Скверна. Шаг второй

Повисло многозначительное молчание, во время которого господин Локк сначала просто смотрел в душу телезрителю, а затем начал медленно и одобрительно кивать.
– Собственно, мне даже нечего добавить. Хочется лишь похлопать. Думаю, мой сын был бы жив, окажись этот герой тогда рядом! Склоняю голову перед этим смелым юношей!
Я едва не поперхнулся. Конечно, я рассчитывал на пропагандистскую речь, когда сказал отправить Локкам видео, в конце концов, в моих интересах, чтобы кланам не жилось спокойно, но чтобы настолько…
– Вот же ж… – сказал я в трубку Максу. Тина успела докурить и присела на краю дивана рядом со мной. Девушка не могла сдержать улыбку от увиденного, и бегала глазами по экрану, не веря услышанному.
– Ты еще самого интересного не знаешь. Гляди дальше.
Юджин демонстративно успокоился, глубоко вдохнув и поправив галстук.
– Сегодня вечером у нас будет эксклюзивное интервью. С очевидцами, потерпевшими, если состояние позволит им явиться в студию, и, самое главное… – Локк выдержал драматическую паузу, – с тем самым героем в маске!
– Макс? – я чуть не поперхнулся повторно.
– Ага. Они мне позвонили утром. Пригласили на интервью в студию. Я сказал, что подумаю. Вот только…
– Что? – я ухмыльнулся.
– Они хотят заплатить безумные деньги, чтобы настоящий парень в маске пропал с радаров. Им нужен свой человек на эту роль, чтобы не сболтнул лишнего. Лица ведь твоего на видео нет.
Следующие пару секунд я просто молчал, глядя на очередные грустные кадры «памяти Августа Локка».
– Я сказал, что подумаю пару часов. А потом увидел анонс трансляции и позвонил тебе. Что скажешь?
– Соглашайся, – неприятно, когда твой образ используют без спроса, – только сообщи, что у тебя будет «плюс один».
– Чего?
– В смысле, с тобой будет еще один очевидец произошедшего.
Надеюсь, что уже сегодня у меня будет на одну проблему меньше. Боже, как же я хочу спать.
  
21
 
Выгодное предложение
 
Я положил трубку и откинулся на диване. Вот же черт. Я, конечно, не держусь за свой образ, но и позволять вертеть им как попало тоже не хочу.
Для этого есть одна важнейшая причина: добрая сотня людей, которым известно, что под маской в тот день был я. Когда этот факт станет общественным достоянием – лишь вопрос времени. И точно так же может наступить переломный момент, после которого я не смогу доказать, что Локк посадил на интервью левого человека. А даже если и смогу, то общественное сознание, как ему свойственно, все равно будет связывать все слова, сказанные марионеткой Юджина Локка, со мной.
Результат будет очень простой – этот актеришка может наговорить такого, что мне еще больше испортит жизнь и «доброе» имя; вполне вероятно, даже не единожды. Если Локк поймет, что у него в руках появилась такая сильная фигура, эдакий рупор смелости во плоти, то отмыться потом будет очень сложно.
Потому нет. Хрен ему. Я не вижу лучшего решения, кроме как пообщаться с самозванцем тет-а-тет в каком-нибудь укромном уголке и самому явиться на интервью. Можно было бы просто прибить его, но, как мне кажется, Юджин без особых проблем найдет замену. В конце концов, нацепить на себя маску и зачитывать текст с бумажки – не самая сложная задача.
Увы, это не главная головная боль. Моя сделка с УБИ все еще в силе, особенно после встречи с Тиной и просьбы помочь с тренировкой Пробужденных.
Становилось очевидно, что будет трудно усидеть на всех стульях сразу.
– Эй, Тина, – я повернулся к девушке, что сидела на подлокотнике дивана, скрестив руки, – ты связалась со своими?
– Да, – она кивнула.
– Ииии?
– Скоро узнаешь, – она встала с места, – только не надейся на милую беседу.
Эээм, ладно. Я могу понять, если мне выскажут пару ласковых. После моей «кончины» не удивлюсь, если добрая часть планов УБИ пошла под откос.
– Насколько скоро? – я протер свои сонные глаза и размял челюсть.
Вместо Тины на этот вопрос ответил настойчивый звонок в дверь, что отозвался болью в моей не до конца проснувшейся голове.
 
