Клан Одержимого (СИ)

Закончив, я поприветствовал обеих и указал на деревянные шпаги.
— Господин, простите. Мы бы предпочли другое оружие — настоящее, — сказала Габриэлла без тени смущения.
Я поднял бровь, но ничего не сказал в ответ. Я указал рукой на стену со стеллажами на которых лежало оружие.
Сестры подошли к нему. Им удалось меня заинтриговать.
Одна сняла длинный кнут, вторая взяла в руки лук со стрелами.
— Можно я покажу, что умею? — спросила Анабелла держа в руках за спиной сложенный кнут.
Я жестом пригласил ее на середину тренировочного пространства.
Она встала на центр, затем с грациозностью дикой кошки резко прыгнула вперед и выпустила кончик хлыста далеко над собой.
Раздался щелчок, и я увидел, что этот щелчок потушил свечу. Я не успел восхититься ее точным нахлестом, как щелчки начали повторяться в бешенном темпе.
Раз-два-три-четыре, раз-два три четыре…
Раз за разом она демонстрировала точность и невероятную скорость владения кнутом. Все свечи, зажжённые под потолком были погашены.
Наконец она остановилась.
— Ну как?
— Ты сумела меня удивить.
— Анабелла теперь ты, — Габриэлла уступила центр конюшни.
Вторая сестра вышла туда, где только что работала кнутом Габриэлла. Она взяла в руки стрелы с намотанными на наконечники тампонами.
Она подожгла первую стрелу от факела и выпустила ее в сторону потушенных свечей.
Повторяя хорошо отточенные движения, девушка зажгла все свечи, которые погасила её сестра минутой раньше.
Она торжествующе посмотрела на меня.
— Что скажете, господин?
Мне хотелось похвалить их обеих, но я сдержался.
— Интересно. Но боюсь, что в моих планах нет выступлений на арене в цирке. Возьмите клинки, судя по всему вас обучали фехтовать.
— Деревянные?
— Любые.
Сестры переглянулись, пожали плечами и сняли со стеллажа османские сабли — тальфары.
Я взял деревянный шест. Вышел на центр.
— Атакуйте, обе сразу.
Они наскочили мгновенно. Их действия и движения были синхронны и красивы. Атакуя они выкрикивали боевые лозунги на своем языке. Они явно получали удовольствие от процесса. Признаться, я тоже.
Мы тренировались, и я убедился, что сестры великолепно владеют холодным оружием. Это был неожиданный сюрприз.
Они прекрасно справлялись с тренажером и могли дать фору некоторым мужчинам фехтовальщикам.
Отец девушек научил их боевым искусствам и ездить верхом.
Через месяц ежедневых тренировок я понял, что нашел не только достойных партнеров по единоборствам, но и ценных агентов, знающих основные европейские языки.
Мой клан пополнился первыми двумя женщинами.
Иногда мне казалось, что они обе испытывают ко мне чувства, которые прячут глубоко внутри, даже друг от друга.
Я по-прежнему чувствовал себя выжженным внутри, главное для меня это месть. Я не хотел погружаться в пучину чувств. Сестры были для меня хорошим боевым тандемом.
Я раньше смотрел на них лишь, как на девушек для удовольствия. Но Анабелла и Габриэлла оказались умными и способными ученицами.
Они были стройны, с красивыми и притягательными женскими округлостями. Взоры мужчин часто останавливаюсь на их осиных талиях и манящих бедрах.
После подготовки девушек в качестве агентов у меня появился мощнейший разведывательный инструмент.
Нанося одинаковую косметику и одеваясь в подобную одежду, они иногда разыгрывали меня и менялись именами.
Только маленькая родинка под правой грудью и Габриэлла позволяла их различать в таких случаях.
Такое умение значило, что они могли находится в двух разных местах одновременно.
Первая отвлекала внимание объекта и, например, затаскивала его в постель, вторая могла в это время шарить по его тайникам и документам.
Имею ли я право использовать их?
Я больше не задавал себе подобных вопросов.
