Микрофон на цепи (СИ)
Собственно, расфасовка вот сейчас и шла, когда я свалила вслед за молчуном из нашего агентства. Не тут ли собака порылась? Его никто не захотел? Странно, мне казалось, там были варианты и похуже. Как на лицо, так и на характер.
Еще пара шагов — и едва приоткрытая дверь в самый последний, угловой танцзал притянула меня, словно магнитом. Ну-ка, что там?
Ох ты ж ётить… мать моя женщина!
Я тут уже насмотрелась на то, как танцуют обученные трейни. И своими глазами, и особенно Ритиными. Как ребята двигаются, как каждый старается обыграть свою изюминку. Это зрелище перестало быть привлекательным, оно перешло из наслаждения в разряд рабочих моментов, где опытный глаз выхватывает технику, общий рисунок, который моментально пытается приспособить в будущую бизнес-модель. Сам танец как произведение искусства отошел на второй план.
До этой минуты.
Это было ошеломительно. Куда исчезла молчаливая невзрачная тень в маске? Кто этот потрясающий парень, от которого буквально током бьет, аж все волосы дыбом! Так он двигается… каждое движение отточенное, стремительное и плавно-текучее одновременно. Он не танцует, он… горит. Как пламя в открытом очаге, так же естественно и жарко.
Я медленно отступила от приоткрытой двери, чтобы отдышаться. Иначе залипла бы надолго. А мне нельзя. У меня…
— Хм? За кем ты так самозабвенно подглядываешь?
Глава 38
Я от неожиданности аж подпрыгнула, и только Ритина выучка не дала мне позорно вскрикнуть. Голос раздался практически у самого уха. Это был не Рю. И не Лео. Даже не Джинджер!
Это было что-то между наивным вопросом ребенка и издевательством матерого маньяка. Как оно могло сочетаться вместе — не знаю. Но другого описания у меня в мозгу не нашлось. А еще я почувствовала запах духов. Тяжелых, душноватых, но не сладких. Что-то, скорее, с деревом и табаком… может, специи… этакий вроде бы восточный аромат, да не совсем.
— Тьфу на тебя! Чего пугаешь?
Мой сердитый шепот отразился на белом, словно у привидения, лице полузнакомого парня легким поднятием бровей. Это же «вампирчик»! Точно, его кроваво-красную помаду я не перепутаю.
— На меня тьфу? — Парень склонил голову к плечу, как пытливый щенок. — Некультурно. Подвинься, мне тоже любопытно.
— Любопытный нашелся, — проворчала я, чтобы хоть что-то сказать. А в следующий момент меня нагнала интересная мысль. И я, недолго думая, дернула «вампира» за рукав к двери. За которой продолжал танцевать наш невидимка из агентства. Так продолжал, что было ясно: скоро не остановится. — Посторожи! Чтобы никто не помешал.
И, не оглядываясь, припустила по коридору в сторону гримерок и общих залов. Мне нужен был мой лев! Где он там? Раз вампир бегает по студии, значит, уже перерыв и мое кошачье величество слоняется голодное, неумытое и непереодетое. А еще неинформированное о всяком важном!
Потусторонний парень недоуменно посмотрел мне вслед своими необычными глазами цвета луны и… кивнул. Так, будто прочитал мои мысли и всё-всё понял. Я это уже на бегу заметила.
— Ты где была⁈
— Ты где бегаешь⁈
Два вопроса столкнулись в воздухе, когда мы с Лео буквально наскочили друг на друга возле гримерки.
— Ты обедал? — Я нырнула в гримерку, где, конечно же, обнаружила свой нераспакованный багаж. В смысле — закрытый на все молнии рюкзак, который я сунула Лео в руки совсем недавно.
— Нет, столовую, оказывается, только завтра откроют, когда начнут полноценную съемку по всем помещениям студии.
— Так, сейчас… На вот. Говорила же, что все подписано, мог бы и сам залезть в рюкзак и все взять… И это, вот… ага. Да держи, уронишь же! Руки мыл?
— Ты фделала сапрос на меню⁈ — не ответив мне, поинтересовался жующий львенок. Он так и остался стоять в коридоре, потому что я так бурно шебуршала в микрогримерке, что парень не рискнул туда влезать. — А то потом запретят приносить свою еду, надо будет только на камеру питаться.
— Да, конечно. И на меню, и на прочее. И только попробуй не пить свои витамины или не разводить аодзиру!