Судя по тому, что произошло дальше, квартира была незапертой.
– Марк… Ротт. Собака вшивая, ты вообще понимаешь, что учудил?! – раздался знакомый хриплый голос у входа в комнату.
– И вам доброе утро, агент Рубан, – улыбнулся я.
– Я тебе поулыбаюсь, черт клановский. Сначала он убивает Локка, потом умирает, – он изобразил руками лапки-кавычки, – а сейчас снова сидит у Тины дома и требует, чтобы мы занялись какой-то трущобной гопотой! – войдя в комнату, УБИшник сразу же принялся активно жестикулировать и гневно ворчать на меня.
– Эм, да, но… – я хотел было ответить, но, похоже, Рубану просто нужно было выговориться. По его красным глазам и помятой рубашке было понятно, что последние пару дней мужчина провел без здорового сна. Своим криком он зарубил на корню все мои попытки оправдаться.
– Марк! Ты бессмертный или что? Скажи «да», чтобы я мог придушить тебя без зазрений совести! – Рубан буквально дрожал от злости, расхаживая туда-сюда по квартире. Думаю, узнай он насколько близко попал в цель, то непременно бы выполнил свою угрозу.
Тина стояла у стены и едва сдерживала улыбку, наблюдая за тирадой своего коллеги. Заметив это, он сразу же переключился на нее.
– А ты что стоишь? У тебя тут хостел или как?! Почему я узнаю о том, что он жив, только утром?
Девушка нахмурила брови и отлипла от стены.
– Вчера были дела важнее, – она развела руками.
– Вы меня с ума сведете! – Рубан выдохнул – только затем, чтобы продолжить тираду, однако в этот момент в комнату вошла Баркер.
– Сядь куда-нибудь и успокойся, ради всего святого! – раздраженно произнесла женщина, бросив какую-то папку на стол. Она выглядела немногим свежее Рубана, словно у нее не было сил даже на то, чтобы злиться. – Здравствуй, Марк, – Баркер кивнула мне.
– Утречка.
Я неловко поежился. Жаль, что вы расстроены, ребята, но были некоторые смягчающие обстоятельства. Меня вживую распиливали на куски, например.
– Меня почти что убили, был занят тем, что вылезал из самой жопы дьявола. Времени на дружеские звонки не было, уж извините, – я бросил безразличный взгляд на скривившегося Рубана.
Баркер облизнула губы и посмотрела мне в глаза.
– И как так вышло, что твой отец, опытный Пробужденный, мертв, а ты сейчас сидишь перед нами?
– Вам сильно поможет, если я снова начну переживать произошедшее? – я схватил футболку, которую бросил на кресло перед тем, как пойти в душ. – Может, перейдем сразу к делу, не тыкая в раны палкой?
– Я в тебя, зараза, буду тыкать чем захочу! – снова завелся Рубан, но Баркер тут же постучала ребром ладони по горлу, показав ему замолчать; тот закатил глаза и уставился в окно.
– Марк. Чтобы перейти к делам, нам нужно прояснить некоторые вопросы, над которыми мы все дружно ломали голову за время твоего отсутствия. Иначе между нами никаких дел быть не может, – Баркер стоило похвалить за то, как крепко она держала себя в руках.
Я надел футболку и окинул троих агентов взглядом. Ладно, полагаю, у них есть все основания требовать от меня хотя бы каких-то объяснений. Под Сдвигом я удивляю сам себя, что уж говорить об окружающих. Не нужно быть детективом, чтобы понять: спецслужбы меньше всего любят непредсказуемость, одна глупая выходка, и вся их работа может пойти насмарку. Насколько я заинтересован в том, чтобы они знали всю правду – уже другой вопрос.
– Хорошо, вот он я. Проясняйте сколько душе угодно, – давай, Марк, покажи чудеса находчивости.
– Пойдем по хронологии, если ты не против, – Баркер встала перед Рубаном, – Август Локк. Что с ним?
– Он умер, – оскалился я, – можно задавать вопросы поконкретнее?
Рубан хлопнул себя по ногам.
– Я не спал больше двух суток, пацан! Еще одна издевка – и умрет не только Локк!
Баркер осуждающе посмотрела на своего коллегу и, вздохнув, произнесла: