Внебрачный ребенок (СИ)

Роберт ласково улыбнулся и поцеловал Дамиру в курносый носик. Девочка улыбнулась ему, и Сафина вместе с ней, а затем Мышка скопировала движение Шалимова, и чмокнула малышку в щечку.
— Роберт Рустамович, я выйду ненадолго. Если будет нужна моя помощь, позовите. Буду в коридоре, — Роберт лишь кивнул, даже не посмотрев в сторону Лизы.
У девушки вибрировал телефон в руке. Она ответила на звонок и тут же скрылась за дверью, но перед тем как выйти из палаты бросила на Шалимова зачарованный взгляд. С таким обожанием смотрела на него, а мне почему-то стало ее жаль. Слишком молоденькая для Шалимова, хотя… Может быть именно такая и добилась бы его расположения: чистая, наивная, искренняя?
— У нее глаза похожи на твои. Синие-синие, — Сафина посмотрела на Роберта, а потом на Дамиру.
Последнее время она часто спрашивала у меня, когда у нее появится братик или сестричка. И ее активный интерес к малышке я понимала…
— Какая наблюдательная, — улыбнулся Шалимов, заметив, что девочки не сводят друг с дружки глаз. — И у тебя тоже синие. Очень красивые, — Сафина расцвела после его комплимента. — Как ты себя чувствуешь? Как плечо? — спросил Роберт, взглянув на меня.
— Все хорошо. Спасибо. Недавно разрешили вставать, а на днях обещали выписать. Только принимать роды одной рукой проблематично… — я грустно вздохнула.
— Ничего, отдых тоже нужен. Через две недели будешь, как новенькая, вот увидишь. Кстати, может быть, погуляем в парке на днях? Погода стоит замечательная. Да ты только посмотри на них… — он кивнул на девочек, а мое сердце больно сжалось в груди. — Полное взаимопонимание!
Роберт вскинул на меня глаза, а я задохнулась от разноречивых чувств, которые не давали покоя последние дни. Это было неправильно. Все мое существо протестовало, чтобы открыть чужие тайны. Пусть Кристины и Рустама Альбертовича не было в живых, но взять на себя еще одну ответственность… Мои плечи могли не выдержать такого груза. Как и сердце.
Шалимов поднялся на ноги и подошел ко мне. С маленьким кряхтящим комочком на руках он выглядел очень трогательно. И все слова, которые я собиралась ему сказать, застыли в горле раскаленной лавой. А в тот момент, когда все же решилась вымолвить, чтобы больше не приезжал, малышка громко расплакалась.
— Тшш… Принцесса… Мы пробыли всего нечего, а ты уже хочешь снова кататься на машине? — ласково заговорил Роберт.
— Мне тоже нравится кататься на машине, — Сафина тут же оказалась рядом. — Вернись на стул, со мной она не будет так плакать, — Роберт сел обратно, Мышка склонилась над Дамирой, и та действительно перестала громко возмущаться.
— Кстати про машину… Мы могли бы завезти Сафину домой. Зачем гонять Алену через весь город, когда мы живем в двух кварталах от них?
— Да!
— Нет!
Мы одновременно произнесли с Сафиной эти слова, а Роберт рассмеялся раскатистым, звучным смехом.
— Мамочка, пожалуйста! Пожалуйста! Мне так хочется прокатиться с сестренкой на машине. Пожалуйста! — радостно запрыгала Мышка на месте.
— Полина, мы просто отвезем Сафину домой к Алене и Кариму, тем более нам по пути. В чем проблема? Ты мне не доверяешь?
Напряженно вздохнув, я решила, что единственный способ поговорить с Шалимовым тет-а-тет, когда Лиза отправится с девочками в машину. Я попрошу Роберта задержаться на пару минут и скажу ему, чтобы больше не приезжал. И не делал шагов нам с Сафиной навстречу. Я весь день думала над словами, которые скажу ему. Да что там — целую неделю. Пусть исчезнет из нашей жизни, а наши встречи прекратятся. Хватит. Пора уже вылазить из своей скорлупы. Пять лет я воспитывала дочь одна, пусть все так и остается.
 
Лиза вернулась в палату спустя десять минут. Стояла в сторонке и молча наблюдала за нами, пока Роберту не позвонили по работе. Он передал ребенка в ее руки, а сам отошел к окну. Кому-то пообещал подъехать, переговорить о делах через час, разговаривал спокойно, выдержанно, и я очень надеялась, что наш диалог пройдет в таком же деловом тоне.
— Роберт предложил подвезти Сафину домой… — Лиза вскинула подбородок, а в ее глазах промелькнуло удивление. — Она сейчас временно живет с моей подругой. Вам по пути. Проследите, пожалуйста, чтобы она не сильно досаждала Шалимова вопросами в дороге и не отвлекала его. Сафина очень суетная и подвижная девочка.
— Хорошо, — кивнула Лиза, одевая Дамиру в утепленный комбинезончик, а я повернулась к Мышке и провела с ней тот же инструктаж, чтобы вела себя достойно своему прозвищу и меньше издавала разных звуков.
— Лиза, идите в машину. Я сейчас подойду, — сказал Роберт, а я почувствовала, как по спине пробежал холодок.
Мне даже не пришлось просить его задержаться. Он сам догадался, что я хотела с ним поговорить.
Шалимов подошел так близко, что от волнения я поджала пальцы на ногах, смотря в его синие, бездонные глаза. А когда он поднял руку и потянулся ко мне, поправив выбившуюся прядь из хвоста за ухо, дотрагиваясь пальцами до лица, я забыла, что собиралась ему сказать. От неожиданности я вздрогнула, словно через меня пропустили электрический разряд, и вся напряглась. Роберт внимательно рассматривал меня, как тогда в машине, будто собирался запечатлеть в памяти каждую мелочь или не мог на меня насмотреться. Немного жесткие подушечки пальцев вдруг провели по скулам и двинулись наверх, коснулись ссадины на лбу, которая почти зажила, и остановились на шраме над бровью. Нечто неуловимое промелькнуло в его взгляде, а меня охватил озноб, и я задрожала.
— Я — не она. Убери от меня руки, — получилось слишком резко и грубо, но я и так позволила ему слишком много.
— Да, ты — не она, — ровным голосом произнес он, продолжая рассматривать меня немигающим взглядом. — Мне показалось, что ты хотела мне что-то сказать?
— Да. Не нужно больше к нам приезжать, — с твердой решимостью проговорила я, хотя внутри желала трусливо сбежать из палаты.
В комнате повисла оглушающая тишина. Роберт опустил руки, вложил их в карманы брюк.
— Почему? — он нахмурил брови, а его глаза вмиг утратили блеск. — В чем дело, Полина? Это Быстров? Он ставит тебе ультиматумы?
— Нет, дело не в нем.
— Тогда скажи в чем причина? — затаив дыхание, то ли от волнения, то ли от страха, я выдержала его испепеляющий взгляд.
— Несколько лет назад я уехала из родного города, перестала общаться с близкими мне людьми… На то у меня были веские причины. Возобновлять эту связь я не намерена. Мне жаль, что Кристины больше нет. Жаль, что девочка будет расти без матери, но… Не нужно больше к нам приходить и настаивать на встречах.
 
Меня как будто давило сверху огромной железобетонной плитой. Больно было сделать вздох, потому что в глубине души я понимала, что поступаю неправильно, что Дамира и Сафина ни в чем не виноваты, но я боялась снова ошибиться. Люди ведь должны учиться на ошибках и извлекать из них уроки?