Его нельзя любить. Сводные (СИ)

  
Мария Высоцкая
 
Его нельзя любить. Сводные
   
Глава 1
 
Ян
— Ты куда свалил? — перекрикиваю музыку и смех пьяной девицы, которую я прихватил с собой из дома Королева.
Минут десять назад понял, что Азарин разосрался со своей малявкой и кинул меня в кругу своих тухлых друзей. Эти ребята понятия не имеют, что такое настоящее веселье.
— Отвали, Гирш.
— Э! — ржу, отталкивая руку девчонки, которая тянется к моему лицу. — Ртом лучше поработай, — расстегиваю ширинку и давлю ладонью ей на затылок.
Выжимаю газ на полную. Я не ошибся, рот у нее работает гораздо активнее мозга.
— Развлечься хочешь, эмоциональный труп? Идея одна есть, — возвращаюсь к Тимохе.
— Какая?
— Как в старые добрые, Азарин. Тебе надо остыть, а папочка знает, как выпустить пар.
Азарин медлит. Тупит он сегодня не по-детски. Его Ариша, передергивает от одного только имени, кому угодно череп вскроет своими вечными нотациями.
— Я на Воробьевых, — сдается мой унылый друг.
— Полчаса, и я там.
Отключаюсь. Лечу в левой полосе, иногда цепляя колесами встречку.
Притормаживаю на перекрестке, в аккурат на красный.
Пальцы сжимают руль. Откидываю башку на подголовник, прикрывая глаза.
Кончаю своей новой знакомой в рот, намеренно удерживая ее пустую голову, чтобы не соскочила.
— Глотай давай.
Девочка слушается. Когда выпрямляется, облизывает свои перекачанные пельмени и поправляет волосы.
— На троечку сойдет, — беру телефон, — номер свой диктуй.
Она тараторит, не уточняя деталей. Уверен, что где-то глубоко, там, где еще присутствуют остатки мозга, она уже спланировала нашу свадьбу. Хотя, если она думает о большой и чистой после минета незнакомому чуваку, с наличием серой жидкости в ее маленькой голове я перегнул.
Захожу в приложение банка. Проверяю номер. Привязан. Перекидываю пятерку деревянных и тянусь к ручке пассажирской двери. Открываю.
— Дальше нам не по пути.
— Что? — ее пухлые губы приоткрываются.
Она напоминает мне сома. Медленная, губастая рыба.
— Выметайся, говорю. Давай, шевели ляжками.
Блондинка хлопает ресницами. Думает, что я прикалываюсь, что ли?
— Я долго ждать буду?
Судя по тому, как меняется ее выражение лица, — дошло.
Блонди выскакивает из тачки и от души хлопает дверью. Посылает меня так далеко, вероятно не зная, что я туда уже сходил не один раз за свою жизнь.
Когда машина срывается с места, показывает фак. Пальцы бы ей в задницу засунул, но не сегодня. Спешу.
Газ в пол, и вот минут через пятнадцать я уже на Воробьевых.
Тачку Азарина вижу сразу. Жму на тормоз, резко сбрасывая скорость. Задницу заносит. Я пролетаю в паре сантиметров от Тимохиного «спорта».
Опускаю стекло. В нос сразу бьет запах жженой резины.
— Больной.
— Не ной, принцесса. Я торопился. Короче, схема такая… Ты долго там сидеть будешь? Прыгай, по пути все расскажу.
— На моей поедем.
— Не жалко? — смотрю на Азаринскую тачку. — Думаю, мы ее немного цепанем.
Тим отмахивается и садится за руль.
Вот такого Азарина я люблю. А то с появлением Громовой мой друг стал уж чересчур правильным. Проще говоря, скучным душнилой под стать своей девушке, которая его, между прочим, кинула.
Эта шмакодявка ЕГО кинула, блин, и еще дышит.
— Рассказывай.
Тим тащится как улитка. Стрелка спидометра едва задевает сорок.
— Хочу сделать Ладке подарок ко дню рождения.
— Мачехе?
— Ага. Батя же ей шоу-рум подогнал в своем ТЦ. Но ремонт там тухлый. Предлагаю подправить.
— Каким образом? — в Тимохиных глазах загорается знакомый азарт.
— Твоя малышка, — хлопаю по торпеде ладонью, — еще ни разу не каталась по ночному ТЦ, я уверен…
* * *
— Да нормально. — Рассматриваю медсестру в коротком халате, ей бы еще чулки белые… — Жить буду. Точно перелом? — смотрю на свою руку.
Азарин так резко дал по тормозам, что я чуть через лобовуху не вылетел.
— Снимок будет готов с минуты на минуту, доктор придет, все расскажет.
 
