Invincible! I'm Invincible! (СИ)

Я ещё раз сверился с детектором. След вёл куда-то вниз, в подвальные помещения, но искать путь туда самому мне не пришлось, так как в следующую секунду одна из неприметных дверей распахнулась, и из неё выскочил взлохмаченный мужик растрёпанного вида. Но далеко он не убежал — сделав буквально пару шагов от лестницы, беглец упал на пол, настигнутый лазерным лучом, ударившим ему в спину. Похоже, Объятье уже овладела этой фишкой Красноглазого, когда выпущенные им лучи могли преследовать жертв, самостоятельно огибая препятствия.
Мой провожатый тут же залился истеричным воплем и, забыв обо всём на свете, бросился обратно, но мне он уже был не нужен.
Пролетев над дымящимся трупом невезучего то ли охранника, то ли бандита, я спустился в коридор. Очередная кишка, только с освещением ещё хуже, чем раньше, вскоре привела меня к огромным (метра четыре в высоту и столько же в ширину) каменным дверям с металлическими петлями и заклёпками по всей поверхности.
И у самых ворот стояла на коленях Объятье, покачиваясь, словно загипнотизированная заклинателем кобра. Злодейка совершенно не замечала ничего вокруг и только мычала что-то себе под нос.
Что ж, я её нашёл. И не только её саму — детектор заливался от интенсивности излучения. Вот только основным его источником была не прелестная злодейка, а эти самые двери, возле которых она сидела. Вероятно, именно там средоточие силы Красноглазого.
Сразу же приготовив пояс-подавитель, я подошёл к женщине и попытался разобрать её бормотание, но там практически не было слов — а если и были, то совершенно нечеловеческие. Неожиданно для себя я понял, что испытываю сожаление — почему-то то, что Объятье могла лишиться разума и стать безмозглой куклой, вызывало во мне куда больше сочувствия, чем её возможная смерть. Впрочем, убивать её собственноручно мне хотелось и того меньше.
Наконец Объятье (или то, что сейчас ею управляло) заметила меня. Никакого узнавания или особого обращения — я удостоился точно такого же приёма, как и все остальные, с кем она сталкивалась после воскрешения из мёртвых.
«Хм, кажется, она стала сильнее, — это был первый раз, когда я испытывал воздействие этой силы на себе, но раньше лучи казались тоньше и менее насыщенными. — Наверное, это из-за близости источника».
Возможно, если бы Объятье была в сознании, она придумала бы что-то получше, чем просто вскочить на ноги и палить в меня из своих глазок, но чего нет, того нет.
Прикрывшись одной рукой от лазерной атаки, другой я захлестнул рабочее тело подавителя вокруг талии злодейки. Как и в прошлый раз, эффект был мгновенным — поток энергии из глаз мгновенно иссяк, а сама женщина начала биться в судорогах и корчить гримасы от боли.
— Эй! — я заглянул ей в глаза и, кажется, увидел там что-то кроме страха… Узнавание? — Ты меня слышишь?
— Хватит, — упав на колени, взмолилась Объятье. — Дово-о-о-о-льно! Отпусти меня!
Я тут же отключил устройство, и она, тяжело дыша, свалилась прямо мне под ноги. Решив побыть джентльменом, я протянул ей руку и помог подняться. И хотя женщина вздрогнула от моего прикосновения, от помощи она всё же не стала отказываться.
— Ты как? — спрашиваю, всё ещё готовый к сюрпризам.
— Я… не знаю, — она огляделась, похоже, даже не понимая, где находится, а затем вдруг схватилась за горло. — Сет! Он сломал мне шею!..
Ощупав себя и убедившись, что с ней всё в порядке, она слегка успокоилась и снова начала осматриваться.
— Это последнее, что ты помнишь? — уточнил я, старясь, чтобы подозрение в голосе не было слишком явным.
— Да… Нет… Я… — Объятье заметалась, одолеваемая нахлынувшими воспоминаниями, а затем уставилась на дверь. — Оно там! Эта… тварь… она за этой дверью!
В голосе злодейки звучали неподдельные испуг и трепет. Что бы ни скрывалось за каменными дверями, она этого боялась.
И хотя возможно, что всё это лишь очередная актёрская игра, но я решил поддаться искушению и положил руку на плечо женщины, приобнимая её в защитном жесте. Побуду её тёмным рыцарем в эту ночь.
 
