Прототипы (СИ)

— ДА! СПАСИБО!
Не то чтобы это их спасет, но что за дрянь попала ей в руки?! И где она ее взяла?
Флай стреляет снова, но уже неудачно — это убойное дерьмо, чем бы оно ни было, явно не рассчитано на дальнюю стрельбу, а ребята в костюмах не торопятся приближаться вновь.
— Флай! Добежишь сюда?!
— Если будешь стрелять!
— Заметано!
Под его прикрытием, она вновь преодолевает это короткое и опасное расстояние.
— Но зачем? — спрашивает она, сидя на корточках и глядя в небо. — Зачем я это сделала?..
В ее руках — ружье, какого Полли раньше не видел. Древнее, как дерьмо мамонта, и очевидно модифицированное, потому что Полли ни разу не слышал, чтобы в прошлом веке воевали гибридом дробовика и гранатомета с дальностью в пару метров.
— Это называется «рефлекс», — отвечает Полли. — Нам отсюда не выбраться. Сунемся обратно в морг — не выживем все равно, да и ребят подставим. Так что я предлагаю штурм. Сможешь взлететь — вперед, только у них там один хрен с крупнокалиберной явно для тебя. И он не высовывается, так что я не смогу его снять.
— Ты сейчас серьезно? — Флай дышит, но не может отдышаться. — Решил убиться?
— Нет, я бы хотел остаться в живых, но под таким огнем... аргх!
Пуля проходит через багажник прямо между ними.
— Под таким огнем не выживают, — заканчивает Полли.
Но суицидальный порыв не успевает затмить ему разум. Его прерывают — со стороны дверей слышится мат. Громкий — но невыразимо жалобный. Как будто матерящийся ссытся в штаны и ругается, скорее, на себя за это.
— ПРИКРОЙТЕ МЕНЯ-Я-Я-Я!
Полли с удивлением смотрит, как из дверей морга выбегает мужик-охранник, на полусогнутых и прикрыв голову руками. Флай выпрямляется и делает еще один бесполезный выстрел, но все-таки замечает специально для Полли, падая обратно:
— А я прикрыла!
Гордо.
Охранник приземляется между ними, и тут же новая пуля вырывается из багажника и застревает в его плече. Охранник падает лицом вперед и вытягивается, стараясь стать ниже и вообще врасти в асфальт.
— Так, нет, правда, а ты здесь зачем? — спрашивает Полли его спину, от неожиданности добавив в вопрос много лишних слов.
Охранник ворочается, не рискуя приподняться даже на сантиметр, но все же вытаскивает что-то из карманов и не глядя, вывернув руки назад, протягивает это Полли и Флай.
...Гранаты.
Мир мгновенно становится ярок, светел и полон любви.
— Что с ним? — спрашивает полуслепая Флай.
Пожалуй, кидать их Полли лучше одному.
— Выстрели еще раз, — просто говорит он. — Как раньше.
Она резко кивает.
Полли выпрямляется вместе с ней, выдирает первую чеку зубами, а вторую пальцем, и бросает гранаты одна за второй с разницей в пару секунд.
В первое мгновение кажется, что гранаты — такие же старые, как и ружье Флай — не сработают.
А в следующее — машины подлетают в воздух в клубах огня.
Невысоко.
Но красиво.
— Эх, а вид-то какой! — выдыхает Полли, сгибаясь пополам, потому что воздуха в легких внезапно недостаточно.
Уши закладывает от грохота, и хочется орать от восторга, но не время — минимум трое из восьмерых еще живы. Полли стреляет, пока они не успели подняться, и вот уже потом — потом радостно орет и победно вскидывает над головой сжатый кулак.
— Артиллерия, сукины дети!!! — кулак превращается в фак.
— А вот я ничего не вижу, — недовольно говорит Флай, выходя из-за багажника. — Могу я снять эти очки?
— Лучше не надо, — оглядевшись, отвечает Полли. — У тебя за спиной, э-э-э... публика?
И впрямь.
Там, кажется, собралась вся толпа из холла — часть в коридоре, часть уже на улице.
Кто-то хлопает.
— Мужик, ты как? — Полли присаживается рядом с охранником, буквально спасшим их минуту назад.
Зажимая раненое плечо, тот, бледный как полотно, улыбается дрожащими губами и показывает ему большой палец.
