Скверна. Шаг второй
– И? – она ведь не думает, что такое поведение хотя бы в какой-нибудь степени приемлемо?
– Сейчас увидишь, – таким же безразличным тоном, как и ранее, ответила Элиза.
И он действительно увидел. Когда Элиза подошла к багажнику и в одно движение открыла его перед ним, он все увидел. Все.
Скрюченное тело посиневшего Рэма, с пулевым отверстием между отсутствующих глаз. Разводы крови и синяки по его лицу, даже кости, что торчали из ног несчастного.
Вульфрик тут же изменился в лице. По нему пробежала целая гамма чувств. Еще пару секунд назад строгий родитель, он снова стал главой клана с холодным, решительным взглядом.
Он еще раз посмотрел на немного помятую Элизу и, развернувшись, махнул рукой.
– За мной, – запланированные на сегодня дела, похоже, резко отменились.
За его спиной хлопнула крышка багажника, и, спустя пару секунд, дочь поравнялась с ним. Молча, без единого слова, они дошли до его кабинета.
– Входи.
Она вошла первой. Он следом. Хлопнула дверь, – и в кабинете повисло напряжение. Белецкий молча прошел к барному шкафчику и, звякнув стаканом, налил себе сто граммов коньяка. Выпил в один глоток.
– Ты сама-то в порядке, Элиза? – первый и самый важный вопрос.
Девушка кивнула, оставшись стоять у входа.
– Это хорошо, – его скулы играли. – А теперь скажи мне, что конкретно случилось, и почему ты не позвонила сразу?
Элиза открыла рот. Закрыла. Его дочь явно не могла подобрать слов. Снова.
Как же Вульфрика раздражало, когда Элиза ведет себя как мямля. Он с детства пресекал это в ней, и ему казалось, что довольно успешно. Что же, похоже, ему предстоит провести с ней еще много работы, если он хочет сделать из Элизы достойную наследницу.
– Кто это был? – задал он следующий вопрос хриплым голосом.
Элиза в очередной раз замялась, а затем в ней словно что-то щелкнуло. Она посмотрела отцу прямо в глаза.
– Не знаю.
Резкий звук удара стакана о стол совпал с одиночным стуком в дверь. Кто бы ни стучал, он не стал дожидаться ответа и просто вошел.
Родион. Его обманчиво худая фигура и до отвращения мерзкая старческая ухмылка не добавили главе Белецких хорошего настроения.
– Отпусти Лизу и включи новости, – старик бесцеремонно подошел к столу Вульфрика и упал в кресло. Кто его вообще сюда пустил, не уведомив главу?
– А ты что здесь делаешь? Устал прятаться по норам, старик? – скривившись, произнес Белецкий. – По-моему, все наши дела закончились со смертью мальчишки.
– Просто включи новости, Вульфрик, – Родион скрестил руки на груди.
Бросив быстрый взгляд на свою дочь, а затем на ушлого тестя, Вульфрик включил вмонтированный в стену телевизор.
По мере просмотра утреннего выпуска Локк ТВ лицо мужчины становилось все бледнее. Он ожидал услышать любую причину, по которой погиб Рэм Ротт, но чтобы его запинали ногами в подворотне какого-то трущобного клоповника? Юджин Локк может нести что хочет, однако это сделал Пробужденный, причем довольно сильный.
В этой ситуации его злила целая прорва вещей, начиная от безрассудности дочери, которая применила свои навыки в клубе, принадлежащем озлобленным на аристократию оборванцам, заканчивая тем, что Локк посмел использовать видео с унижением Элизы для своей небольшой популистской кампании. Он всегда был костью в горле, а в последние дни уж очень сильно обнаглел.
Получается очень удобное совпадение – труп Рэма едва успел остыть, а у Локков уже имеется смонтированная видеозапись с его экзекуцией. Кто-нибудь мог бы подумать, что это провокация, Юджин.
Решил показать людям, что Пробужденные не так уж и неуязвимы, как всем кажется? Хочет заставить народ поверить в свою власть? Зачем? Нужно быть глупцом, чтобы не понять, Юджин готовит протесты, если не полномасштабный бунт. Либо он слетел с катушек после смерти сына, либо ему это просто выгодно. И если Вульфрик хотя бы немного разбирался в людях, сомнений в том, что второй вариант ближе к истине, у него не было. Впрочем, сейчас его волновал другой вопрос.
