Консультант по счастливой жизни (СИ)

— Вы консультировались по поводу имущества с адвокатом?
— Это дорого. Все дорого, Лео! Особенно война с Тарасом. Я не полезу с ним в судебные тяжбы.
— Половина его имущества — ваша.
— Он предоставил мне квартиру, нашел работу и содержит меня! Что тебе еще надо?!
— Мне?! — его вопрос — резкий, на выдохе — повисает в воздухе, как лезвие гильотины.
Все еще щурясь от яркого света, я вскакиваю с дивана, распахиваю створки безжизненного серого шкафа — почти пустого: лишь пара рубашек на вешалках — захожу в него и закрываю за собой дверцы.
В комнате тихо: Лео переваривает мой поступок.
Я опускаюсь на корточки. В детстве у меня был похожий шкаф, правда, забитый хламом, но, обиженная или напуганная, я все равно находила там место для себя. Крохотное личное пространство, пронизанное спицами света.
— Он ничего от меня не требует, — говорю я, прислушиваясь к звуку своего голоса, усиленного и в то же время приглушенного стенами шкафа.
— И поэтому у вас создалась иллюзия, что можно выбрать любой путь, — будто издалека отвечает мне Лео.
— Я не вернусь к нему.
— Да, иллюзия выбора — я так и сказал.
Пахнет пылью и мужским парфюмом. Я тихонько приподнимаюсь. Шкаф чуть ниже моего роста, мне приходится немного пригнуть голову.
— И что ты предлагаешь? Отказаться от квартиры?!
— Я ничего не предлагаю, лишь помогаю обозначить проблемные места. Как с ними поступить — решать вам.
Продеваю руку в рукав рубашки Лео. Прижимаю к животу. Какое необычное, завораживающее зрелище...
— Допустим, я признаю свою зависимость от мужа. Только осознание этого факта не сделает меня счастливой.
— Осознание этого факта даст вам опору, от которой вы можете оттолкнуться.
— А дальше-то что? Какие идеи?
Лео распахивает створки через мгновение после того, как я выдергиваю руку из рукава его рубашки.
— Ваши решения должны исходить от вас, быть осмысленными и хорошо продуманными. Вы лучше меня знаете, что должны делать, — он мельком оглядывает шкаф. Потом задерживает взгляд на мне. Рубашка все еще колыхается. — Моя задача — помочь вам разобраться в себе. Но пути выхода из кризиса вы должны найти сами.
— Вы хорошо устроились, специалист по счастью! — я пе­решла с Лео на «вы», чтобы дистанцироваться. Может, и он очерчивает границы? Консультант и клиент. Рекомендации, но не ответственность. — Значит, я буду ломать дрова, а ты — наблюдать за мной в сторонке, парень в белом пальто. Если что-то пойдет не так — ты не при делах, — приподняв подбородок, я гордо выхожу из шкафа. — Знаешь что, Лео?!
— Что? — он улыбается.
— Или с этого момента мы переходим на «ты», или можешь катиться в свою Англию! — я наслаждаюсь обескураженным видом Лео. — Пути выхода из этой кризисной ситуации ты должен найти сам.
Он прикрывает кулаком улыбку, рассматривает дощатый пол, но все равно заметно, что эта ситуация его забавляет.
— Хорошо, Анна. Перейдем на «ты». Но у меня тоже есть предложение, граничащее с условием. Поужинай со мной.
От неожиданности я хватаю ртом воздух. Но быстро беру себя в руки.
— Ужин из проросших зерен пшеницы с припущенными кольцами салата-латука? — невинным тоном интересуюсь я.
— Сэндвичи с охотничьими колбасками. Кафе рядом, в соседнем здании.
— Вот как?! Но сейчас мне не хотелось бы ужинать в кафе.
— А я и не сказал, что мы будем там ужинать.
— Вернемся сюда? — с любопытством уточняю я.
— Нет.
— Тогда что? Бар? Терраса? Лавочка у подъезда? Крыша дома? Берег реки? Мост? Смотровая площадка? Беседка? Круг обозрения? Что?!
— Очень холодно, Анна. До внутреннего озноба!
Едва сдерживаю порыв обнять его и согреть. Но вряд ли это будет уместно. Поэтому просто улыбаюсь.
— Тогда удиви меня, Лео.
  
