Прости (СИ)

— И присмотрись к Луизе. Это идеальный вариант. Она интересная женщина и влюблена в тебя. Ты будешь счастлив.
Арфаев промолчал.
  
Глава 7
 
Кирилл не находил себе места: подлость Леры не знала границ. Заявиться после всего, как ни в чём не бывало, с банальным «прости» — верх цинизма. Да ещё притащить на встречу дочь от другого мужчины, будто знала, что он любит детей.
«Ну, конечно, так и есть. Мы разговаривали об этом: золотая мечта — большая семья, в которой много детей. Обидно, что у меня такого никогда не будет. Эх, Лера! Подло давить на больное».
Резкий звонок сотового прервал бурлящий поток мыслей в его голове.
— Привет, братишка! Как добрался?
— Пока никак, я всё ещё в Питере. Подписал документы на продажу и надо за неделю освободить квартиру.
— Понятно. Всё-таки странно, что так быстро нашёлся покупатель. Она обычная, таких на рынке сотня, а то и больше.
— Может, месторасположение устраивает или ещё что-то, сама знаешь, как это бывает, — Кирилл пожал плечами. — Если честно, то я тоже удивлён: не торгуясь, выплатили всё и предусмотрели неделю на сборы.
— Наверное, хороший человек. Рад, что квартира переходит в такие руки?
— Не знаю. Я так и не увидел никого — покупатель всё же решил остаться неизвестным.
— Я думала ты что-то не так понял…
— Нет. По документам новый владелец квартиры — агентство, а человек покупает у него.
— Странно, ну да ладно! — весело отмахнулась Эллада. Ничем не прикрытая радость сквозила в голосе женщины. — Главное, ты, наконец, избавился от проклятого прошлого, переступил через себя. Начнёшь новую, счастливую жизнь.
— Надеюсь, — прозвучало неуверенно, и Эллада тут же отреагировала.
— Что-то не так?
— Всё так. — Он замолчал, но спустя с десяток секунд, добавил: — Она приходила.
— Кто? — не поняла Лада.
— О-она-а, — медленно повторил Кирилл, а потом дополнил, — Лера.
— Лера? — переспросила сестра, не поверив своим ушам. — Так она же уехала с мужем куда-то за кордон?
— Откуда знаешь? — мгновенно встрепенулся Кирилл, услышав новую для себя информацию.
Женщина молчала, пауза затягивалась. Не выдержав, парень переспросил.
— Так откуда тебе сие известно?
— Бабушка рассказала.
— Когда?
Его удивление казалось искренним. Он не знал о закулисных переговорах родственниц.
— Понимаешь Кирюш, такое дело… — она замялась. — В тот день, когда её не стало, они встречались с Леонидом Марковичем.
— Я не знал, — голос молодого человека прозвучал глухо и отстранённо.
— Ну да… Помнишь, бабуля просила тебя приехать в больницу, да ты не успел?
— Ну?
— Они тогда долго разговаривали. Вернулась домой сама не своя, глотала таблетки и постоянно плакала. Я, конечно, поинтересовалась, что случилось, но она отказалась со мной разговаривать. Сказала, что расскажет только тебе. Потом ей резко стало плохо — сердечный приступ, и её увезли в больницу. Ну а дальше… — Эллада шмыгнула носом. Девушке было тяжело вспоминать. Полгода не срок, чтобы принять, что любимый человек ушел из жизни навсегда.
— Я не успел всего на пару часов… — это прозвучало сдавленно. Спазм от нахлынувших эмоций безжалостно стиснул горло.
Они замолчали, раздумывая каждый о своём.
— Знаешь, а ведь Засонов мне ничего не говорил о той встрече. Я к нему приезжал недавно по поводу операции Викуши[21]. Почему?
— Думаю, что если было бы что-то важное, то Леонид Маркович рассказал тебе сам, — выдвинула версию Эллада.
— Или он думает, что бабуля успела поговорить со мной.
— Может, и так. Но возможно и другое: их общение вообще никак не касается тебя.
— Согласен, — произнёс он задумчиво.
— Так что Лера хотела-то? — напомнила Лада, возвращаясь к интересующей её части разговора с братом.
— Ничего, — от упоминания о бывшей невесте Кирилл зябко повёл плечами. — Приехала извиниться. Ах да, собиралась ещё о чём-то поговорить, но я не стал слушать. Не хочу! Она и раньше наводила смуту с Корсаковым, но я — не он. Пусть живёт с тем, за кого вышла замуж… Так правильно, в конце концов.
 
