Скверна. Шаг второй

Я буквально замер на месте и озадаченно вытаращился на нее. Несколько секунд она разглядывала открывшуюся картину, а затем скривила нос и презрительно махнула рукой.
– Наркоманы.
Мой облегченный выдох раздался в такт с громко захлопнувшейся дверью. Закинув дрожащими руками в коробку остатки своего заказа, я потряс головой и залетел обратно в квартиру.
Трепло все еще без чувств лежал на диване в довольно нелепой позе. Я схватился обеими руками за затылок и нахмурился, глядя на его уткнувшееся в подлокотник лицо.
Ну и что теперь делать? Мысли суетились в голове, не позволяя вытянуть ничего путного. Ладно.
Первым делом его нужно связать. И я тщетно понадеялся, что с этим пунктом у меня не возникнет никаких проблем.
Тщетно, потому что я не смог найти веревку. Казалось бы, эта квартира представляет собой миниатюрный арсенал юного революционера, повсюду аккуратно сложены части оружия, какие-то микросхемы и провода, скорее всего, заготовки для взрывчатки, сухпайки и прочий инвентарь. Применения для некоторых из этих вещей мне даже не удалось придумать, однако найти здесь обычную веревку у меня не выходило!
В какой-то момент я бросил суетливые попытки отыскать что-то в одном из рюкзаков или шкафов и просто залез под стол на кухне, где около мерзко жужжащего холодильника обнаружился серый от пыли удлинитель.
Глянув короткое обучающее видео по тому, как правильно завязывать узлы на руках, я как мог связал Трепло, посадил на стул в центре комнаты и упал на диван напротив, взяв в руку пистолет.
На то, чтобы поприветствовать его пробуждение пафосной фразой и глубокомысленным взглядом, у меня не хватило терпения. Парень сидел на месте и почти не шевелился, наблюдать за этим было невыносимо. Крутило живот.
Определив одну из коробок, что не пострадала во время стычки, я схватил кусок пиццы и отправился обратно к пленнику.
Жую. Думаю. Смотрю на его разбитую голову. Переминаюсь с ноги на ногу.
Слишком многое строится на том, что кланы не знают о моем возвращении с того света. Мне нельзя оставлять свидетелей. Прикончить его здесь и сейчас необходимо. С телом проблем тоже не должно возникнуть, уверен, придумать как его вынести и куда спрятать будет не очень трудно, учитывая обстоятельства. Да. Так и поступлю.
Рука словно сама схватила рукоятку пистолета за поясом. Я сглотнул ком в горле и направил ствол в голову Треплу. Тот завалился телом на спинку стула, несколько безжизненно свесив голову вниз. Палец медленно нащупал спусковой крючок. Закрываю глаза.
Нет.
Будет слишком много крови. Здесь еще и ковры какие-то. Хорошо, есть решение.
Стащив Трепло со стула и подхватив парня под руки, я потащил его прямиком в ванную комнату, где не без усилий закинул тело в душевую кабинку. Так я без проблем смогу смыть кровь.
Навожу ствол на его голову. Трепло свернулся в позе эмбриона, только руки связаны за спиной. Палец упирается в курок.
Нет.
Пуля прошьет голову и повредит пластик душевой. Нет, нет, нет.
Вижу решение.
Я отправился на кухню, где нашел в общем-то все, что мне было нужно – чугунную сковородку и рулон скотча, который лежал вместе со стяжками.
Скотч и стяжки… Почему я не подумал о них, когда искал веревку? Я же видел их тогда. Плевать.
Направился в ванную.
Дальнейшие шаги простыми не оказались. Я размотал скотч и попытался примотать сковороду к его затылку, однако голова парня то и дело соскакивала вниз, а так как обе мои руки были заняты, пришлось повозиться с тем, чтобы удержать ее на месте.
Но в итоге мне это удалось. Парень сидел у водостока в душе, широко раскинув ноги и свесив голову с примотанной к ней сковородой вниз. Все было готово для того, чтобы решить этот вопрос раз и навсегда.
Я отошел на пару шагов назад и в очередной раз достал пистолет из-за пояса.
Снова направляю дуло ему в голову; глубокий вдох, чтобы унять дрожь. Закрываю глаза. Спусковой крючок, на котором лежит мой палец, кажется каким-то особенно тяжелым. В голове проносится воспоминание о склонившемся над трупом своей жены старике в мертвом городе. Затем выстрел в Августа. Слова Родиона.
