Invincible! I'm Invincible! (СИ)
— Легко тебе сказать: успокоиться. Не каждый день узнаешь, что живёшь по соседству с супергероем. Эй, а в чём твоя сила? Ты просто быстрый, как тот парень из России или ещё можешь что-нибудь ещё? А летать ты умеешь?
Этот парень слишком энергичен, как будто это у него появились суперсилы.
— Уил, ты должен пообещать, что никому, ни одной, мать его, душе не проболтаешься о том, что видел и о том, что сейчас услышишь.
— Но я… — попытался было возразить он.
— Иначе я ничего тебе не расскажу и буду отрицать всё, что ты там себе напридумывал. — Тут же перебил его я.
— Нет! Ты так со мной не поступишь! — шокировано возразил Уил. — Я же видел всё собственными глазами!
— И что ты видел? — кстати, он ведь не мог увидеть многое, я слишком быстро двигался. — А главное: кто тебе поверит? Так что, либо обещай, либо…
Я махнул головой на дверь.
— Да что с тобой не так? — но не дождавшись ответа всё же согласился. — А ладно, я обещаю.
Вот бы мне ещё иметь уверенность в надёжности твоих слов. А Клоквелл, видимо почувствовав мой скептический настрой, решил расширить свою клятву, добавив деталей и уверенности в голосе.
— Я обещаю, что никому не расскажу о том, что мой лучший друг — обладает суперспособностями и параноидальный засранец к тому же. — и сарказма.
— Хм…
— Ну что ещё? Рассказывай уже, что у тебя за силы, откуда ты их получил?
И вот самое сложное.
Не могу же я в самом деле сказать ему о том, что вернулся в прошлое и одновременно с тем попал в другую вселенную… это слишком безумно, да не стоит никому об этом знать. Даже просто раскрывать тайну Вилтрума и моего отца слишком рано, тем более кому-то вроде Уила.
— Ты наверняка слышал о том, что правительство ищет способы создать супероружие, суперсолдат, штампованных супергероев в конце концов? — начал свою вдохновлённую ложь я… хотя это не совсем ложь, точнее, совсем не ложь, всё это правда: через подобный проект прошёл в детстве Рекс, а Ева и вовсе является спроектированным на генетическом уровне супероружием правительства; просто всё это не имеет отношения ко мне. Но мне ведь не обязательно говорить Уилу то, что он может додумать и сам…
— Ты хочешь сказать? — весь подобрался от волнения Клоквелл.
— Да, я хочу сказать, что некоторые из этих проектов не вымысел, хотя о реальных жертвах таких экспериментов мир, как правило, не знает — это никому не выгодно, да и сами они не хотят огласки. Большая часть подобных проектов неизбежно проваливается, но бывают исключения, а ещё бывают исключения среди исключений.
— Чего? Ты можешь говорить понятнее, я запутался?
— Иногда бывает так, что люди, задействованные в подобных проектах, иногда даже на главных ролях, осознают тяжесть своих преступлений и пытаются исправить совершенные злодеяния. Например, фальсифицируют неудачный исход эксперимента и подменяют новорождённого ребёнка, который и является таким супероружием, в семью, которая потеряла ребёнка при рождении… так что никто об этом не догадывается.
— О-о-о… охренеть, и ты такой проект? — Купился? Кажется, купился.
— Но всегда остаются подозрения, — заговорщицким тоном продолжал я, игнорируя вопрос. — Люди из правительства подозревают обман, роют носами землю, ищут, ищут, ищут…
Да, я нагло спиздил историю Евы, но… я нигде не сказал, что эта история моя! Так что технически я даже не врал Уилу.
— Мне нельзя показывать свои силы, никто не должен знать о том, что они у меня есть, ни правительство, ни пресса, ни даже мои родители. Сейчас об этом знают только два человека — ты и я, и так оно и должно оставаться впредь. Я могу тебе доверять?
— Я — могила! — с восторгом в глазах воскликнул Уил. — А летать ты умеешь?
Ох, чёрт, я знаю о чём он думает…
***
Однако в итоге этот случай имел и положительные последствия на мою жизнь. Я бы даже сказал, что они — плюсы — перевешивали минусы. Из последних был только риск того, что Клоквел всё-таки кому-нибудь проболтается, но тут я его возможно недооценил, а вот из первых…
Помощь Уила оказалась как нельзя кстати в моих тренировках. Теперь я не использовал его в тёмную, наоборот, он сам всегда готов был прикрыть меня и помочь с оправданиями моих исчезновений. К счастью он, понимая, что я даже один летать не рискую, не просил «полетать» с ним, после примерно десятого отказа…
Ну и просто поговорить с кем-то, кто знает о моей тайне было приятно и полезно для дела и, пожалуй, для моей психики — разве что тема правительства была у нас запретной, так как я не хотел снова изворачиваться и сочинять сказки.
