Дай мне больше (ЛП)

— Это! — огрызаюсь я. — Эта тайная штука… эта неопределимая штука, где мы трахаем друг друга и делаем вид, что ничего не происходит.
— О, так ты хочешь закончить сейчас? Тогда вперед, Дрейк. Подцепи какую-нибудь цыпочку в баре, если это действительно то, чего ты хочешь.
Я закатываю глаза, отворачиваясь. — Это не то, чего я хочу.
— Тогда чего же ты хочешь? — огрызается он, каким-то образом беря бразды правления этим разговором в свои руки, как будто я ему что-то должен.
— Я хочу поговорить о том, что произошло прошлой ночью. Я хочу, чтобы ты признал, что ты бисексуал и что тебя это устраивает.
Он насмехается, выглядит обиженным, как будто я только что обвинил его в том, что он именно такой, какой он есть.
— Я хочу, чтобы ты сказал мне, что, черт возьми, происходит, Хантер. Если ты хочешь, чтобы я был только с тобой и Изабель, я так и сделаю.
— Правда? Ты будешь исключительным? Никаких других людей?
С моих губ сорвался раздраженный смешок. — Да, хочешь верь, хочешь нет, но я могу перестать быть такой шлюхой для тебя.
— Ты же знаешь, я не это имела в виду.
— Да, ты имел в виду, но это нормально. Потому что всю нашу жизнь я следовал за тобой. Я оставался рядом с тобой, никому не уделяла больше своего времени, потому что сам этого хотел. И теперь, когда ты действительно получил меня… всю меня, что ты собираешься делать?
Его ноздри раздуваются, когда он смотрит на меня, выглядя одновременно нервным и расстроенным, слишком много демонов внутри него, чтобы позволить ему быть таким.
— Ты ведь понимаешь, что все гораздо сложнее, Дрейк? Мы с Изабель женаты. Это не значит, что мы можем просто…
Я смеюсь. — Что просто? Начать трахать своего лучшего друга и ожидать, что он будет посвящать себя только тебе, ничего не получая взамен.
— Дрейк, прекрати.
— Нет. Это херня какая-то. Я понял. Ты не хочешь, чтобы я трахал других людей и одновременно трахал твою жену, но это не значит, что я тоже принадлежу тебе.
Моя кровь закипает, и я чувствую, что готов взорваться. Я чувствую, что меня загоняют в угол по сценарию, который заставляет меня чувствовать, что я как-то не так поступаю, что я вообще злюсь.
— Тогда скажи мне, что делать, — говорит он с таким видом, будто может сдаться. И на мгновение мне становится жаль его, моего сломленного, испуганного друга. Когда Хантеру трудно, он борется. Я знаю это о нем, но сейчас мне нужно, чтобы он боролся за меня.
Я минуту не отвечаю, потому что… я не должен ему говорить. Изабель разбирается в этом гораздо лучше меня. Она точно знает, что сказать и как заставить его встретить ее на полпути, а я — нет.
— Скажи мне, что делать, Дрейк, — говорит он на этот раз немного громче.
Я опускаю взгляд, и меня охватывает осознание. Я мог бы дать Хантеру точные инструкции и вложить слова в его уста, но что тогда? Он не изменится, если я сделаю это за него.
Я ненавижу то, что это значит. Это меня убивает. Но Силла была права. Хантер живет за стеной, которая обеспечивает его безопасность, но не делает уязвимым. И пока он не выйдет из-за этой стены, он никогда не освободит место для меня в своей жизни. Не так.
Я превратился из его лучшего друга в его дружка-трахаря.
Раздается стук в дверь. Если мы не будем осторожны, то привлечем подозрения. Поэтому я отпираю дверь и смотрю на Хантера. Он все еще ждет ответа, но у меня для него ничего нет. Эта часть за ним.
— Я не знаю, — говорю я, открывая дверь, и мимо меня проходит незнакомый мужчина. — Просто исправь это.
И с этим я выхожу из ванной. Затем, быстро попрощавшись со столиком и обеспокоенной Изабель, я выхожу из бара.
Но это недостаточно далеко. Что-то подсказывает мне, что даже новая квартира и новая работа все равно не помогут избежать того ущерба, который мы нанесли.
  