— Я попросила ружье у... девчонок с ресепшена, — объясняет Флай. — Ты был прав, кстати говоря, оно у них есть. А охрану... попросила помочь.
— «Попросила помочь»?
— Сказала, что там корпы нападают, а они...
 
— «Суки конченые», — вставляет охранник. — «Мрази трусливые». Собираемся «сидеть с языком в заднице, пока они тут все разносят».
— Это было грубо с моей стороны.
Флай виновато опускает голову, но тут же вскидывает ее снова и широко улыбается охраннику. Ну, точнее, куда-то в его сторону — она же все еще в очках.
— Грубо, но справедливо, — со вздохом признается охранник.
— И ты повел себя как настоящий герой, — с придыханием добавляет Флай.
Охранник улыбается уже кислее, запоздало осознав, что лежание на асфальте, на самом деле, не вписывается в его новый героический образ.
Потихоньку их окружают люди. Кто-то помогает охраннику подняться и вернуться в морг. Девушка с ресепшена неуверенно приближается к Флай, которая старается держаться от толпы подальше.
— Спасибо, — вспоминает Флай, и с неохотой, но отдает монструозное ружье девушке.
— Вам спасибо, — слабо улыбается та. — Мы тут правда не любим корпов...
Она поворачивается к Полли и уже гораздо требовательнее добавляет:
— И это же вы и только вы их всех убили. Нам тут не нужно проблем.
— Никаких проблем, — успокаивает ее Полли. — Мы преступники, а вы просто посмотреть вышли. И ружье у вас силой отобрали, и гранаты тоже.
— Но мы-то будем знать правду, — доверительно шепчет Флай. — Спасибо большое.
Ну надо же, звезда и вправду снизошла до обывателей!.. И, к слову, заметно повеселела по сравнению со своим состоянием в машине. Нет, все-таки ничто не бодрит так, пара гранат в безнадежной, казалось бы, перестрелке.
Полли открывает рот, чтобы отметить это знаменательное событие своей чрезвычайно остроумной репликой и...
И шутка вылетает у него из головы.
Во Флай стреляют.
Полли видит это очень хорошо — вот рука одного из казалось-бы-трупов поднимается, и зажат в ней пистолет. Вот пуля летит в сторону Флай, и та выбрасывает руку вправо, отталкивая девушку.
Вот пуля попадает Флай в живот.
В следующую секунду спасенная девушка сносит корпорату половину черепа, воссоединившись со своим ружьем.
Но Флай...
Полли видит, что она не падает, и его накрывает знакомое уже ощущение нереальности. В глазах двоится: Флай переступает ногами, разворачивается, с удивлением глядя на рану в собственном теле; Берг с хрустом возвращает на место сломанную секунду назад шею.
Флай продолжает стоять на месте, хоть ее кожа и белеет до синевы. Флай поднимает взгляд, и пусть глаз не видно за очками, Полли понимает, что фея смотрит точно ему в глаза.
— Ты... Как ты...
Девушка с ресепшена несколько долгих секунд не может заставить себя приблизиться к своей спасительнице, только безуспешно пытается спросить, что здесь только что произошло. Остальные тоже замирают то ли в страхе, то ли в благоговении.
Флай не солдат, и экзоскелет помогает двигаться и драться, но защиты в нем — ноль. Да и в дыре в ее животе, в большой и уродливой ране, не металл и пластик, а обычная человеческая плоть. Кровь льется на металлопластиковые руки.
Но она стоит на ногах и явно не собирается падать.
— Ха-х, — тишину нарушает равнодушный смешок.
Трио патологоанатомов покинуло свой маленький ад и теперь выстроилось вдоль стены.
— Надо же, — говорит второй из них.
Третий затягивается сигаретой.
— Так ты действительно ангел.
 12. Регенерация 
— То есть... это еще один Док.
— Да
— А как вы их различаете?
— Тот Док был Доком из аптеки на углу. Этот Док — Док из третьей муниципальной.
— Но все — Доки.
— Как и еще пара сотен по городу. Но не путай с окраинами. Тамошние зовутся Костоправами.
Флай автоматически кивает, привыкая к местным понятиям. Интересная структура. Пара сотен Доков по Аркадии, готовых работать с наемниками, виджиланте, раннерами и, в целом, любой далекой от закона толпой. У Стаи четверо таких знакомых. Одного Флай уже видела, второго скоро увидит, и еще двое... если все пойдет, как сейчас, то их она тоже наверняка встретит.