Это было не важно. Самое главное для меня это месть. И она свершится. Я ежедневно ее готовил.
Я точно знал, что даже если меня убьют, мой клан доведет дело до конца.
Праведная месть свершится.
Впрочем, даже если задать себе вопрос о сестрах, то я мог ответить, что они без сомнений пошли бы за мной и в огонь и воду.
 
Могли ли они работать на кого-то еще, кроме меня? Безусловно.
После того, как я увидел, насколько великолепно они подготовлены физически, я запросил через Маэстро наших людей в Риме все об истории их пленения и работы в термах.
Ответ пришел достаточно быстро. Их пленили после гибели их отца, но они держали свои навыки и умения в строжайшей тайне.
Похоже, что они пытались вести свою игру, чтобы убежать из Рима, и я, как нельзя кстати, вовремя вызволил девушек.
Они оказались чем-то вроде ронинов, воинов без хозяина. И я решил для себя, что мне будет проще им доверять, чем подозревать сестер в работе против клана.
И я не ошибся. Они с первого дня отдавались мне и делу клана полностью.
Я готовился выступать в Европу, когда от Маэстро пришла добрая весть. Его команды были полностью готовы и уже начали работать по плану.
Первая команда, отвечающая за прикрытия бизнеса в России, уже взяла под контроль основные маршруты движения наших товаров, чтобы избежать нападений на дорогах.
Безопасная логистика — залог успеха нашего бизнеса.
Наши люди оттесняли конкурентов, заранее выкупая лучшие места на выставках, базарах и ярмарках.
Команда охраняла выручки и места хранения денег. Наводила справки и собирала информацию о боярах и их тайнах, слегка надавливая на них, и склоняя к взаимовыгодному сотрудничеству.
Ничего нового для Маэстро. Он просто блестяще повторил путь моего брата, построившего клан неспящих в Европе.
Очень быстро мой клан незаметно проник во все аспекты жизни русской боярской элиты.
Мы с Маэстро знали много мрачных секретов.
Хоть бояре были и своими, и я испытывал к ним большую симпатию, чем к дворянской аристократии в Европе, я никогда не забывал, что многие из них скрытно мечтали прибрать к рукам Княжескую Власть.
Тех, кто мутил воду за кулисами, и пытался разрушить царство и сместить Князя, я жестко убирал с пути.
Тех, кто только подумывал об измене или союзе с врагами в лице литовцев, поляков, англичан, немцев или османов, мы вежливо предупреждали и предлагали более выгодные сделки за сохранение верности Князю, Вере и стране.
Мы подключали к работе русское православное духовенство, всячески поддерживая Церковь. И она нам очень помогала в этом.
Великий Князь, сам того не зная, обретал с нашей помощью все большее могущество.
Для чего мне это было нужно? Ответ простой. Мне требовался был еще более мощный оплот, православной веры противостоящий экспансии Папы Льва Х на восток.
Я знал, что после того, как я сломаю власть Папы, он в отчаянии бросится на Восточную Европу.
Я прекрасно знал, что мой удар будет нокаутирующий, и после того, как он оправится, Папа поймет, что я готовился и набирался сил в России. Папа Лев Х будет искать способ найти и уничтожить мою корпорацию.
Но пока активы клана дома, в России, папский двор не сможет до них дотянуться, даже при большом желании.
Папских попов здесь не жаловали, часто их не пускали в пределы страны, во многом благодаря и моим стараниям.
Вторая моя группа от клана Одержимого, которая действовала в Европе имела другие задачи.
Она готовила к протестам население и католических священников Европы, не согласных с безграничной властью Ватикана и безобразиями, творимыми от имени Бога.
Наконец-то мне пригодился университетский курс по PR.
Мои люди распускали слухи о приходе некоего нового священника, молодого, справедливого, который положит конец преступлениям священников, обнаглевших в край.
Денно и нощно на площадях, рынках европейских городов они запускали разговоры о том, что хватит терпеть поборы и то, что Папа Римский отпускает все грехи богатым за деньги. А бедных и несчастных не пускает на порог.