Микрофон на цепи (СИ)

— Ну что опять? — недовольно забухтел парень. Но мой уверенно-спокойный тон сделал свое дело: нехотя, пусть и продолжая бурчать, но он встал между кроватями так, как я просила.
— Левое плечо выше правого, — вздохнула я. — Попробуй вот что. Втяни голову, напряги все мышцы шеи и плеч так сильно, как сможешь. Прямо до боли.
Лео снова поморщился, но послушался. Ойкнул, зажмурился…
— Молодец. А теперь медленно, плавно, сверху вниз расслабляйся. Прямо в кисель. Словно мышцы стали жидкие и стекают по тебе на пол.
— М-м-м…
— Во-о-от так. — Я очень осторожно взяла поникшую голову своего подопечного и покачала — вперед, назад, в стороны, окончательно высвобождая и мышцы, и нервы. — Теперь ложись. Чуть-чуть осталось, потом ровно полчаса на сон, и я тебя разбужу на тренировку. Да, вот так. Легче?
— М-м-мугум…
И в тот момент, когда я уже почти отпустила его голову, дверь в комнату распахнулась.
— Ой… — сказал незнакомый мальчишка и сделал пухлый ротик буквой «о». На его смазливой физиономии большими буквами нарисовался острый интерес и готовность бежать распространять сплетню быстрее ветра.
— Иди своей дорогой, путник. Не видишь, я ему шею ломаю. И тебе голову оторву, если проболтаешься. — Дверь моментально захлопнулась. — То есть вправляю. Оговорилась…
Лео вздохнул и обреченно выматерился в подушку.
  
Глава 8
 
— Время. — Я снова зашла в комнату, легонько тронула Лео за ногу и придержала за плечо, чтобы резко не садился. — Стоп. Нельзя так подскакивать, если хочешь хорошо себя чувствовать. У тебя есть еще пять минут. Закрой глаза, сосчитай звездочки, как я показала.
Это очень простое упражнение, если делать его перед тем, как уснуть, и сразу, как проснуться, с усталостью гораздо легче бороться.
Лео отчетливо скрипнул зубами, но покорно принялся двигать глазами, опустив веки. «Считать звезду» — это мысленно вычерчивать взглядом в темноте пятилучевую и старательно напрягать мышцы глаз, пытаясь ее «нарисовать».
Самое смешное, что на соседней койке проснулся еще один страдалец из трейни, тот самый малыш, который уже успел рассказать остальным, как я оторвала голову своему боссу. Так вот, он лежал в той же позе, что и Лео, — на спине, полностью расслабленный. И тоже «рисовал звезду», маленькая обезьянка.
— Все, время вышло. Мистер Фей велел передать: тренировка в четвертом зале. Я поехала, буду утром. Пожалуйста, на обед не ешь ничего без меня, я все привезу или принесу.
Мелкий мартыш на соседней койке навострил уши.
— Но если совсем будет невмоготу, в холодильнике есть парочка йогуртов. Тех самых, с нулевым процентом жирности. Я подписала, что они для тебя.
— Угу. — Лео был угрюм и неласков. Пусть и чувствовалось, что удивлен. Хотя бы тем, что ему хватило времени действительно поспать. А ведь на все про все ребятам выделили всего час. Это учитывая душ, туалет, переодевание и прочие дела.
Но тут у меня опыт большой. Главное — помочь боссу правильно уснуть, тогда и тридцать минут могут дать такой заряд бодрости, какого за иную ночь не накопить. А если босс еще совсем молод, здоров и резервы организма толком не покоцаны — вообще одно удовольствие отстраивать его режим.
— Кстати, ты на выходной никуда не собирался? — У трейни, в отличие от обычных офисных работников, выходной в неделю значился только один. И тот — понедельник.
— Вроде нет. А что? — подозрительно насупился Лео.
— Да так. — Я решила не общаться по поводу медкомиссии при посторонних мартышках. — Завтра расскажу, если склеится.
— Ты что, надеешься на сви… Ай!
— Глупости не говори. Так… свежая футболка и твои кроссовки вон там, у тебя осталось четыре минуты. Беги, а я домой. Мой рабочий день, слава всем богам, окончен.
— Постой. — Парень вдруг схватил меня за плечо. Хм, а сила в руках у него не маленькая. Видно, что тренирован, несмотря на худобу. С другой стороны, это очевидно. Так скакать по сцене не каждый сможет. — С чего ты… эм… ладно, неважно. Шуруй. До завтра.
— Мне обещали процент с твоего контракта, если ты выйдешь в финал. — Я бы подмигнула, если бы не темные очки. — Так что в моих интересах сделать тебя звездой.
 