– Элиза, – мужчина посмотрел на свою дочь, – сходи отдохни и приведи себя в порядок. С тобой я поговорю позже.
Дождавшись, пока дочь послушно уйдет, и убедившись, что она не подслушивает у двери, Вульфрик обратился к своему тестю:
– И как твои дряхлые интриганские руки замешаны в этом деле? – не было ни разу, когда появление Родиона сопровождалось бы хорошими новостями.
– Мои руки спасали твою дочь, – старик задержался взглядом за захлопнувшейся двери.
– И откуда ты знал, где именно ее нужно было спасать, – Вульфрик прочистил горло, – Родион?
– Ты же знаешь, я за ней всегда приглядываю, – старик мягко улыбнулся.
– И? – старый черт врет как дышит. – Ты повязал этого ублюдка в маске?
Родион развел руками.
– Что ты хочешь от старого человека? Меня на все не хватит. Они перебили всю охрану Вальзак-Ротта.
– Кто? Эта гопота с цветными волосами? – фыркнул Вульфрик. – Не смеши меня.
– Как ты сам мог увидеть, у этих ребят есть Пробужденные. Бритоголовый их главный, – улыбнулся Родион.
– И на таких, как он, сейчас зиждется Локк. Понимаю, к чему ты ведешь, – вот только как не бывает реки без истока, так и внезапно появившихся Пробужденных – без того, кто за этим стоит. И это будет интересно узнать.
Но сначала Вульфрик убедится в том, что Элиза больше шага не сделает без охраны. В следующий раз он сделает все, чтобы девчонка не допустила безответных оскорблений в сторону клана Белецких, и засунула их наглецу в самую глотку.
– А почему на самом деле ты не стал помогать Алексу? – как бы невзначай поинтересовался Родион. – Ведь ты мог, Вульфрик.
Ответом Белецкого было лишь молчание. Мог он или не мог, но обсуждать эту тему он не собирался, в особенности со своим тестем.
Покачав головой, Родион встал с кресла и произнес:
– Знаю, что у нас есть разногласия, Вульфрик. Но если я в чем-то всегда был согласен со своей дочерью, когда мы обсуждали тебя, так это в том, что ты знаешь, как сильной рукой решать проблемы, – Родион улыбнулся. – А меня, как умирающего старика, волнует лишь благополучие моей внучки.
Белецкий натянуто улыбнулся. Он давно выучил эти его штучки и тонкие «намеки».
Впрочем, в чем-то старик был прав. Локку позволяли слишком многое и слишком долго. В иной ситуации он бы закрыл глаза на тявканье этого наглеца, однако сейчас, когда к Вульфрику и так приковано внимание УБИ, лишние инфоповоды ему не нужны. Уже не говоря о том, что его дочь была подвергнута опасности.
И этот бритоголовый… позволить какому-то оборванцу безнаказанно топтать кланового, пускай даже Рэм и заслуживал такого конца? Нет. Допустишь еще раз – и другие забудут свое место.
Под пристальным взглядом старика Вульфрик Белецкий потянулся к мобильному телефону в кармане. Спустя несколько гудков с той стороны трубки раздался женский голос.
– Привет, Ленора, – Белецкий замер на долю секунды, подбирая слова. – Как поживаешь?
Что ж, этот день обещал быть насыщенным.
23
Завтрак миллионера
– Ипоследнее, Марк. Надеюсь, ты понимаешь, что Тина теперь не отойдет от тебя ни на шаг? – произнесла Баркер, собирая вещи перед выходом.
– Эм… – мне нравилось проводить время с Тиной, однако никому бы не понравилось ходить везде с нянькой.
Впрочем, Рубан оборвал мои попытки опротестовать это решение.
– Даже слушать не хочу. Прошлый раз закончился черт знает чем, стоило тебя оставить одного, – хмыкнул мужчина. – Шраут, тебе все ясно? – он глянул на удивленно моргающую девушку у стены.
– Да, так точно, – Тина посмотрела на меня исподлобья.
Почему-то мне показалось, что она даже немного обрадовалась такому решению, но затем скривилась, видимо от понимания, что ей весь день придется ходить с головной болью. Похоже, оперативная работа ей больше по душе. Я пожал плечами.
– Хорошо. Но даже не надейтесь, что я буду отчитываться о каждом своем шаге, – я все же не нанимался к ним на службу.