— Вот ведь врёшь себе, — раскусила сестра его словесную браваду. — Сам спал и видел, чтобы она вернулась.
Кирилл смутился и с облегчением подумал, что хорошо, что сестры нет рядом и она не контролирует его чувства. От воспоминаний сердце забилось чаще. Эллада, не обратив внимание на замешательство брата, продолжила рассуждения.
— Видимо, у неё не всё так гладко с мужем, раз метнулась к тебе. Не удивлюсь, если следующим объектом покаяния станет Корсаков. Скорее всего, наша девушка в новом поиске: решила прошвырнуться по прошлому…
Молодой человек от услышанного поморщился, словно от зубной боли. Но Лада в этот раз была начеку и тотчас уловила кривляние брата.
— А что я не так сказала?
— Ладушка, ты слишком много значения придаёшь её приезду, — уклонился он от прямого ответа.
— О, Боже, Кирюш! Надеюсь, ты не купился на пресловутое «прости»?
— А сама как думаешь?
— Да кто тебя знает. Может, растаял, простил…
— Простил.
— Дурак! — она одним махом выдохнула оскорбление, да так разочарованно, что Кирилл рассмеялся.
— Ладушка! Ты, кажется, приняла её появление острее, чем я.
— Вот сколько жизнь учит, а ты всё на одни и те же грабли наступаешь. Зачем она тебе нужна? Мало страданий доставила?
— Ты что это наехала на меня, сестрёнка? Разве я сказал что-то кроме того, что простил? — удивился он невнимательности сестры. — На этом всё! Иного разговора и не будет. У нас нет общих тем. Причины, заставившие её тогда так поступить, мне не интересны, ничего нового не услышу, зачем этим повторением унижать и себя, и меня?
— Ой, Кирюш… Женщины, когда им что-то нужно, могут быть чрезвычайно настойчивыми. Полагаю, она не исключение. Не отстанет, продолжит атаку.
— А в ответ услышит то, что и раньше: «меня это больше не интересует!»
Они ещё поговорили какое-то время, но на бытовые темы. Болезненный для Кирилла вопрос не затрагивали.
***
Брат и сестра ошиблись. Лера не появилась ни на следующий день, ни в какой другой, пока Кирилл перебирал вещи.
Вопреки здравому смыслу и искренности намерений помочь Аде с деньгами, с каждым днём, приближающим парня к передаче ключей агентству, на душе становилось всё тяжелее. И что бы он ни говорил Ладе, не убеждал себя, понимал: прощался с прошлым… счастливым.
Именно так. Он любил Леру тогда, любил и сейчас. Но стена в виде брака с другим, разделившая их до этого, стала ещё выше из-за ребёнка, дочери Валерии и того человека. С первого раза понятно, что малышка любит отца, а разлучить их — сделать ребёнка несчастным. Как бы Кир ни хотел вернуть любимую женщину, поступить с девочкой так не мог. Вот и отдалял Валерию от себя. Знал: уступи он своим желаниям, и Лера окажется в его объятьях. И тогда, он уже не сможет её отпустить.
«Как жаль, что это не мой ребёнок и я не могу заявить на неё права, — неожиданно для себя пожалел парень. — Удивительно, но цвет глаз и ресницы у крохи, как у меня, не думал, что так бывает. Если бы детей было двое, то ей и объясняться не пришлось бы: моё и точка. Генетика».
Коварные мысли пробирались всё глубже в сознание. Кирилл и не заметил, как вновь стал представлять семью, которая у них с любимой женщиной не случилась. Он предавался мечтам, пусть это глупо и по-детски, но ничего поделать с собой не мог. Любовь к Лере не хотела умирать, подбрасывая одну картинку краше другой.
***
Чтобы не впасть в уныние, Валерия всё это время предавалась любимому занятию — корпела над дизайном выкупленной у Кирилла квартиры.
Ещё с момента переезда в Сакраменто работа над эскизами стала лекарством от тоски и одиночества. Впредь так и было: начав рисовать, забывала о проблемах, погружаясь в мир красоты и комфорта.
Переделав домашние дела и пообщавшись с близкими, уплывала в мир, где ею создавалась сказка. В первую очередь она сосредоточилась на детской, решив переделать под нее бывшую их с Кириллом спальню.