Внебрачный ребенок (СИ)
Мне стоило больших усилий сконцентрироваться на разговоре с Мирзоевым. Я сидел весь вечер в ресторане, курил, смотрел на тлеющий кончик сигареты, и в голове не мог ничего уложить. А главное не мог этим поделиться ни с одной живой душой. Мне словно махом вырвали все зубы и насыпали в раны соли. Еще один удар? Сколько их было припасено у жизни для меня? Оставалось навестить Полину и спросить у нее в лоб откуда у ее дочери такое же пятно. А что, если ребенок не отца, а мой? Что если сестры менялись между собой, водили меня, как осла за нос, а я ни черта не знал женщину, с которой жил все пять лет? Вопросов было так много, а ответов мало.
Вернувшись в машину, я заметил шапочку Сафины, которая лежала на сиденье. От каждого движения как будто ломило мозги. Я туго соображал, что делать дальше. И решил, что утром съезжу к Полине. Достал телефон из кармана пиджака, и позвонив своей хорошей знакомой, которая наблюдала беременность Кристины в Казани, уточнил кое-какие детали по установлению отцовства.
Мать после смерти отца сохранила локон его волос и все время носила в медальоне. Если окажется, что ребенок и впрямь имел отношение к нашей семье, то тогда многое становилось на места в моей голове о причинах отказа Полины сближаться и дружить семьями. Она скрыла беременность от моего отца, уехала в другой город, оборвала все связи… А мой сильный интерес к Сафине был как раз и обусловлен тем, что она была мне на самом деле сестра? Все эти вопросы я обязательно ей задам. Пусть не сегодня, но солгать или отделаться общими фразами у Полины больше не получится. Как и скрыть родсвтенную связь Сафины с моим отцом.
19
Роберт
Домой я вернулся ближе к полуночи. Мать не спала. Сидела на кухне и смотрела стеклянными глазами перед собой. От ее потерянного и разбитого вида все переворачивалось внутри. Столько горя свалилось на ее плечи, а если окажется, что Сафина дочь моего отца… Не представляю, как она все переживет. Сначала мои братья, потом Кристина и отец. Теперь еще и это. Снова захотелось закурить, хотя я и так весь вечер в ресторане не выпускал сигарету из рук.
— Сынок… — она заметила меня и подняла голову к моему лицу. — Я жду тебя… Почему ты так поздно? Снова дела? Совсем ты себя не бережешь. Обо мне подумай. Что со мной станет, если я и тебя потеряю? — дрожащим голосом произнесла она и поднялась на ноги, приближаясь ко мне.
— Все нормально со мной будет, мам. Как Дамира? Спит? — я приобнял ее за плечи.
— Спит. Две вы мои отдушины… — на ее глаза навернулись слезы, а я опустил руки, сжал их в кулаки, и направился к холодильнику. Невыносимо смотреть, как страдают близкие и родные люди.
Достал бутылку минеральной воды, сделал несколько жадных глотков, и встал напротив стола, сканируя мать внимательным взглядом. Задержал глаза на медальоне, который висел у нее на шее, и снова подумал о Сафине.
— Ты разговаривал с Полиной? Она согласилась приезжать к нам со своей девочкой? Разрешила ей видеться с Дамирой?
— Я еще с ней не разговаривал, — приблизился к ней, взял за плечи, заглядывая в пустые глаза. — Иди спать, мам. Выпей успокоительного, перестань изводить себя этими мыслями, прошу. Отца не вернуть.
Мама прижалась ко мне и снова заплакала. Какой-то замкнутый круг. Спустя несколько минут она успокоилась, а я, пожелав ей спокойной ночи, поднялся наверх. Лиза спала в детской на диване рядом с кроваткой. Дочка причмокивала пухлыми губками во сне, а я снова подумал о Сафине. И твердо решил, что завтра же поеду к ее матери в больницу. Прижму Полину к стенке и потребую от нее ответов.
Голова гудела от навалившейся информации, тем не менее я быстро заснул. Выключился, словно по щелчку, а открыл глаза уже утром за пять минут до будильника. Потянулся к тумбочке, проверил уведомления на телефоне, и направился в душ.
— Роберт Рустамович, — едва я переступил порог гостиной, Лиза оказалась рядом. — Вы обещали сегодня погулять с нами в парке…
Я машинально поднял запястье и взглянул на часы. Дел было выше кучи, но с Дамирой, я решил проводить как можно больше времени независимо ни от каких обстоятельств. Она так быстро росла… Не успею оглянуться, а будет такой же взрослой, как и Сафина. При воспоминании о дочке Полины, я поморщился, словно мне дали прожевать что-то горькое. В голове не укладывалось, что отец спал с молоденькими девочками. Он любил мать, они вместе столько всего пережили… Неужели увлекся Полиной? Или та его соблазнила? Я пытался размышлять логически, но все, что приходило на ум совершенно не вязалось с добропорядочным образом главы семейства.
— Я подъеду к четырем, — Лиза широко улыбнулась и расцвела.
Я подошел к дочке, которая лежала в переноске, потрепал ее по щечке, поцеловал в макушку и направился на улицу. Остановился у машины и какое-то время стоял, смотря под ноги, пока не докурил сигарету. Пора бы уже распрощаться с этой привычкой, но все никак. Неподвижным взглядом рассматривал черные носы своих туфель, до конца еще не осознавая, что Сафина тоже была Шалимова. Это напрочь выбивало у меня почву из-под ног. Холодный ветер пробирал до костей даже сквозь пальто и не черта не отрезвлял. Если до обеда не распогодиться, то какие прогулки по парку в такую погоду? Написав Лизе сообщение, что погода не летная, я пообещал сводить их в кафе в конце дня.
Я освободился только около полудня. Набрал Полине, но она сбросила мой звонок. Какая же упертая. Кому только хуже делала? Я ведь теперь все равно докопаюсь до истины. Выйдя на улицу из машины, я заметил на парковке у больницы машину Быстрова. Вот и отлично, разом все выясним и расставим точки над «i» по всем интересующим меня вопросам. Пусть только снова заикнется о том, что я нарушал границы его избранницы и лез не в свое дело.
— Здравствуйте, вы к Валеевой Полине? У нее сейчас посетитель, — остановила меня медсестра на посту.
— Добрый день, — сухо отозвался я. — Ничего страшного. Я ненадолго, — усмехнулся, и пошел дальше.
Помнила наш разговор с Быстровым на повышенных тонах в первый же день, когда к ним поступила Полина? Только кто он такой, чтобы указывать мне сколько времени находиться в палате у девушки? Плевать я на него хотел. В принципе, как и он на меня. У каждого из нас свой интерес к Полине.
Несколько секунд я стоял у двери, прислушиваясь к тишине, а затем вошел в палату. В прошлый раз я стал свидетелем нежной сцены между Полиной и Быстровым, и этот не стал исключением. Жаль. Очень жаль, что я помешал им, но сейчас имел на это полное право. А вот она какое имела обманывать мою семью и водить всех за нос столько лет?
— Добрый день, — сдержанно поздоровался, наблюдая за реакцией Полины.
Она вздрогнула, услышав мой голос, а Быстров повернулся ко мне лицом, спиной заслоняя свою избранницу от меня. Не поможет. Я уйду только после того, как получу ответы на интересующие меня вопросы.
— Опять ты? Тебе же сказали все вчера… Сколько можно оббивать пороги? Все, лавка прикрылась. Уходи!
Быстров поравнялся со мной, но я приехал не с ним разговоры вести. Если ему что-то не нравилось, то мог прямо сейчас выйти из палаты и подождать, когда мы закончим с Полиной.