Прости (СИ)

Какими бы ни были отношения между Лерой и Олегом, малыши росли в любви. Она сдувала с них пылинки, ведь это дети от любимого мужчины, а Арфаев — потому что они её.
Но какие же брат с сестрой оказались разные: как внешне, так и по характеру.
Уля — настоящий «моторчик» или «шило». Девочка не могла усидеть спокойно ни одной минуты: едва научившись ходить, вечно попадала в нестандартные ситуации, а когда начала говорить, то рот не закрывался от бесконечных «почему?»
Шкодливая копия Валерии доставляла немало хлопот: то умудрилась просунуть голову между перил лестницы, да так, что пришлось разобрать часть пролёта, то, стащив розжиг, едва не сожгла беседку.
От активности девочки не раз страдал дом. Скатываться летним днём с лестницы на санках — её идея, как и использовать шторы в качестве расходного материала: сделать парус на надувном матрасе и подстилку бродячему псу или устроить дворовую распродажу своих вещей, а на вырученные деньги, накупив мороженого, угощать всех детей, живущих на одной улице с семьёй Арфаевых. А сколько дизайн проектов Леры и документов Олега извела малышка на бумажные кораблики и самолётики, аппликации и «дизайнерские» украшения.
Благодаря постоянному заступничеству отца, ей всё сходило с рук. Валерия пыталась увещевать ребёнка, но Олег баловал малышку, снова и снова сглаживая очередную проказу.
Бьющую через край энергию срочно требовалось направить в мирное русло, и тогда Лера приняла решение отдать девочку в спорт. Выбор пал на фигурное катание. Однако надолго она там не задержалась. После перелома руки, Олег впервые пошёл на конфронтацию с женой, встал насмерть и добился своего: малышка сменила один вид спорта на другой и начала заниматься бальными танцами.
И с этим не прогадали, а Лера в очередной раз убедилась в чуткости и заботливости супруга.
Тоненькая, гибкая и подвижная девочка показала себя талантливой маленькой танцовщицей. Внутренний ритм, помноженный на идеальный музыкальный слух, плюс неиссякаемая жизненная энергия, бьющая через край, воплотились в эмоциональность движений.
Маленький Кирюшка оказался противоположностью сестры. Спокойный, уравновешенный, рассудительный, самостоятельный не по годам, не обременяющий лишней заботой о себе и не доставляющий родителям хлопот. Внешне — рослый, плотно сбитый мальчишка в будущем обещал стать высоким, широкоплечим парнем, точной копией родного отца. Вот только черноволосый — в мать. Лера, глядя на него, млела, видела перед собой уменьшенную копию любимого мужчины. Что касается Арфаева, то он словно и не замечал этой схожести. Или, может, просто не придавал значения, она его не раздражала и не унижала.
Олег гордился сыном. У ребёнка была одна вполне взрослая тяга — любовь к автомобилям и всему, что с ними связано. Видимо, эту страсть ребёнок унаследовал от матери.
Учитывая опасность увлечения для маленького мальчика, после серьёзного и продолжительного домашнего совета, остановили выбор на детском картинге. Сначала Арфаев был категорически против: ребёнок и скорость — вещи несовместимые, но умоляющий взгляд Кирюшки и напор Валерии, сделали своё дело. Он сдался. Для успокоения души взял занятия сына под непосредственный контроль и незаметно для себя втянулся. Конечно, в силу профессии Олег заниматься этим видом спорта не мог, но зато с огромным удовольствием посещал с пятилетним сыном соревнования и тренировки по картингу.
Воодушевившись, он выкупил недалеко от дома пустующий ангар. Переоборудовал под личный детский трек, нанял профессионального тренера и купил специально предназначенные для этого возраста карты. Увлечение, конечно, не из дешёвых, но что не сделаешь ради любимого ребёнка.
Накануне несчастья Лере не спалось. Ворочаясь с боку на бок, вновь и вновь прокручивала картинку трагедии. Едва закрывала глаза, как в голове возникал образ несущейся на бешеной скорости плохо управляемой машины, за рулём — любимый мужчина. Сердце молодой женщины замирало: она словно была в нём, в его теле и всё видела. Вот на дорогу выбегает ребёнок, Кирилл пытается затормозить, машину заносит, и она переворачивается. А дальше — темнота. Страшная, чужая пустота, а затем чувство сумасшедшей тоски и одиночества. Она знала — это конец, его не стало.
 
