Собстенность Дамира (СИ)
Девушки отводят меня к зеркалу в ванной, и я не узнаю себя. Волосы уложены косами назад, аккуратный макияж делает меня чуть старше, но скрывает переживания последних дней.
Хлопает дверь. Оборачиваюсь. Дамир скользит взглядом по моему телу. Неужели он сорвёт с меня и это платье?
— Уйдите, — приказывает он по-английски.
Девушки подхватывают сумки и проскальзывают мимо него в дверь. Сжимаю пальцы в кулаки и вытягиваюсь по струнке.
[1] «Снежная королева» — сказка Г.Х. Андерсена, 1844г.
[2] General manager (англ.) — генеральный директор (может быть владельцем, акционером предприятия или нанятым работником).
Глава 14
Дамир
Хочется верить львёнку. Она не говорила лживых слов любви, но каждый взгляд, каждое движение выдавали её чувства. И тем не менее львёнок мне врёт. Никакая она не дочь Ризвану. Со всей силы бью по груше. Спустился в зал, чтобы дать выход злобе.
Карим вырвал признание из племянника Ризвана. Гуля ещё две недели назад вылетела в Швейцарию по поддельным документам. Ризван, видно, хотел подсунуть мне отштукатуренную шалашовку, похожую на его дочь. Но каким боком тут львёнок? Синявок подходящих не нашлось или времени козлу не хватило? Сам с семьёй и приближёнными к телу вышел вчера в море на яхте и не вернулся. Счета его пусты, фирмы закрыты одним днём. Кинуть меня — верх наглости и глупости. Нет на земном шаре уголка, где этот ублюдок сможет залечь на дно.
Ризвана поймают — и он не жилец. Но как поступить с львёнком? Отправил её с глаз долой и дал денег девчонкам-стилисткам привести барышню в должный вид. Сам места себе не нахожу. Неужели львёнок за деньги согласилась раздвинуть ноги? Надо отдать должное, вышло у неё это шикарно. Сердце от воспоминаний заходится, кровоточит и дрожит. Боль адская. Будто близкий человек предал.
Я принял ледяной душ, съездил на встречу. Весь день мыслями возвращался к белокурой малышке, похитившей мою душу. Сижу в машине и не решаюсь вернуться в номер. Не пойму, девчонка принадлежит мне или я ей? Мой львёнок сладкий… Каждой клеткой прикипел к ней. Это зависимость, проклятье, безумие. Я и сейчас адски хочу её. Зарываться пальцами в волосы, вдыхать аромат, пить её сок. Скорее убью, чем отдам своим орлам на потеху. Достаю пистолет и поглаживаю ствол. В салоне молотит кондиционер, а я вытираю пот с лица. Выхожу из машины и быстрым шагом иду к отелю. В сумерках канувшего в небытие дня хочется вытянуться на постели и насладиться допьяна юным телом львёнка. Но если она не скажет правду, то рассвета не увидит. В холле пробегаюсь взглядом по скучающим лицам. Кивнув светловолосой проститутке, сворачиваю в спа-зону.
В комнате для привата горят свечи и пахнет благовониями. Девушка скидывает с себя серебристое платье и достаёт из сумочки презерватив.
— Что желает мой господин?
Подхожу ближе, наматываю её волосы на кулак и носом веду вдоль тонкой шеи. Шлюшка ровесница львёнка, но уже растеряла девичье очарование и пахнет потасканной плотью. Тёмные соски набухают под моим взглядом, но мне не хочется даже прикасаться к ним. Член её желает, а разум — нет. Отпускаю девушку. Она встаёт передо мной на колени и тянется к ремню.
— Сколько ты стоишь? — отступаю на шаг.
Она озвучивает таксу за час и за ночь. Достаю из бумажника деньги и бросаю на пол.
— Выспись как следует этой ночью. — Выхожу из комнаты и спешу к лифту.
Считаю шаги, распахиваю дверь, и дыхание сбивается, стоило только увидеть львёнка.
— Уйдите, — приказываю по-английски стилисткам.
Девушки собираются и торопятся на выход.
— Она выпила таблетку, — мазнув по мне взглядом, еле слышно произносит Эмине.
— Хорошо. — Я ожидал от львёнка другого шага.
Дверь закрывается. Хочется наброситься на малышку, но я сдерживаюсь. Подхожу медленно. Нос вновь забивается её тонким ароматом. Проглатываю вдох. Мне нужна трезвая голова. Львёнок смотрит в глаза, и я сжимаю кулаки. Она прижимает руки к груди и выдыхает:
— Нам нужно поговорить.
