Новичок (СИ)

Шумно выдохнув, я плюхнулся задницей на диван рядом с Кано, который, как оказалось, снова очухался и молча сидел, во все глаза пялясь на нас.
— Это что получается, миры так и создаются? Придумываешь, пишешь, и всё? Стоит написать какую-нибудь книжонку, и ХОП, ты великий демиург?
Она протестующе замотала головой, присаживаясь на край стола.
— Нет, ты заходишь совсем с другой стороны, толком ни в чём не разобравшись. Книги — это книги. А миры — это миры. Написав что-то, ты не создашь ничего, кроме пропуска в своё воображение. Это будет самый обычный текст, не более. А вот способность создавать миры, она первична. Только она важна в этом деле. А уж как именно ты их создаёшь, это уже твоё личное дело. Я вот их пишу, например. Твой родной мир, если память мне не изменяет, создавался весьма причудливым образом — поэтапно создатель добавлял новые и новые детали, наблюдая за изменениями на каждом шагу, пока не получилось то, что получилось. Кто-то вообще во снах эти миры создаёт, кто-то в наркотическом бреду… Но во всём этом общее одно — в итоге эти миры становятся реальными. Живыми. И только благодаря силе своего создателя.
— То есть существуют всего несколько таких вот создателей, которые могут из ничего сделать целый мир?
— Ну несколько или много, мне неизвестно, вселенная то бесконечна, всякое может быть. С парой-тройкой я знакома лично, о ком-то ещё слышала от третьих лиц. А вот тот, кто пытается прибрать к рукам конкретно вот этот мир, откуда вы сюда ввалились, мне неизвестен. И всеми силами пытается таковым и остаться. Но ничего, вместе с тобой мы разгадаем эту загадку. Сомневаюсь, что после захвата моего мира, этот неизвестный устроит всему населению хорошую жизнь…
— Судя по его методам, ты очень даже права, — я почесал в затылке и покосился на Кано, который так и продолжал таращиться на нас обоих, храня полное молчание. — Слушай, а эта способность создавать миры, она врождённая или как?
— У меня врождённая, — кивнула Яна. — Видел бы ты мой первый мир! Я ребёнком ещё была, такого насоздавала, еле исправила потом в сознательном возрасте. Но, я не исключаю, что кто-то и научился такому со временем. Вселенная, как я уже говорила, большая штука. Почти бесконечная.
Она подняла глаза к окну и сдвинула брови.
— Так, кажется вам уже пора выметаться из моего мира. Я чувствую, как он волнуется от таких непрошенных гостей. Встали оба и отвернулись к стенке!
Мы послушно встали и сделали оборот на сто восемьдесят градусов. Лёгкие шаги приблизились к нам, и мы синхронно получили по подзатыльнику, после чего свет в моих глазах погас.
Очнулся я от того, что опора, на которой я висел, словно коала, начала неистово шататься из стороны в сторону.
Открыв глаза, я обнаружил, что до сих пор крепко обнимаю Кано, только вот он уже успел встать на ноги и всеми силами пытался отцепить от себя мою тяжёлую тушку. Когда я наконец слез, моё место тут же заняла заплаканная Митра, обхватив полуэльфа всеми конечностями.
— Живой! — она обнимала его, целовала его щёки, но Кано пристально смотрел в мои глаза.
— Артём… — его глаз слегка дёрнулся, выдавая рвущиеся наружу чувства. — Я правильно понял, что сейчас с нами произошло?
— Ну, это зависит от того, что именно ты понял, друг мой. — У меня оставалось не так много сил, и я сел на ближайший труп кого-то из полицейских.
— Мы что действительно сейчас были у самой Безымянной?
— А, ну да, это ты понял правильно. — Я даже слегка рассмеялся.
Митра от удивления раскрыла рот, переводя взгляд то на меня, то на него.
— И ты действительно её Воин, пришедший в наш мир, чтобы спасти его от тёмного бога?
— Ты вот сейчас прям столько пафоса наговорил, что аж не по себе стало от моей важности, — я снова встал, отряхивая от пыли свою задницу. — Но типа того, ага. Ты, кстати, тоже теперь ей нехило так отмечен. Прям записала тебя в мироустройство, не кот чихнул.
Пока Кано переваривал услышанное и пережитое, к нам подошла Эрая, а чуть вдалеке я заметил Эйхо, что-то изучающего возле выкорчеванного с корнями дерева.