— Успокойся, — твёрдым голосом приказал я ей. — И расскажи мне всё, что тебе известно об этом месте.
  
Глава 102
 
К её чести, Объятье довольно быстро взяла себя в руки и, хотя её губы всё ещё подрагивали от пережитого ужаса, начала рассказывать:
— Существо за этой дверью… я была в его разуме, я видела его мысли, его прошлое. Оно… оно намного больше, чем человек, чем я или Красноглазый… эта тварь из другого измерения. Они… они как Сет, только хуже, намного хуже. Они пожирают жизнь на планетах, собирают жатву и идут дальше, словно саранча… они используют свою родную вселенную как кормовую базу, раз в несколько тысяч лет посещая обитаемые миры.
Серьёзно? Только избавились от предыдущих двух, а тут сразу ещё один.
— И сколько их таких тут? — спрашиваю.
— Один, — хоть что-то хорошее. — Он был своего рода учёным. Ему удалось найти способ перемещаться между измерениями, но из-за зависти и страха другие из его вида не поддержали его. Они испортили его оборудование, и поэтому во время первого перемещения между измерениями он оказался заперт под землёй — само его тело слилось с камнем.
По мере рассказа глаза Объятья снова начали наполняться красным свечением, а голос — силой и раздражением, словно обида на предателей передавалась от запертого в камне пришельца самой женщине.
— Запертый, но неспособный умереть, — с явной злобой продолжала она, — я оказался в ловушке безумия на столетия, пока один из вашего вида не нашёл мою тюрьму и не стал сосудом моего гнева. Хотя сам он этого не понимал, но с каждой отнятой им жизнью он отдавал часть собственной сущности мне. И здесь ещё так много жизней, чтобы отнять!
Похоже, она опять попала под влияние этой твари, раз начала говорить в первом лице. А ведь опытная вроде бы телепатка…
— Я чувствую их наверху! — уже практически кричала Объятье. — Когда они проносятся мимо, влача свои бессмысленные жалкие жизни. Их души, только и ждущие того, кто их отнимет. Со временем я накоплю столько энергии, что смогу освободить моё тело, и этот мир, что был мне тюрьмой, станет моим пастбищем!
— Ну, хватит, — я встряхнул Объятье, решив, что узнал уже достаточно, но это не помогло, её глаза всё так же светились яростью, а сама она не понимала, где находится.
Я понял, что ещё секунда-другая — и мне снова придётся иметь дело с её лазерными глазками, но лёгкая пощёчина довольно быстро привела её в чувство. Лучше так, чем снова использовать подавитель.
— Ох… Спасибо, — Объятье приложила руку ко лбу. — Разум этой твари такой могущественный и… гротескный. Мы должны уходить отсюда, пока она снова не подчинила меня…
Она попыталась уйти подальше от дверей, но я не собирался позволить этому закончиться вот так.
— Нет, — я положил руку ей на плечо, заставляя остановиться. — Уйти сегодня, чтобы завтра эта штука снова взяла тебя под контроль? Мы разберёмся со всем здесь и сейчас.
А даже если Объятье сможет сопротивляться, наверняка ведь найдётся кто-то другой. Красноглазый возвёл вокруг этой твари целый замок. Теперь, когда его нет, у тюрьмы будет новый владелец, и кто-нибудь обязательно сюда спустится и заинтересуется этими странными дверями. И тогда мы получим ещё одного Красноглазого, а то и хуже. Ведь, насколько я понял, эта штука здесь… весьма заразная, и ей вообще не важно, кто станет аватаром её силы — главное, чтобы убивал побольше.
— Но… — попыталась возразить Объятье. — Я не уверена… А как же Сет и его брат? Что, если они придут сюда, пока ты сражаешься с этим существом? Опасно ввязываться…
Точно, она ведь «умерла» в середине боя и не знает, что всё уже закончилось.
— Забудь про Сета, — оборвал её невнятное блеяние я. — Я убил его. С его братом тоже покончено. И про Орден забудь, из всех вас на свободе остались только ты и Машиноголовый. Остальные либо мертвы, либо в тюрьме.
— Я… не знала… — обычно вся такая изворотливая и хитрая, Объятье совершенно растерялась.