Ночи Зла

Вновь посмотрела на женщину и, дождавшись тишины, громко прокричала:
– Будьте осторожны! Или… с вами случится беда!
– Ах ты ж… ведьма! – женщина яростно зашипела и громко рявкнула в рацию: – Почему человек на промзоне? Вы там совсем обнаглели?! Отвечать кто за девку будет?! Я? Выведите!
«И почему всегда так? – подумала девушка и поспешила к воротам. Только когда подходила, увидела охранника. Ожидал ее. – Ничего не меняется…»
Настроилась на объяснения, как вдруг появился следователь Мейт. Он пожал руку высокому охраннику и кивнул в сторону Девер, усиленно жестикулируя руками, громко объясняя.
Приблизившись, Тина виновато проговорила:
– Простите, показалось, что женщине плохо. Хотела помочь.
– Так это Будалина, не женщина, а машина, – махнув рукой, поведал мужчина. – Работает одна за троих уже четвертую неделю. И еще столько же проработает. Даже не сомневаюсь. Она за лишнюю копейку удавится. Все под себя гребет. Так что не переживайте.
Тина кивнула и быстро направилась к машине. Не хотела она больше ничего знать. Лучше не знать… и больше не заезжать сюда.
В салоне было тепло, но девушку морозило.
Тени…
Воспоминания волной вспыхивали в памяти, заставляя тело сжиматься от страха. Тина гнала их прочь.
Только не сейчас.
А лучше никогда…
 
Глава 8
 
14 лет назад
Ледяной ветер с силой бил в доски, просачиваясь внутрь небольшой постройки, накрывая холодным потоком. Девочка не могла согреться. Она смотрела с надеждой на дверь и ждала. Дождь лил как из ведра. Оставалось лишь с грустью наблюдать за каплями, протекающими через крышу и скапливающимися в лужи в квадратной сарайке, где она сидела в соломе, пряча руки под кофту.
Послышались шаги. Девочка скривилась, отворачиваясь в сторону. Лучше бы дальше сидела одна.
– Давай быстрее!
– Тут лужа! Я намочу ноги! – послышался тонкий капризный голосок девочки.
– Пошли быстрее, пока мамка спит.
Свет от фонаря ударил в лицо. Тина не реагировала, не поднимала голову. Не хотела, чтобы заявившиеся гости радовались. Лишь это придавало сил.
– Эй, проклятая, еще сидишь? Замерзла?
– А что ей еще делать? – захихикала девочка с длинными косичками, безобразным темно-бордовым пятном на лице. О нем она вспоминала лишь когда видела светлое личико своей двоюродной сестры. Обида обволакивала маленькое черное сердце, девочка отыгрывалась на сиротке.
– Мы с гостинцем пришли. Мать пирог приготовила, – похвастался мальчик и достал кусок из кармана. Повел им в разные стороны и усмехнулся.
Маленькая девочка вытерла грязной рукой нос и шмыгнула. Вторые сутки она здесь под замком. Уж очень хотелось кушать. Но даже этот черствый кусок ей нужно заслужить. Запах плесени заполнял ноздри.
– Ты попрыгай и полай! Десять раз! – предложил мальчик.
– Нет, мало! Она ведьма!
– Пусть пятнадцать, и тогда заслужит свой кусок, – согласился брат девочки.
– Ой, а я тоже проголодалась… – заявила сестра, доставая из кармана что-то аппетитное на вид и запах, вталкивая в свой рот. Долго жевала, закрывая глаза от восторга.
Тина до крови прокусила потрескавшиеся губы и посмотрела на свои руки. Грязные и в волдырях. Позавчера рвала крапиву в поле и случайно в пучок ухватила ядовитый цветок. Тетя Мира заметила и наказала ее, решив, что девочка удумала всех отравить.
Неизвестно, сколько дней она еще здесь проведет. В такие моменты тетя всегда громко кричала, проклиная племянницу. Тина привыкла и не реагировала. Она знала причину этой ненависти. Ее жизнь всегда была напоминанием о том, что своим появлением на свет она убила свою мать. Тетя Мира не могла простить потерю по сей день.
– Ну что, хочешь есть или нет?
Хотела. Очень сильно. Так сильно, что желудок скрутило.
– Уходите, – буркнула она и отвернулась. Сейчас бы она не отказалась от заплесневелого куска. Но его все равно не отдадут, неважно сколько бы раз она прыгнула или гавкнула. Больше Тина не верила словам. Лишь глазам, в которых плескались ненависть и презрение.
 
– Ты посмотри какая! Ведьма! Нищенка! Как смеет с нами так разговаривать? – не унималась несносная дочка тети Миры.
– Да ладно, Тина сейчас хорошо подумает и все сделает. Ну а мы поможем… – произнес мальчик и подошел ближе к девочке. На расстоянии вытянутой руки он остановился и ехидно поинтересовался: – Ну что, ты подумала?
– Уходите… – Тина обняла себя за плечи и закрыла глаза. Не хотела видеть. Никого. И почему вечно к ней пристают? Чем так не угодила?
– Правильно мать говорит, ты не должна была родиться! Дите зверя!
Тина сглотнула. Она знала, что Виктор специально провоцирует ее, а потом побежит жаловаться матери. Не хотелось убирать в свинарнике. Там стоял такой мерзкий запах, девочку рвало, как только в него заходила.
Послышались торопливые шаги. Тина моментально среагировала на взмах руки и перехватила в полете, поворачиваясь лицом к вредной завистливой девчонке.
Их глаза встретились. Хоть родная дочь тети боялась сиротку, но она всегда совершала необдуманные поступки, на которые невозможно было не реагировать. У Тины не получалось во всяком случае. Все в ее груди полыхало огнем, стоило Линде приблизиться.
– Твоя мать не хотела тебя, вот и умерла! Ты несмываемый позор! Грязное животное! Мама именно так сказала! – с удовольствием кричала Линда.
Раздался рык, а в следующую секунду девочка заплакала, ощущая боль в руке. Тина с яростью сдавливала, не в силах контролировать силу.
– Отпусти ее! Ты что делаешь?! Ей больно! – Виктор попытался оттолкнуть Тину, но ее невозможно было сдвинуть с места, как и оторвать от сестры. Он не знал, что делать. Глаза мальчика остановились на кладке кирпичей.
– Я… – Тина в ужасе наблюдала за тем, как выворачивала руку сестре, но не могла остановиться, пусть желала этого всем сердцем. Что-то внутри ее блокировало тело, не позволяя сдвинуться, лишь сильнее сжимать руку. – Я не могу!
Внезапно Тина закричала и словно пушинку оттолкнула обидчицу в сторону. Линда ударилась о стену, скатывая вниз.
В следующую секунду раздался рев.
Дикий, возмущенный.
Тина сделала шаг к ней, желая помочь, когда почувствовала нестерпимую боль. Она шла от головы, распространяясь, парализуя хрупкое тело. Ноги подкосились, и девочка рухнула на деревянный пол.
Сознание медленно уходило, но перед тем как темнота охватила разум, она услышала:
– Ты что наделал? – услышала крик уже успокоившейся девочки.
– Убил ведьму…
* * *
Наше время
Воспоминание заставило вздрогнуть. Тина нахмурилась. Впервые она видела такой сон. Точнее, воспоминание.
Получается, у нее есть родственники? Ведь та девочка… это она. Сомнений у девушки не было. Тем более мальчик назвал ее Тиной.
О родственниках Тина не знала…
Ее нашли на берегу реки. В луже собственной крови в бессознательном состоянии. Думали, умерла, тело совсем окоченело, но, оказалось, что жива. Как она там оказалась, никто не знал. До ближайшей деревни было далеко, да и ребенка никто не искал.
Когда девочка очнулась, оказалось, она ничего не помнит. Полная потеря памяти. До этого мгновения.
Но что повлияло на то, что детское воспоминание ворвалось в ее сознание?
Женщина?
Нет, тени…
Водительская дверь открылась. Тина обернулась, встречаясь с недовольным взглядом следователя Стивена.
– Ты зачем пошла на закрытую территорию? Неприятностей не хватает? – мужчина сдерживал себя от гневных слов, что четко видела Тина и была благодарна.
– Мне показалось… что ей плохо, – повторила Тина и отвернулась. Обманывать она не любила, поэтому говорила лишь часть правды.
– Ты же слышала, с ней ничего не случится. Не баба, а локомотив. Такие живучие, любого переживут.
– Всегда есть черта, за которую нельзя переходить. Абсолютно во всем. Особенно издевательство над собой, – заметила Девер, натягивая ремень безопасности.