— Отлично, — прижимаюсь затылком к стене, сидя на кушетке. Хоть бы кровать нормальную подогнали, что ли?!
По возне в коридоре понимаю, что батя уже нарисовался. Тимоха от меня через стенку, его отец минут на десять раньше моего подоспел. Стены здесь картонные, я прекрасно слышал, как он там орал.
— Где…
‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Батя открывает дверь. На лице извечный покерфейс. Сама деликатность и вежливость. Его бешенство выдает только пот на лбу и розоватые пятна на лице, которыми он пошел.
Пожимаю плечами, чувствуя резкую боль в левом предплечье. Только бы ушиб, а таскаться со сломанной конечностью вообще нет желания.
— Ты совсем охамел, Янис.
— Случайность.
— Оставьте нас одних, пожалуйста, — просит медсестру, и та сразу сваливает.
— Номерок оставьте, девушка. Эй! — ору ей вслед.
Отец только зло на меня косится.
— Тебе девятнадцать лет, Ян, не пять, не десять, что за детские выходки? Ты кому хуже сделать хочешь? Если ты думаешь, что после этого я разведусь с Ладой и твоя мать вернется…
— Заткнись и не трогай маму.
Терпеть не могу, когда он о ней говорит.
— Домой поехали.
— У меня перелом, я тут перекантуюсь.
— У тебя ушиб. Я уже говорил с врачом. Собирайся.
Ушиб? Прекрасно. Соскакиваю с кушетки и с улыбкой во всю рожу иду за отцом.
На улице нас сразу окружает кольцо охраны.
Большую часть дороги мы едем в тишине. На зубах скрипит от злости. Он притащил эту меркантильную дрянь полгода назад. Невесту, блин, привел. Даже не спросил, против ли я…
Месяц назад у него хватило ума жениться на этой дуре.
— Лада — моя жена, Ян. Нравится тебе это или нет. С магазином я замну, и с вашей «шалостью» тоже. Но если еще хоть раз! — он, как в детстве, грозит мне пальцем, отчего пробирает на смех.
Я и ржу. Громко.
Глаза сами собой закатываются от абсурда сказанного.
— Сегодня к нам приезжает дочка Лады.
— Не знал, что у шлюх бывают дети.
— Что ты сказал?
— Что слышал. Они тебе теперь на пару сосать будут?
Приподнимаю бровь, всматриваясь в отцовское лицо. Он краснеет. Еще немного, и лопнет. Понятия не имею, как пропускаю, скорее всего, потому, что не ожидал, но отцовский кулак прилетает мне по лицу.
Чувствую на зубах вкус крови. Второй раз за ночь.
— Родного сына по лицу из-за телки? Ты серьезно?
— Рот закрой и только попробуй выкинуть что-то подобное при женщинах.
Ладно. Я-то замолчу. Но, когда открою рот, вы все подавитесь собственными кишками.
Во дворе выскакиваю из машины самым первым, не дожидаясь, пока охрана откроет дверь. А как только захожу в дом, вижу эту, еще и со своей мелкой копией.
— Ян? Что с тобой… — Лада тянет ко мне свою руку.
— На хер пошла. Не трогай меня. — Протискиваюсь мимо них к лестнице, замечая, что девчонка, которую мачеха сюда притащила, в ужасе жмется к стене.
Ну да, видок у меня так себе. Рожа в крови не без помощи любимого папочки, под глазом синяк уже проявился от удара в тачке.
— Че пялишься? — делаю выпад в ее сторону, и она начинает крутить головой.
Дура.
  
Глава 2
 
Ника
Я думала, что проведу это лето иначе. У моря. С бабушкой, в нашем доме. Я не горела желанием ехать к маме, ведь, там будет ее новый муж, которого я совсем не знаю. Плюс, впереди еще экзамены и выпускной, но она так просила прилететь сейчас, хотя бы на пару денечков, что я не смогла ей отказать. «Отпраздновала» последний звонок и на следующий день улетела в Москву.
Мама встретила меня в аэропорту с водителем (его к ней новый муж приставил), он услужливо донес мой чемодан до машины, положил его в багажник и сел за руль. Последний раз мы с мамой виделись в апреле, на мой день рождения. Она прилетела за пару часов до торжества, с кучей подарков для меня и ба. Заказала самый дорогой ресторан-веранду у моря, втайне позвала туда всех моих одноклассников. Они все ею восхищались. Мама была одета с иголочки. Белый брючный костюм, красивый загар, идеальное каре. У нее глаза светились и волосы такие блестящие. Хотя сейчас ничего не поменялось, она по-прежнему выглядит как девушка с обложки.