И, довольная открытыми ртами слушателей, смылась от греха подальше.
— Целый процент? — ужаснулся где-то за моей спиной мартыш. — А нам всего половину процента обещают, если дебютируем.
— Да врет она, — угрюмо буркнул Лео.
Но дальше я уже не слушала. Убежала искать подъехавшее такси, которое вызвала через приложение еще пять минут назад. Оно как раз должно было подъехать.
Кстати, на такси здесь цены грабительские. Лучше на метро добираться. Тем более там точно без пробок обойдется. Только вот моя предшественница, оказывается, никогда на метро не ездила! Мало того, она не знала, как от дома до этого самого метро добираться. А потому и мне дорога была неизвестна.
То, что девочка далеко не бедная, оказалось не единственной причиной использования такого вида транспорта. До дома Рита добиралась не на одном такси, а на двух. Я не стала ломать отработанные рефлексы: один вызов, торговый центр, переодевание в туалете, другой выход, другое такси.
И уже после — шикарный район дорогих небоскребов, в котором мне принадлежит не самая маленькая квартирка.
Точнее, не мне, а шикарной манерной блондинке в дорогих шмотках. И не менее дорогих фирменных темных очках на пол-лица.
— Добрый вечер, мисс Янг, — поклонился консьерж, вызывая мне лифт. — Сегодня писем не было.
— Спасибо, Цю, — машинально кивнула я, отметив про себя, что с фантазией у Риты было так себе. Ян и Янг — не сильно отличающиеся фамилии. С другой стороны, не зря говорят: легче всего спрятаться на самом видном месте.
А потом лифт унес меня на тридцатый этаж, в квартиру за охренеллиард денег, к огромному, от пола до потолка, панорамному окну, в котором из-за темноты снаружи и включенной лампы внутри отражалась неброская роскошь настоящего богатства и моя потерянная фигурка в парике.
Наверное, я должна чувствовать себя тем самым «генеральным директором в вакууме» из корейских дорам, которые я полюбила смотреть вместе с Наташей, женой Ленечки. Осталось только налить себе какой-нибудь шардоне бог знает какого года и, закурив сигару от горящей стодолларовой купюры, упасть в кресло из крокодильей кожи и костей мамонта.
Вместо этого я села на пол и завыла без слез. Весь ужас и вся непонятность случившегося навалились на меня разом. Моя налаженная, устроенная, комфортная жизнь… мои друзья… моя работа… дом… котики… босс… Верните! Все! Обратно!!!
Понадобился целый час, чтобы я повыла (эхо в квартире просто умопомрачительное), постучала кулаками по мраморному полу (рукам больно), попинала кожаные диваны (пальцы отбила) и даже плюнула в идеально чистое панорамное стекло с видом на ночной город. Долго искала тряпку, чтобы вытереть без разводов. Нашла. Оттерла. Снова плюнула и снова навела чистоту.
А то такой вид портится… Да и вообще, что я, свинья, что ли? Приятнее же, когда чистенько.
В общем, жалела себя, жалела. Натирала до блеска окно и жалела. Проревелась наконец нормальными слезами. А через час пошла умылась, сделала себе маску с какими-то эксклюзивными водорослями, которые разом сняли красноту и припухлость, накрасилась поярче самой водостойкой косметикой, поправила и заново расчесала «золотистый блонд» на голове, отыскала в гардеробе радикально обтягивающее черное платье и решительно отправилась на поиски первого попавшегося бара. Потому что насухую я отказываюсь осознавать случившееся!
И снова такси.
— В аптеку, — это я вспомнила, что мне завтра на работу, а никаких алказельцеров в квартире не замечено. — Потом в ближайшее приличное заведение, где можно напиться вусмерть и при этом тебя не разберут на органы.
— Понял, мисс. — Оценивающий взгляд в зеркало заднего вида. Еще один взгляд — на здание, из которого он меня забрал. И машина бизнес-класса плавно двинулась с места, закручивая карусель ночных огней за тонированными стеклами.