 
— Как бы то ни было, наш отряд уцелел и вполне ещё может навалять звездюлей тем тварям. — Я повращал корпусом, разминаясь и проверяя все ли кости у меня на своих местах. Всё-таки до крепости гномьего скелета мне далеко. Гномьего… — Эй, а где Минин?!
Все начали озираться, в поисках забытого товарища.
— Клянусь, если этот ебучий гном помер, я его оживлять не стану! А просто засушу и поставлю в туалете как статую.
— И на кой хер я тебе в туалете сдался?! — голос был приглушённым, и исходил от дерева, которое так пристально рассматривал Эйхо. — А ну подошли все разом и вытащили меня из-под этой коряги! Кажись, обосрался я даже немного от такой тяжести.
Когда дерево было поднято, а наш низкорослый товарищ снова обрёл свободу перемещения, Кано с Митрой выстроили нас всех в ряд и подлатали на скорую руку полученные повреждения. Надо признать, у дренейки магия восстановления выходила вполне сносной. По крайней мере, боль у меня под лопаткой утихла.
Кано встряхнул руками, обводя отряд твёрдым взглядом.
— Пятёрка магов Арктоса, враг вторгся в наш город, и разносит его на куски. Наша прямая обязанность устранить угрозу и спасти жителей. Принять боевое построение. Направляемся к центральной площади.
Да, всё логично. Судя по шуму вдалеке, именно туда и ринулись, сея ужас и разрушение, эти твари.
В первый раз мы начали операцию в составе пяти членов. Гном шёл впереди всех, следом чуть поодаль мы с Эраей, а замыкали строй Кано с Митрой. Эйхо же растворился в дыму пожаров, сказав на прощание, что будет прикрывать нас со стороны.
Отдаляясь от того, что когда-то было нашим домом, наш отряд пересёк улицу и быстрым шагом двинулся к центру, обходя обломки строений, остовы машин и лежащих на земле убитых граждан.
Это была настоящая бойня. Не встретив никакого сопротивления, твари резвились по полной. Люди были разорваны на части, кто-то надет на фонарь, как на кол, кто-то растоптан.
Проходя мимо полу обвалившегося сарая, я невольно повернулся на детский плачь. Он был негромким, но в нём было море боли и ужаса.
Мерзкая сила внутри меня зашевелилась, заурчала, подставляя голодную пасть под эти потоки отчаяния. Невероятным усилием воли я смог заглушить это чувство. Захлопнуть ненасытное до чужих страданий жерло.
Но, переведя взгляд на Эраю, сердце моё тревожно ударилось о рёбра. Вампирша еле заметно улыбалась и жмурила глаза, повернув своё бледное личико в сторону сарая.
— Эрая… — осторожно позвал я её, когда наш отряд остановился.
Она вздрогнула, словно очнувшись. Её брови испуганно взметнулись вверх, а рот чуть приоткрылся.
— Что это? Что это со мной сейчас было?
Она положила ладонь себе на грудь и слегка надавила. Да, именно то место, где я ощущаю шевеление тёмной силы в своём теле — чуть пониже шеи, в самой глубине груди. Не может быть. Но как?
Внезапная догадка заставила меня ударить себя ладонью по лбу с такой силой, что в голове раздался звон.
— Моя кровь! Вот же дурак… Ты же выпила моей крови!
Кано подошёл и внимательно осмотрел Эраю с ног до головы.
— Хм, на первый взгляд, никаких явных изменений не видно. Сравнить, конечно, мне не с чем, организм Артёма хоть и похож на местные виды, но всё же разительно отличается.
— Постарайся пока подавлять в себе это, а потом разберёмся, — я немного нервно взял её за плечи и поцеловал в лоб. — Может вообще пройдёт со временем.
Времени, к слову, было катастрофически мало, но мы не смогли пройти мимо, и повернули на звуки детского плача.
Заглянув в пролом в стене злосчастного сарая, я потерял дар речи, а Минин матюгнулся так, что описать это не представляется возможным.
В самом углу, опустив голову, полусидела-полулежала девочка лет шести. Её ножки выше коленок заканчивались рваными красными лохмотьями. Они были неумело перевязаны каким-то тряпьём, которое уже блестело от сочащейся крови. По обе стороны девочку обнимали родители. Точнее то, что от них осталось — верхние половины тел мужчины и женщины лежали головами на плечах маленькой девочки.