Его вредная покупка (СИ)

И хоть сердце сейчас сильно бьется, вот-вот выпрыгнет из груди, я все равно выполню все, как надо! И не покажу своего страха.
Он напрягается и явно заинтересовывается увиденным, судя по тому, как подается вперед и отставляет стакан с напитком в сторону.
— Раздевайся, — тихий шепот, который доносится до меня грубым отголоском.
Все мое существо против такого произвола. Но я повинуюсь, стягивая с волос какую-то вуаль, которую успела нацепить в последний момент, а за ней медленно снимаю платье. Оно опадает к моим ногам, а я продолжаю танцевать на одном месте, оставаясь перед ним в красном белье.
Главное, затянуть танец. Пусть смотрит на меня в трусиках с лифчиком. Может мне повезет и не придется снимать все полностью?
Судя по его хриплому дыханию, перебивающему негромкую мелодию, ему нравится.
Чуть смелею, переступаю платье и прохожу к нему. Улыбаюсь самой очаровательной улыбкой и касаюсь его подбородка, чтобы отвлечь на себя, заинтересовать, что-нибудь спросить. Нужно, чтобы он забыл о платье, танцы, почувствовал себя комфортно. Идеально будет разговорить. Но моя челюсть уходит вниз от шока. Я не верю своим глазам!
— Твою мать! Ян!
Верхняя половина лица, находящаяся в тени сейчас показывается мне полностью. И я прирастаю к полу. Его глаза проникают в меня насквозь, будто рентген, поселяя в моей душе холод.
— Привет, малышка, — ухмылка появляется на лице Сегмузова. — Чего остановилась? Продолжай. Мне нравится.
Я в ступоре. Он вернулся! Как? Когда? Что мне делать?
Колкие мурашки пробирают меня до самого нутра от его вкрадчивого голоса.
Мне проще танцевать перед кем угодно, только не перед ним. Он же все что угодно сделать может со мной. Изнасиловать, избить. Даже страшно думать!
— Нет, — порываюсь я к платью, но он хватает меня за руку и тянет на себя.
— Ты пришла мне подарить танец. Вперед! — вальяжно отвечает мужчина передо мной.
Силы не равны, как я не пытаюсь устоять на ногах я все же опадаю на его грудь, упираясь ладонями.
— Отпусти меня! — рычу я, трепыхаясь в его объятиях.
В груди кипит злость. Да пошел он! Со своей Матильдой!
— Если не хочешь танцевать и раздеваться там, то будешь танцевать и раздеваться на моих коленях, — доносится до меня его рычащий голос.
Жутко. Страшно. Не передать. Даже подташнивает от сильного испуга.
Он усаживает меня на свои колени, удерживая мои руки одной своей, невзирая на мое сопротивление.
Изо всех сил пытаюсь выбраться из его объятий. Силен. Бык!
Замечаю, насколько темные у него глаза.
Ощущается в его рывках, что он теряет терпение и начинает гневаться от моей непокорности. Недалеко до бешенства…
— Ну, раздевайся, я сказал! — встряхивает он меня так, что голова начинает болтаться на шее. — Или Матильду позвать?
Только не ее!
У меня дар речи пропадает от ужаса. Я ее по-моему уже больше боюсь, чем Сегмузова.
И Ян видит мою реакцию, которую невозможно скрыть и ехидно улыбается:
— Матииильдааа, — зовет он ее негромко, явно играя на моих нервах.
Нет, только не Матильда. Я усвоила все ее уроки. Я перестаю вырываться и затихаю.
— Не надо Матильду, — шепчу я.
Сломлена. Покорена. Как легко оказалось меня продавить… Аж противно от самой себя.
Как вспомню тот ужас и холод. Это же медленная смерть. Нет. Только не назад в каморку.
Я где-то читала, что если долго не пить, то почкам придет хана. И эта смерть меня пугает больше, чем смерть от голода или жажды.
— Я разденусь, — выдыхаю смиренно.
И он меня даже отпускает, давая полную свободу.
Тянусь руками за застежкой лифчика спереди.
Эта Матильда все продумала, даже белье подогнала, чтоб легко расстегивалось.
Бардовый бюстгальтер опадает к его ногам, а к моей груди сразу же прикасаются его губы.
Я даже не успеваю выдохнуть, а он слюнявит мое тело, издавая чавкающие звуки.
— Какая грудка…. Ммммм.
Чуть не вскрикиваю, когда он меня кусает, впиваясь в мое тело своими зубами.
Силюсь держаться, сцепив зубы. Но он доводит меня до стона. Еще и еще раз. Чем сильнее укус, тем громче я вскрикиваю.
 