— Но ты ведь не собираешься прятаться так всю жизнь? — во время одного из таких разговоров о настоящем и будущем спросил меня Уил, передавая пакет с «моими» покупками.
Мы отдыхали — я после тренировки в океане, а Уил после забега по магазинам комиксов, где он якобы был со мной, — в парке у фонтана и ели мороженное. Это был один из последних дней каникул, и он выдался на удивление жарким и душным для осени. Вот вроде бы я не боюсь ни жары, ни холода, но такая душная погода всё-таки не по мне. А остальным и того хуже, ну кроме продавцов мороженного и кондиционеров — эти счастливы.
— Нет, конечно, — тут же отвечаю я. — Когда я стану достаточно сильным, то уже смогу действовать более открыто.
— Угу… а ты не думал, что можешь надеть костюм уже сейчас? — вдруг спросил Клоквелл.
Я посмотрел на него как на идиота: «о чём я тебе говорил все эти месяцы — я не могу раскрываться!»
— Я имею в виду, — словно и не заметив моего взгляда и зашифрованного в нём сообщения, продолжил свою мысль Уил. — Твои способности: сила, скорость и полёт — это не что-то необычное, по чему тебя можно было бы сразу узнать. Это ведь считай, что стандартный набор, который, в той или иной мере, есть у каждого пятого, ну разве что кроме полёта. Бессмертный, Малыш-Тор, Бой-Баба, Красный Призрак, Чёрный Самсон, Марсиан… да этот список можно продолжать вечно, Омнимен в конце концов.
— Ты же понимаешь, что только перечислил сильнейших героев планеты? — вопросом на вопрос отвечаю я. — Ну кроме Тора, и разве он летает?
— Не летает? — удивился Уил. — Чёрт я не помню, он же косплеит Бога Грома из мифов, а Боги должны летать. В любом случае, ты ведь меня понял: вовсе не обязательно показывать всё, на что способен, есть ведь куча подростковых команд, куда ты мог бы вступить…
— Нет! — Прервал его я. — Никаких подростковых команд. Однозначно. Нет!
— Ну ла-а-адно, — протянул Клоквелл. — Но даже если не в команде, сделаешь себе полностью закрытый костюм, чтобы лица не было видно, можешь, например, отказаться от полётов, чтобы не сильно привлекать внимание, или сдерживать силу, или придумать какую-нибудь легенду, которая не вязалась бы с твоей реальной силой… типа ты черпаешь энергию от Солнца… а что? Нарисуешь на костюме огромное Солнце и придумаешь себе девиз, связанный с ним — тогда тебя точно не свяжут со своим проектом шишки из правительства.
Я представил себя в костюме, почему-то похожем на средневековые латы, с огромным символом Солнца на груди и в пафосно-дебильной позе, как супергероев старых комиксов, выкрикивающим какой-нибудь девиз, типа… «Praise the sun!»
— Это… — я мотнул головой, отгоняя наваждение, и хотел было сказать, что всё это хрень полная, но внезапно понял, что мне практически и нечего ему возразить. — Имеет некоторый смысл…
Я задумался. Крепко так задумался. Я ведь всё равно рискую со своими тренировками. За это лето, я уже два раза сталкивался с представителями подводного народа и даже нашёл одно крупное морское чудовище, с которым правда не стал сражаться, так как оно спокойно себе дремало в трёхстах милях от побережья Японии, а вот парочку помельче и поагрессивнее я всё же отправил на корм рыбам. Да, пока мне удавалось уплывать от разведчиков ихтиандров быстрее, чем они смогли бы меня поймать или вызвать своего короля — а тот парень довольно быстр под водой, может даже быстрее меня, — и побеждать атаковавших меня существ до того, как кто-то заметит последствия подводной битвы, но риск увеличивается, и это факт. И идея с чем-то броским, что делало бы мой образ далёким от Омнимена, тоже была хороша — даже жаль, что я сам до этого не додумался, — вот только Солнце не подходит, половина планеты и так считает, что Вездесущий обрёл свою силу благодаря воздействию на него нашей звезды.