Внебрачный ребенок (СИ)
— Сейчас еще чуть-чуть. Обещаю, доченька…
— Малышка, смотри на меня, — я погладил Сафину по спине, а Полина взяла в руки антисептик и бинты, затем подняла на меня быстрый взгляд, а у меня все внутри сжалось в какой-то тугой узел.
С каждым днем я лишь отчетливее видел их разницу с Кристиной. Не просто разные, а полные противоположности с сестрой.
— Я уверена, что все будет хорошо. Держи ее крепче, Роберт. Дочка, соберись, мне нужно обработать раны, — на лице Полины не было и тени замешательства. Сама собранность.
Наверное, она и на работе была такой в особо сложные моменты? Я, когда увидел Сафину в осколках стекла, эти испуганные глаза, и перекошенное красивое личико от боли, сразу же метнулся к девочке, думая о том, что лучше бы сам на эти стекла плашмя упал, но только не она. А сейчас размякло что-то в груди, и меня начало накрывать отходняком. Хотелось сгрести дочь в охапку и лететь с ней в больницу. Не мог больше выносить этих слез, а мокрое пятно на рубашке обжигало кожу, но никак не холодило.
— Отнеси ее, пожалуйста, наверх. В мою спальню, — попросила Полина. — Я сейчас тоже поднимусь. Возьму только обезболивающее. Мы посмотрим мультики или почитаем сказку, да сладкая? — она ласково погладила Сафину по голове, но та лишь снова всхлипнула в ответ. — Лиза, впредь используйте пластиковую посуду, — Полина перевела взгляд на няню и встала со стула. — Она возможно не так экологична и полезна, но достаточно безопасна. Просто нужно ее почаще менять, — проговорила слабым, уставшим голосом, и направилась на кухню нетвердой походкой.
— Извините… Это все случайность… Такого больше не повторится… — Лиза стояла все это время в сторонке и наблюдала за нами, держа в руках видео няню.
Сафина притихла, лишь вздрагивала время от времени, и часто шмыгала носом.
— Пить хочу… — тихо произнесла она. — И спать…
— Мама сейчас принесет воды, потерпи красавица, хорошо? — я поднимался с ней по лестнице и гладил Мышку по спине.
В это мгновение она казалась мне совсем хрупкой и маленькой примерно, как Дамира.
— Ты назвал меня доченькой, когда я упала… Ты ведь не мой папа… Зачем ты так сказал?
Она прижалась ко мне еще сильнее, а я губами провел по мягким черным волосикам на ее голове, вдыхая их запах. Хотел запомнить этот момент навсегда.
— Потому что я действительно твой папа, — обнял ее, а у самого внутри все содрогнулось от непонятного чувства. Мне взрослому мужику стало не по себе от этих слов, а каково сейчас ребенку? Ведь я мог быть с Сафиной рядом с самого ее рождения…
— Правда? Мой папа… А почему ты только сейчас забрал нас к себе? Где ты был раньше? Ты говоришь мне это сейчас, потому что мне больно, а тебе меня жалко?
— Я правда твой папа. И теперь всегда буду рядом с тобой.
— Но мама говорила, что ты живешь очень далеко, а мы не можем увидеться…
— Долгое время я действительно жил в другом городе, а еще ничего о тебе не знал.
— А разве так бывает? Что родители ничего не знают о своих детях?
— Всякое бывает, Сафина… — в этот момент в дверях появилась Полина.
Чтобы бы она не думала на мой счет, как бы не противилась моим решениям, но они с Сафиной будут жить со мной, потому что я давно усвоил простую истину: если не сделать выбор вовремя, то в итоге тебе достанется то, что преподнесут обстоятельства.
— Ну как ты? — спросила она у Сафины и с опаской взглянула на меня.
Услышала наш разговор? Или нет?
— Больно… — всхлипнула Мышка. — И я так хотела поплавать в бассейне…
— На несколько дней придется отложить это развлечение. На ноге и правой руке глубокие порезы, — Полина села на кровати и протянула руку к дочери, погладила ее по щеке. — Иди ко мне, моя маленькая. Сейчас выпьем лекарство и тебе станет легче.
Я смотрел на них, а сам думал о том, что не хочу покидать стены этой комнаты, не хочу выпускать Сафину из рук. Но должен сейчас уйти, чтобы не смущать их, дать им время побыть вдвоем. К тому же Полине придется ответить на вопросы дочери, и обтекаемыми фразами, какими отделался я, ей не обойтись.
— Я зайду позже. Отдыхайте.
Хотел ухаживать, оберегать, защищать свою дочь и ее мать от целого мира, и уж точно в мои планы не входило никого из них отпускать от себя, тем более с кем-либо делить. Шесть лет — не маленький срок. Если за это время Полина не построила ни с кем серьезных отношений, то теперь и начинать не имело смысла. Быстрову я даже близко не позволю к ним подойти после его лжи и махинаций с платежными документами. Мою дочь не будет воспитывать другой мужчина.
Вернувшись в кабинет, я расположился за столом, и откинулся на спинку кресла. Совсем не так я представлял себе этот день, а планировал пригласить Полину вечером на ужин. Мама согласилась посидеть с девочками, Лиза с обеда собиралась взять выходной. Нам бы никто не помешал поговорить обо всем в спокойной обстановке. И вот как все обернулось.
Взглянув на часы, я решил, что съезжу на пару часов в офис, раз планам с ужином и разговором не суждено было сегодня осуществиться.
— Роберт Рустамович, — в дверь постучали, и в кабинет заглянула Лиза. — Можно? Я буквально на минутку, — я кивнул, чтобы она проходила. — Я хотела еще раз извиниться…
— Все обошлось, но Полина права, ничего страшного не случится, если Дамира будет кушать из пластиковой бутылочки, — Лиза смотрела на меня красными, заплаканными глазами и нервно теребила край синей кофты. — Ну все не плачь, — я встал с кресла, и подошел к Лизе. — В этом нет твоей вины. Это случайность.
— Я правда не хотела… И очень испугалась. Вы ведь знаете, как я люблю детей… Сафина она такая хорошенькая… Извините еще раз, что все так нелепо получилось… — плечи девушки задрожали, а на глазах выступили новые слезы. — Мне очень жаль.
— Ну все, — с нажимом произнес я, шумно вздыхая. Никогда не любил женские слезы. — Сказал же, все обошлось. У тебя выходной? Вот и отдохни. Успокойся. Петр отвезет тебя домой. С девочками побудет мама и Полина.
Лиза вышла за дверь, а я отошел к окну, открыл его и потянулся к сигаретам, думая о том, что мне наверное следовало остаться в спальне, и поговорить с Мышкой обо всем вместе с Полиной. Мышка… Я глубоко затянулся и, выдохнув сизую струю дыма в воздух, усмехнулся, испытывая дикое сожаление, что ничего не знал о ней раньше. А еще Сафине совершенно не подходило это нелепое прозвище. Хрупкая, маленькая, красивая… Похожая на эксклюзивную фарфоровую куколку из редкой коллекции, но никак не на серого невзрачного мышонка.
Меня отвлек от мыслей звонок на телефон. Я затушил сигарету, закрыл окно, и подошел к столу.
— Да, Костя. Привет. Ну что там? Есть новости? — сдавил пальцами переносчицу и напрягся всем телом. Тайна Кристины куда и кому она отправляла последний год деньги не давали мне покоя.