Ему нравится. Вижу, как улыбается довольно.
Чертов садист!
— Ты теперь поняла, что принадлежишь только мне? — рокочет властно, привлекая меня к себе.
Его мясистые пальцы массируют мне грудь, а я лишь стараюсь не закричать от накатившей беспомощности.
— Ну? — он приподнимает голову с недовольным лицом и я быстро киваю.
— Дда…
Меня никто не услышит. А если услышит, то не спасет. Я не могу закричать. Я вынуждена подчиняться.
За что? Почему у меня такая злая судьба?
Ян меня разворачивает к себе спиной и мне на глаза попадается столик с его стаканом.
Водка. Мне поможет водка.
Хватаю его стакан с алкоголем и выпиваю одним залпом. Плевать, что там налито. Алкоголь. Любой!
Приятный жар проносится по горлу. Виски. Подойдет.
— Попкой двигай. Танцуй на коленях. Ну же.
Слышу по голосу, что возбужден. Он сам начинает двигать бедрами, прижимая меня к себе. Вжимая мои ягодицы в себя так сильно, что я начинаю постанывать от боли.
Отказываюсь верить в происходящее. Меня будто заморозило на месте, я неживая. Наблюдаю за собой со стороны. Вот он меня вынуждает изогнуться и засовывает свои пальцы мне в рот.
— Оближи.
И я не знаю что делать. Растеряна.
— Оближи, сказал.
И я повинуюсь. Сначала достаю языком один из его пальцев, затем другой. Ощущаю солоноватый вкус. Мне противно.
Понимаю, что делаю только хуже, но я так боюсь расправы… Я не готова. Мне нужно немного окрепнуть, изучить помещения, тогда я бы смогла попытаться сбежать.
Есть хочу до одури! К новой голодовке я не готова. Мое тело истощено, я измучена. Удивительно, что я еще не заболела.
— Да, малышка. Так.
Мои трусики срываются с меня одним лишь его движением и улетают в сторону. Я полностью обнажена, сижу на нем, прижимаясь спиной к его груди.
Единственная радость, что он одетый.
Словно мысли мои читает, начинает быстро раздеваться, удерживая меня за талию.
Рубашка улетает в угол и он сразу же переходит к трико, стягивая их с себя.
Плакать и слезно умолять не трогать меня?
Вряд ли это поможет…
— Ян!
Он хватает меня за подбородок, поворачивает и целует в губы. Щетина впивается в мою нежную кожу, как наждачка и царапает мое лицо.
— Будешь непокорной — верну Матильде, — хриплый возбужденный голос.
И его слова словно команда для меня. Молчать. Сидеть. Лежать.
Я имею право только смотреть перед собой вперед и моргать.
Горло перехватывает спазмом. Разрыдаюсь. Ей-богу.
А потом музыка заканчивается и мягкий, женский, бархатный голос сообщает, что танец окончен.
— Танец окончен! — ору я ему в лицо, изогнувшись, словно змея, что он от неожиданности на мгновение выпускает меня.
Мне достаточно!
Быстро отпрыгиваю к платью, вцепляюсь в него и бегу на выход, прикрываясь одеждой. Нет времени надевать. Быстрее бежать!
Он не преследует меня. Оглядываюсь назад и замечаю, что мужчина остался сидеть на диване. Его тело уже расслабленно, он подтягивает штаны к талии закидывает руки за голову.
На его лице расплывается довольная улыбка.
Отлично. На меня снисходит облегчение.
На меня косятся мужчины, пожирая голодными взглядами, но я не замечаю их. Даже платье не спешу надевать. Сегмузов меня им не отдаст. Он решил сделать меня своей игрушкой. Я в этом уверена.
Сейчас я одержала победу.
Но не смогу же я вечно от него убегать. Это его бордель. Он в любую минуту сможет меня поймать.
Вспоминаю о Бэйсе. Бэйс. Ну где же ты. Я готова простить тебя за промедление, только пожалуйста, появись! Дай о себе знать. Мне обязательно нужна надежда. Прошу тебя, Бэйс!
  
Глава 34
 
— Ян сказал, что ты танцевала ему, — подходит ко мне Матильда, пока я скрючившись на койке, ем большой бутерброд в качестве обеда.