 
«Бери пистолет».
Выдох.
«Как ты собрался упокоить отца, если не можешь даже этого?»
Вдох.
Начинаю дышать все чаще. Сердце колотит. От воспоминаний меня берет злоба, и…
– Чем я, черт возьми, занимаюсь? – я открыл глаза и огляделся.
Передо мной, в душевой кабинке, сидит вырубленный парень с примотанной к затылку сковородкой!
Я хотел убить его просто за то, что он увидел мое лицо и узнал меня. Когда принес мне доставку, которую я же по глупости и заказал. Что за чертовщина творится у меня в голове? Что я делаю?
С плеч словно сошла гора, стоило только подумать, что убийство можно отложить.
Точно. Наверное, стоит с ним для начала хотя бы поговорить. Нажать на курок еще успею.
Я начал нервно перекладывать пистолет из руки в руку, продолжая думать о том, как поступить дальше. Хорошо, держать его здесь тоже не вариант. Скоро вернется Родион, и он точно не будет так милосерден как я. Значит, нужно что-то решать быстрее, но сперва разберусь с этим цирком.
Я быстро убрал пистолет в сторону и резким движением вверх сорвал с его головы чугунно-скотчевую конструкцию. Прошло все почти без накладок. Скотч не зацепил волосы парня, так как сковорода, на которую он был примотан, была довольно широкой. Жаль, этого нельзя было сказать о его бровях.
– А-а-а… – от боли Трепло пришел в сознание и медленно открыл глаза. – …что?
Я схватил пистолет и, поджав губы, посмотрел на сбитого с толку парня. Ладно, разговор.
– Не думал, что курьеры могут позволить себе ездить в люксе, – нервно произнес я, вспомнив рассказ Коротышки о том, как им дешево достались билеты на тот злосчастный поезд.
Трепло прищурился: видимо, головная боль мешала сообразить, о чем я говорю. Быстро поморгав, парень привык к свету и, нахмурившись, как сквозь туман, ответил:
– А я не думал, что клановские ездят с простыми смертными, – он подергал руками и, поняв, что связан, фыркнул. – Хотя ты, похоже, совсем отбитый.
– Даже не представляешь, насколько, – сказал я, глядя на то, как Трепло ошарашенно разглядывает душевую кабинку.
– Что за херня?! – Трепло произнес это возмущенным тоном, а затем добавил уже угрожающим, – Отпусти меня, сволочь!
Вот только угроза меня не взяла – без бровей его физиономия выглядела пугающе… нелепо. Я решил показать ему пистолет, как бы намекая быть повежливее. Парень заметно напрягся и вжался спиной в стену душевой кабинки, сглотнув ком в горле.
При виде этого на моем лице появилась нервная ухмылка.
– Ты, может, не особо понимаешь, что к чему, но передо мной сейчас стоит очень сложный выбор.
– Представляю, какой, – нервно пробормотал Трепло. – Я, как и все, смотрю новости.
– Тогда ты знаешь, на что я способен. И раз уж мы здесь, лучше тебе ответить на мои вопросы, – мне нужно было хоть что-нибудь. Какая-нибудь зацепка, что с ним делать. – Для начала… какие новости?
– Да те самые, что из каждой дыры теперь слышно.
Мои брови поползли вверх.
– Ты пришил Локка, а его папаша устроил целую кампанию против клановских, – Трепло шмыгнул носом. – Подумать только, засрать мозги простым ребятам до такой степени, чтобы они поднимали бучу из-за смерти какого-то мажорика. Это надо быть очень талантливым.
– Бучу? – я склонил голову.
– Да. Все теперь рвут и мечут, хотят крови вашего брата. Мол, вам все можно, а нам ничего нельзя. Впрочем, скорее Локк и его пропаганда были просто последним звеном цепи, с которой сорвались трущобные пацаны. Наш движ давно об этом всем говорил, что вы все черти зажравшиеся, – парень ухмыльнулся, – теперь у Макса работы поприбавится.
Кажется, я понял, почему его называют Треплом. Вначале я подумал, что это такая шутка, потому что он всегда молчит, как молчал в поезде, однако сейчас… Он вывалил столько информации, даром что под дулом пистолета. Может, он специально обычно молчит, чтобы случайно не сболтнуть чего? Эта мысль мне показалась забавной.