Его вредная покупка (СИ)

Бэйс уходит, оставляя меня на постели с отрешенным лицом.
Я смотрю на ключ, договор на компанию, оглядывая комнату в поисках решения, будто оно может быть найдено на стенах или потолке. И мне не по себе. Он словно оставляет мне какой-то выбор.
Но какой?
Сижу в оцепенении на кровати, вчитываясь в условия договора и понимая, что никаких подвохов нет.
Возможно есть лазейка в других договорах? Спешу вниз и вскрываю ключом сейф на первом этаже.
Все документы на месте. Перечитываю раз за разом, один за другим в поисках хоть какой-то зацепки, где можно было бы вернуть компанию после ее передачи. Но их нет… Типовой договор, насколько я могу судить…Никаких отклонений. Все подписаны.
Вряд ли он подпись левую поставил. Других предположений не имеется вообще. Я не юрист, как вернуть переоформленную компанию на другого человека я не в курсе.
И что мне делать?
Ян мог бы как-то меня поддержать, объяснить, что делать, как себя вести а он… Не знаю.
Его поведению для меня обусловлено только двумя возможными факторами:
а) он действительно пошел на это и отдал все компании и ему было тяжело утром общаться со мной из-за этого факта.
б) в документах есть подвох, о котором я не знаю и он может вскрыться на встрече и Ян поэтому меня избегал. Предпочел уйти в сторону и дать плыть дальше уже самостоятельно.
в) Я не уверена в том, что он захочет меня видеть после произошедшего. Может быть это и был его намек?
Он решился на то, чтобы отдать свои компании?
Да нет. Никто не отдаст.
Или отдаст?
Ломаю голову над его поведением. Это проверка или что? Я должна пойти с документами к Сегмузову или нет? С другой стороны, он бы мог сам сказать, что мне делать, зачем эти игры устраивать? Значит, нет никаких игр. Значит все прозрачно и просто…
  
Глава 42
 
Телефонный звонок громкой трелью играет на весь салон самолета. Поспешно ищу его в рюкзачке, попеременно вытаскивая часть предметов к себе на колени, и никак не могу обнаружить искомое.
Да, блин!
Мое место у прохода и рядом со мной уже успело присесть двое пассажиров, чему я очень рада.
Неизвестно, как бы я сейчас пропускала желающих пройти на свои места с кучей вещей на коленях.
На меня уже недовольно косятся, а блондинка через проход еще и цыкает, театрально закатывая глаза.
— Простите, — выдыхаю.
Есть! Нащупала гладкую поверхность экрана мизинцем и безымянным пальцами.
Осталось только подтянуть… что я усиленно делаю.
Меня толкает в локоть проходящая по узкому коридорчику грузная дама и я роняю аппарат назад в рюкзак.
— Прееекрасно, — бурчу, поглядывая за ней злым взглядом.
Посадка. Обратной дороги уже нет. Я лечу в Доминикану, как решил за меня Бэйс накануне.
Конверт с билетом, ваучером и деньгами он приложил к документам в сейфе.
«Не волнуйся. Бери все. Лишнее я вчера убрал» — вспоминаю его слова с явным намеком на этот сюрприз.
Ну что же. Все понятно. Хочет от меня избавиться, чтобы я не мешала или не надоедала. Одно из двух.
В моих руках одинокий билет в одну сторону с заграничным паспортом, который ранее привезла мне мама.
— Да, — говорю в трубку, не успевая посмотреть, кто звонит.
— Все хорошо?
Родной голос обволакивает меня, заставляя весь шум вокруг утихнуть. Я слышу только его, ощущая одновременную нежность и дрожь во всем теле.
Ян. Все же позвонил.
Беспокоится. Значит, нужна?
— Да.
Что ему сказать? Поблагодарить? Спросить, как быть? Что делать дальше? Будем ли мы вместе или он таким образом решил от меня откреститься? Сейчас спросить неловко… но перезвонит ли он мне еще?
— Я рад, — чувствую искренность в его словах.
Я прямо вижу картинку, как он улыбается.
Сидит такой красивый за столиком, поедает картошку из кафе и смеется какой-то шутке.
Мое воспоминание, где мы с ним сидим в кафе теперь многого стоит. Раньше казалось, что это обычный день. А теперь…. Один из важнейших.
Прекрасно помню, как он мило выглядел тогда. Изумрудные глаза, притягательный, очаровательный.
 