— Фу! Гадость…
— Я тебе дам «гадость»! Отличный витаминный коктейль из пророщенных ростков полезной зелени. Не будешь пить — облысеешь к двадцати пяти или покроешься морщинами еще раньше. Скоро придут капсулы с сушеными водорослями. Их тоже по три раза в день, запомнил?
— Ты говорила, что эта зеленая бурда для желудка! Ну ладно, ладно… даже если забуду, ты все равно напомнишь. Сто раз!
— Лео, у тебя что, стаффом твоя мать работает⁈ — заржали какие-то парни. Целая компания конкурсантов стояла неподалеку и нагло подслушивала наш разговор.
— Да не, какая мать, так обычно только бабушки с внуками возятся! — Какой-то незнакомый дылда с очень красивыми лисьими глазами решил поупражняться в остроумии.
— Это ж во сколько она его родила, раз выглядит так молодо? — подхватил очень коротко стриженный парень среднего роста.
— О, наивная деревня. Ты как будто о пластике лица не слышал. Небось эта, — дылда выделил голосом последнее слово и подмигнул, — и маску носит, чтобы скрыть очередные типичные синяки от «инъекций молодости».
— Завидуйте молча, — неожиданно добродушно буркнул лев, даже не оглянувшись на балагуров. Чего это он? А-а-а… тофу с куринокопченой стружкой уже заточил, теперь жует сушеный стебель какой-то водоросли с креветочным запахом и по этому поводу слегка сыт. А потому благодушен.
— Доедай быстрее, нам надо бежать.
— Куда⁈
— Тут недалеко. Хочу тебе кое-что показать.
— Да ну не тащи ты меня так! Чувствую себя собакой на поводке! Сам пойду… вечно тебе неймется… что ты там еще придумала? Мне снова придется краснеть и бледнеть?
Я уже привычно не обратила внимания на его бухтеж, просто за руку потянула в нужный коридор, подальше от зрителей и прочих любопытных. Надеюсь, вампир не спугнул танцора!
Не спугнул. Все так же торчит у нужной двери и подглядывает в щелочку. А оттуда музыка… теперь незнакомая.
— Теперь будем подглядывать втроем? Ор-р-ригина-а-ально, — распевным шепотом выдал любитель алой помады и ярких духов, оглянувшись на нас. — Присоединяйтесь, любезный.
— Да что тут такое? — Лео тоже стало наконец любопытно. Тем более что свою водоросль он доел, вытер пальцы бумажной салфеткой, вручил ее мне и заглянул в дверную щель. — Ого… ого… ОГО!
— На что вы смотрите?
Ну ётить… только их тут не хватало! Оказывается, вслед за нами увязался Джинджер. А вслед за ним — тот смешной блондин Энрике. Сюда теперь что, вся студия сбежится? У-у-у, не хотелось бы.
— Какой эксклюзивный за вами хвост… — все так же слегка отстраненно прокомментировал вампирчик. — Кажется, будет весело, да.
— Тихо вы! Хотите посмотреть — стойте молча! — вполголоса рыкнула я, присаживаясь на корточки. Потому как свободное место у приоткрытой двери кончилось, парни все заняли.
— Хм, неплохо танцует, — первым слово взял Джинджер как самая наглая рыжая морда. — Странно, почему я не помню его в списках первой тридцатки.
— Потому что его там нет. Это Бо, наш трейни. Его для ровного счета притулили, потому как никого больше не было. Не знал, что он умеет так танцевать, — неожиданно мирно ответил ему Лео.
— Ну, лицо у него, конечно, так себе. — Этот разговор мог показаться странным среди парней в любой другой компании. Но только не здесь, среди трейни, для которых внешность — профессиональный скилл. — Угловатое. И выглядит он как-то… м-м-м… Как неудачник? Задрот?
— Стрижка неудачная, руки бы оторвать той зомби-обезьяне, что так его обкорнала, — как ни в чем не бывало вписался в разговор вампирчик. — А эти брови? Ему совершенно не идет форма.
— «Син-Син» не имеет в штате своей зомби-обезьяны, — пожал плечами Лео и непроизвольно потрогал собственную бровь. — Нам выдают требования к внешности и пинок в дешевый салон, который догадался первым занести подарок в отдел связей с общественностью.
— А почему ты просто не перейдешь в другое агентство? — недоуменно поинтересовался рыжий.