— Я должен знать всё. Если решишь соврать, это будет последняя ложь в твоей жизни. — Усаживаюсь в кресло и закуриваю сигарету.
— Ты можешь убить меня… — львёнок опускается передо мной на колени, и её глаза лихорадочно блестят. — Но я хочу, чтобы ты знал. Это был лучший день в моей жизни.
— Какая же хреновая у тебя была жизнь, — горько усмехаюсь.
— Это правда. Мы переехали из Москвы. Мать любит выпить, и забота о Мусе с Димкой полностью лежала на мне. Если бы не они, я бы давно сбежала. Недавно мать привела Ризвана. Он приценивался к квартире…
Выпускаю дым, стряхиваю пепел. Дальше слушаю львёнка вполуха. Ризван редкостный шакал и не брезгует ничем. Утонув в долгах и кредитах, он трясёт местную алкашню. Торговля людьми и детьми держит его на плаву. В одном разговоре я обронил, что стоило бы такого ублюдка наказать его же способом. Город у нас маленький, и до Ризвана быстро дошёл слух. Психанул мужик и подстраховался самым тупым образом. У меня репутация зверя, но я человек разумный.
— Неужели Ризван сам тебя не захотел попользовать? — облизываю взглядом упругую грудь львёнка под тонким шёлком.
— Захотел. Но я была нужна ему для другого. Поэтому он только… трогал меня. — Две крупные слезинки выкатываются из глаз, оставляя на щеках чёрные потёки. Львёнок обнимает мои ноги и утыкается в колени. Я не просто убью этого урода. Он пожалеет, что вообще родился на свет.
— Как зовут тебя, малышка? Посмотри на меня. Не бойся, — глажу львёнка. Непривычно видеть вместо шевелюры золотистые косы.
Львёнок поднимает голову. Смотрю на перепачканное тушью лицо, размазанную помаду и вспоминаю ночь, кабриолет, жёсткий стояк и глаза-блюдца с размазанной под ними тушью.
— Ярослава… Вы вспомнили меня? — смущается львёнок.
— Да! — Откидываюсь в кресле и утыкаюсь взглядом в потолок. Как я мог не узнать её сразу, не почувствовать? Сажусь и беру Ярославу за подбородок. — К тебе на квартиру сегодня ездили мои люди. Там никого нет. И я не уверен, что твоя мать жива, краз уж Ризван взялся за твою семью.
Ярослава закрывает глаза, по щекам без остановки катятся слёзы. Языком подцепляю одну.
— Горькие.
Веки Ярославы, взмахнув пушистыми ресницами, приоткрываются. Могу бесконечно смотреть в её глаза. Они — моя бездна.
— Помоги спасти детей, — шепчет Ярослава. — Они маленькие совсем. Я не смогу жить, если с ними что-то случится.
— Если не поздно, сделаю всё. — Тянусь к её губам, как к единственному источнику наслаждения на земле. Замираю на полпути, прочитав немую мольбу во взгляде. Достаю трубку и открываю мессенджер. — Диктуй данные.
Глава 15
Ярослава
Дамир расхаживает с телефоном в руке по террасе и рычит в трубку. Говорит коротко. Хлёстко. До мурашек. Сбрасывает один звонок и набирает следующий номер. Ни слова не понимаю, дрожу от волнения и осознаю лишь, что Ризван — не жилец.
Смотрю на Дамира с обожанием. Он похож повадками скорее на ягуара, чем на аллигатора. Страха словно и не было. Камень упал с души. Теперь рядом с Дамиром мне ничего не страшно. Только бы спасти родных. Дамир на мгновение отвлекается от разговора и смотрит на меня, точно видит впервые. Переходит на русский.
— Ты личико-то умой! Чума двадцать первого века, — уголки его губ дрожат, и взгляд светлеет, — в холодильнике лёд. Примочки сделай, что ли.
Подхватив пакет с бельём и косметикой, стремглав бросаюсь в ванную. Вытряхиваю всё из косметички, выплюнутая таблетка, впопыхах спрятанная в неё, падает на пол. Пинаю её носком туфли. Включаю софиты по бокам от зеркала. Как сама не догадалась привести себя в порядок? Слёзы смыли макияж, ещё и нос распух. Умываюсь и, следуя совету Дамира, прикладываю к лицу пакеты со льдом. Как этот суровый мужчина переменился за сутки! Ещё вчера он обращался со мной, как со шлюхой. Очень хочется сохранить его любовь. Рядом с таким человеком я всю жизнь буду словно на пороховой бочке сидеть. И пусть. Хотя бы ненадолго наши пути сойдутся — и то счастье.