Примечание
 
— И где мы? Ни одного горящего окна, — Анна оглядывалась, пытаясь угадать, что задумал Лео.
Он шел чуть позади, закинув пиджак за спину: вечер выдался душным.
Городская суета осталась в центре. Здесь, на окраине, далекие неясные звуки только усиливали тишину улицы. Редко и гулко звучали их шаги по мощеной мостовой.
 
Лео специально припарковал машину за квартал до нужного здания, чтобы оживить картинку, которая уже давно поселилась в его голове: Анна в легком платье чуть выше колена гуляет по вечерней мостовой. Ее волосы прихвачены шпильками, локоны выбились из прически, завились у висков. Тонкая серебряная цепочка на шее ловит лунный свет.
И сейчас картинка ожила. Правда, в его фантазиях Анна гуляла босиком, а на самом деле — в туфлях без каблуков.
Лео видел: ей все еще было не по себе после исповеди в квартире. Признаться, ему тоже. До этого вечера он не знал и десятой доли того, что Анна рассказала о муже. Но это ничего не меняло.
— Мы пришли, — он остановился.
— Куда?! — Анна скользила взглядом по зданиям, которые толкались кирпичными боками по обеим сторонам дороги. — «Книжный»? Сюда?
Лео кивнул.
Отблески фонаря касались стоящих за стеклом книг: собраний сочинений, массивных художественных альбомов, миниатюрных сборников стихов.
— Но... — Анна осеклась.
Вот ради этого Лео все и затеял. Изумление и предвкушение в ее глазах стоили именных часов. Он бы и больше отдал.
— Дай мне руку.
Анна послушалась. Лео вложил в ее ладонь ключ, мягко сжал пальцы в кулак.
Несколько ударов сердца они стояли неподвижно, глядя друг другу в глаза. Анна спохватилась первой, повернула ключ в замочной скважине — осторожно, будто он мог сломаться. Дверь бесшумно открылась.
Почти не дыша, Лео стоял у входа в магазин и любовался Анной, которая завороженно ходила между книжных стеллажей, освещенных косым фонарным светом.
— Я никогда не была в таких местах после закрытия... Они выглядят совсем иначе, словно...
— ...принадлежат тебе?
Анна обернулась. Возможно, она хотела произнести другие слова, но ей понравилось то, что предложил Лео.
— Да, принадлежат мне. Будто я королева.
— Королева Цветочков, бабочек и обнимашек? — процитировал Лео Машкин титул.
— Точно! — казалось, Анна улыбается не только губами, а вся целиком, словно светится от счастья. — И еще — книг. Я — книжная королева! — она изобразила величественный реверанс.
Лео не сразу отвел взгляд, спохватился: слишком откровенно ее разглядывал. Хорошо, что царил полумрак.
— Как насчет ужина, моя королева?
— Давай, я жутко голодная! И свет включи, пожалуйста! Хочу рассмотреть свои владения.
Вряд ли в городе был магазин, более подходящий для ужина с Анной, чем этот. В центре книжного царства находилась зона для презентаций: уютные диваны, кресла, стулья, стол. Небольшая перестановка — и стулья исчезли за стеллажами, в центре остались только стол и два глубоких кресла. Зона презентаций превратилась в зону для чтения. И для романтического ужина.
Анна вынырнула из-за стеллажей со стопкой книг.
— Лео... У меня нет слов! Это как библиотека, полная новых книг! Их сотни, тысячи! — ее глаза горели, слова от волнения путались, перегоняли друг друга. — Знаешь... Я сделала, как ты учил: полностью растворилась в процессе, даже с закрытыми глазами листала книги. Их запах просачивался в меня, наполнял легкие. А шелест страниц... Это как сказать «шум моря». Слишком плоское понятие, слишком обширное. Ведь море может, шурша, наползать на берег, а может с грохотом разбиваться о скалы. Так и шелест страниц. Если закрыть глаза, то начинаешь улавливать, насколько разный он бывает: тягучий, скрипучий, сыпучий, легкий, как полет пуха, или весомый, как падение снега с подоконника. Ох!.. И это только начало.
Анна скинула туфли и забралась на диван с ногами. Опираясь локтем о подлокотник, она рассматривала раскрытый на коленях фотоальбом, а Лео рассматривал ее.
С первого дня его приезда — со знакомства в парке — все шло кувырком, планы рушились, проблемы наваливались одна за другой. Но сейчас, вынимая из пакета еще теплые сэндвичи с хрустящей корочкой, исподволь наблюдая за Анной, он подумал, что все стало на свои места.