трупом это можно было назвать с натяжкой — физическая оболочка, оставшаяся от воплощённого духа. Сам дух либо вернулся в свой мир, либо был навеки развеян.
Но этого я уже не узнаю. Надеюсь. Потому что некоторые духи могут быть довольно мстительны.
Сейчас он был лешим, а через десять лет может воплотиться в виде какой-нибудь другой твари и попытается мне отомстить.
 
Впрочем, думать об этом бесполезно. Если попробует — развоплощу его снова.
Так или иначе, плоть лешего можно продать, и дорого. Городской аптекарь будет рад заплатить, ведь это даст ему возможность приготовить массу сильных эликсиров.
Леший оказался поразительно лёгким, будто был пустым внутри. Что ж, мне же лучше, и лошади легче.
Взвалив тело на круп кобылы и кое-как привязав его бечёвкой, я поспешил дальше.
Дальнейший путь прошёл без происшествий. Через час или около того я добрался до рудников.
Здесь тоже был купол — совсем небольшой, если сравнивать его с городским. Километра три в диаметре. А вот проход под него выглядел так же — бетонный тоннель с усиленными рунами воротами.
Я подъехал, вылез из седла и громко постучал.
В воротах открылась смотровая щель, и на меня уставился хмурый взгляд чьих-то глаз.
— Кто, к кому?
— Эспер Терновский, служащий имперской канцелярии. У меня конверт для руководства.
— Руку на ворота положи и держи, пока не скажу убрать.
Несмотря на грубый тон, я подчинился. Понятное дело, охрана хочет поверить, не чудовище ли я в человеческом обличьи.
Уровней защиты здесь, конечно, достаточно. По идее, нечисть даже подойти бы не смогла к куполу и рунным воротам. Но, как говорится, лучше перебдеть, чем недобдеть.
Я положил ладонь на ворота, а из смотровой щели высунулся ствол автомата. Негромко щёлкнул предохранитель.
— Обязательно в лицо тыкать? — поинтересовался я.
— Обязательно, — буркнул невидимый ратник.
— Как тебя зовут, служивый?
— Тебе знать не положено.
— Мне такое положено, что ты никогда в жизни не увидишь. Хватит?
— Ещё держи, — похоже, уже чисто из вредности велел ратник.
— Да пропускай ты его! Начальство с утра ещё сказало, что посыльный приедет, — раздался из тоннеля другой голос.
Ратник молча захлопнул смотровую щель. Лязгнули замки, негромко скрипнули петли, и створки ворот распахнулись.
Четверо ратников за ними стояли в боевых позициях с активированными амулетами и целились за мою спину.
— Быстрее заходи! — приказали они.
Я поспешил войти, ведя лошадь под уздцы. Кобыла устало всхрапнула, как будто поняла, что теперь мы в безопасности. А может, правда поняла. Лошади умные.
— За тоннелем сразу направо. Бревенчатое здание с флагом — контора управляющего, увидишь, — сказал один из ратников, вешая автомат на плечо.
— Хорошо. Спасибо.
— Эй, погоди! — воскликнул другой солдат, когда я уже двинулся с места. — Что это у тебя на лошади?
— Леший, — бросил я через плечо.
— Ты что, лешего завалил⁈
— Как видишь, — безразлично ответил я и ускорил шаг.
— Ни хрена себе, — почти одновременно раздалось несколько голосов.
— Эй, подожди! — ратник догнал меня. — Эспер, да? Сколько хочешь за тушу?
— А сколько дашь?
— Десять рублей.
Неплохая сумма для того, у кого в кармане две копейки. Прямо как у меня.
Но я-то прекрасно знал, что тело такой нечисти стоит гораздо больше.
— Ты серьёзно? Аптекарь в Дальнегранске за сотню его купит.
— Прям уж, за сотню! Больше двадцатки не даст.
— Он вроде говорил, что за восемьдесят точно заберёт.
— Восемьдесят? — изумился ратник. — Я за месяц столько получаю вместе с ветеранскими. Тридцать нормальная цена.
Так мы торговались, пока не дошли до конца тоннеля. Я-то понимал, зачем солдат хочет купить у меня тушу. Ему наверняка положена какая-нибудь премия за убийство нечисти. И за трупы, насколько я знаю, обережникам тоже доплачивают.
— Ладно, Эспер! Хорошо торгуешься. Сорок пять и по рукам.
— По рукам, — кивнул я.
— Сейчас вернусь, — улыбнулся ратник. — Держи десятку пока, я сейчас!
Он сунул мне две мятые купюры по пять рублей и побежал к своим, чтобы занять денег.