Так и не сумев уснуть, Валерия утром встала разбитой и опустошённой.
— Что с тобой? — обеспокоенно поинтересовался муж, разглядывая, как она, стоя перед зеркалом, пытается замазать залёгшие за ночь под глазами серые тени. — Ты плохо себя чувствуешь?
— Нет, — отмахнулась Лера, — просто не спалось…
Подойдя к жене сзади, Олег положил на плечо подбородок и обнял за талию.
— Может, не пойдёшь сегодня никуда? Отдохни. Ты устала. Дай указания по телефону, справятся один день и без тебя. Ничего не случится.
За прошедшие годы Лера значительно набрала обороты на профессиональном поприще, став не просто ведущим специалистом в сфере дизайна, но и совладельцем компании Мартина Либбери.
— Не могу, — тяжело вздохнула. — Сегодня презентуем важный проект, так что без меня никак.
— Ну ладно, — мужчина чмокнул жену в щеку. — Тогда не задерживайся допоздна. Мы будем скучать. У меня сегодня выходной, но Ульянку на репетицию повезёт Барбара. Кстати, напоминаю: они с Джеком в эту пятницу участвуют в окружных соревнованиях. Будь добра, договорись с Мартином о выходном. Хочешь, я ему позвоню?
— Не надо, — ответила Лера. — Кажется, мы в агентстве ничего не планировали на этот день, но на всякий случай сверюсь с ежедневником.
Олег засмеялся.
— Валерия! Ты точно заработалась. Мы с тобой ещё месяц назад в планере на эту дату наметили мероприятие с детьми.
— Точно! — Лера улыбнулась. — И правда, забыла — закрутилась. Проект сложный, всё вылетело из головы. А ты чем будешь сегодня заниматься? — поинтересовалась она, соблюдая видимые приличия здоровых отношений между супругами.
За годы совместного проживания она внутренне смирилась с замужеством. Нет, она не полюбила этого мужчину, но необходимость поддерживать иллюзию дружной семьи ради детей заставила умерить пыл, с которым она раньше допекала несчастного Арфаева. Чувство благодарности за прекрасное отношение к чужим по крови детям не оставляло ей выбора. Для неё важнее, чтобы Ульянка и Кирюшка жили с любящими родителями, ведь ребёнок, как губка, с детства впитывает пример взаимоотношений, а затем проносит через всю жизнь, проецируя уже на свою семью.
— Мы с Кирюшкой идём на тренировку. Нужно посмотреть трек, там сделали новое покрытие для спортивных картов. Да к тому же, как раз один из них сегодня и должны привезти. Если всё нормально, то, скорее всего, и опробуем его.
Сердце Леры сжалось от тревоги, но она, озабоченная предстоящей встречей, непростительно легко отмахнулась от дурного предчувствия:
— Хорошо. Но мне кажется Кирюшка для спортивной модели ещё маловат.
— По возрасту да, а по физическим данным вполне готов. Ну и тренер рисковать не будет.
— И всё же, будьте осторожны. Мне отчего-то не по себе.
— Хорошо.
Он поцеловал Леру в щеку, поправил длинную прядь волос, чуть задержав её в руке.
— Как же я тебя люблю, — прошептал он. — Ты и дети — самая большая драгоценность в моей жизни.
— Пока, — женщина отстранилась от него, как всегда не отреагировав на признание. — Мне пора. До вечера.
  
Глава 5
 
Предчувствие продолжало преследовать Леру до самого офиса. Беспокойство за любимого человека в другой стране глодало изнутри словно дикое животное. Хотелось предупредить о грозящей беде, но как? Насколько Лера знала от дяди, после произошедшего, Кирилл сменил номер телефона и порвал отношения со всеми, кто так или иначе соприкасался с ними, как с парой, а Ульяны Ивановны уже полгода нет. Теперь она с близкими, которых любила и потеряла.