А я только думала над тем, как спастись от лап Сегмузова, не замечая ни его, ни остальное.
Вернуть бы меня в то время, я бы повела себя уже по-другому. не сбежала бы, доверилась ему полностью.
Как же хочется обнять его. Прижаться и не отпускать.
Не хочу улетать. Хочу к нему!
Оглядываю салон. Еще наполовину полон. Я еще успею. Порываюсь с места, вскакивая и пропуская самых спешащих пассажиров в хвост самолета.
Волнение накатывает.
— Позвоню, как сядешь. Больше трубку ни от кого не бери, — сообщает он мне, возвращая меня из сказочной нереальности на свое место.
Словно припечатывает. И я валюсь назад
А точно ли он хочет меня видеть подле себя? Обрадуется, если я вернусь?
Желание бежать к нему испаряется. Я понимаю, что не уверена в этом.
Звонок обрывается. А я даже не успеваю ничего сказать.
Он перезвонит.
Все уже на местах. Проводники проверяют ремни, закрывая по пути отсеки для ручной клади. Готовимся к взлету.
На меня обращают внимание, тыкая пальцем в ремень.
Ах, да. Пристегиваюсь и киваю. Молоденькая проводница с дежурной улыбкой на лице проходит дальше.
— Наушники выньте, пожалуйста, — говорит она мужчине, сидящему через кресло.
В этот момент Ян перезванивает, сразу же отвечаю:
— Я хотела сказать, что безумно…
— Алиска, моя киска! — прерывает меня грубый баритон. Не Яна.
Отстраняю телефон и вглядываюсь в номер. Не то, чтобы не узнала его, но я была уверена, что это Бэйс.
Сегмузов. И вот сподобилось же ему позвонить именно в этот момент?
— Ты в курсах, что тебе не жить, моя дорогая? — говорит тот ласковым голосом. — И женишка твоего я убью. Сначала тебя, потом его.
Он говорит это спокойным, но жутко опасным тоном, вызывающим у меня панику во всем теле.
Словно я на краю пропасти нахожусь и в его власти меня подтолкнуть вперед.
Вот почему Бэйс сказал трубку не брать. Что-то успел сделать в ответ?
— Дотянись, — ухмыляюсь.
Страшно, но надо держать планку! Хоть когда-то надо ему ответить в его же тоне!
Он столько боли мне причинил. Хотя бы сейчас я должна поставить его на место.
— Уже. Мои люди рыщут. Везде, — его шепот проникает в меня, отравляя все внутренности, что меня начинает тошнить от страха. — Они проверят каждый подвал каждого дома в этой стране и найдут тебя. Твоих друзей, родных, знакомых. Бэйса дом уже проверили. Будь ты там…
В глазах темнеет. Умеет он пугать и подавлять, не попишешь.
— Пошел ты, — рычу и вешаю трубку.
Меня колотит от осознания, что Сегмузов меня ищет, от понимания, что он уже был у Бэйса дома.
А если бы я решила вернуться? Мне был бы конец.
Начинается взлет, а я только и думаю о Бэйсе. Самолет берет разгон, весь салон трясется в лихорадке, лампочки гаснут, не предвещая ничего хорошего, особо боязливые пассажиры закидывают в рот леденцы, а япялюсь в иллюминатор.
Что он такого сделал? Как подставил Сегмузова?
Ему грозит опасность. Нужно предупредить!
Набираю кнопку вызова и вглядываюсь в телефон. Звонок идет.
Ну же. Бери.
В салоне громыхает, многие сидят с закрытыми глазами, а я лишь неотрывно слежу за звонком.
Если бы это был не Сегмузов, а Ян, то он бы услышал мое нелепое, несвоевременное, совершенно ему ненужное признание.
Признаюсь себе, что мой порыв был слишком поспешным. И радуюсь, что не достиг цели.
Сигнал пропадает. Звонок не проходит.
И мой разум отключается. Откидываюсь в кресло и закрываю глаза вместе с остальными.
Все, что могла, я сделала.
Бэйс не дурак. Он и сам все знает. Мой предупредительный звонок ему не нужен.
Он справится. Специально, чтобы не отвлекала его, он отправил меня подальше. Теперь сможет полностью сосредоточиться на отмщении Сегмузову, а я пережду в другой стране.