Правило № 33: Исправь это
 
Хантер
Мастер-класс переполнен. Он заполнился за считанные минуты, и у нас уже есть заявки на участие, что замечательно, но пока я стою в конце комнаты и наблюдаю за разговором Дрейка с Силлой, мне трудно сосредоточиться на семинаре. Вместо этого я размышляю, могу ли я предложить Силле место в Salacious на полный рабочий день, даже если это означает, что мне придется наблюдать за тем, как она флиртует и дружит с мужчиной, которого я люблю.
 
Я знаю, что, хотя он и улыбается своей яркой, кокетливой улыбкой, он не счастлив. Не совсем.
Изабель постоянно смотрит в мою сторону. Она следит за моей реакцией. Не знаю, может, она ждет, что я сломаюсь.
Черт, может, я жду, когда сломаюсь.
С тех пор как в четверг в ванной произошла небольшая ссора, Дрейк со мной практически не разговаривает. Ничего, кроме рабочих разговоров о сегодняшнем семинаре.
Изабель тоже со мной почти не разговаривает. Я в одиночку разрушаю два самых важных отношения в моей жизни и не знаю, как это исправить. Он просто сказал "исправить", как будто это так просто. Как будто я знаю, что, черт возьми, теперь делать. Он хочет, чтобы я стал бисексуалом. Хорошо, а это действительно улучшит ситуацию? Разве это не большой шаг для меня? Но действительно ли я бисексуален, ведь пока что он единственный мужчина, на которого я хотел бы положить свой рот. Так какое ему дело до того, откроюсь ли я?
Только вот я знаю, что это имеет значение. Это важно, потому что пока я не приму себя таким, каким я есть, я не смогу принять его. Пока я не избавлюсь от ненависти и невежества, которые привил мне отец, Дрейк никогда не сможет по-настоящему доверять мне.
Изабель снова смотрит в мою сторону, как будто читает мои мысли.
— Эй, Иззи, иди сюда, — зовет Дрейк, отвлекая ее внимание от меня. Она пересекает комнату, тихо обсуждая что-то с двумя другими, в то время как зал продолжает заполняться, и посетители начинают занимать свои места за столами. Семинар начнется через несколько минут.
Каждые несколько минут Изабель бросает осторожный взгляд в мою сторону, затем возвращается к ним, чтобы продолжить разговор. С напряженным выражением лица она кивает. Я стоически стою, когда она оставляет их разговор и направляется ко мне.
— Силла просит меня помочь с демонстрацией, — осторожно шепчет она.
— С Дрейком?
Она кивает, глядя на меня с овечьим выражением в глазах.
— Конечно. Думаю, это отличная идея, — вру я. Как будто от того, что я снова увижу их на сцене, эта и без того напряженная ситуация станет лучше.
— Хорошо. — На мгновение застыв на месте, я замечаю, как она пожевывает губу и наблюдает за мной, как будто ждет, что я скажу еще. — Знаешь… если ты хочешь подняться туда вместо Дрейка…
— Нет, — оборвал я ее. — Я ужасен в этом. Дрейк лучше.
— Это нормально, что у тебя плохо получается. Мы должны учиться.
— В любом случае, вы двое лучше смотритесь вместе, — отвечаю я, и ее дыхание сбивается, когда она смотрит на меня.
— Изабель, ты готова? — зовет Силла, но моя жена долго не может оторвать от меня взгляд. Наконец, она бросается на сцену вместе с Силлой и Дрейком и наклеивает такую же фальшивую улыбку, как и Дрейк.
Я молча стою в глубине зала и смотрю на нее с отсутствующим выражением лица. В отличие от прошлого раза, наблюдение за тем, как Дрейк и Изабель прикасаются друг к другу, не вызывает у меня ничего, кроме чувства пустоты. Они не исключают меня. Я исключаю себя.
В разгар моей внутренней вечеринки жалости глубокий голос шепчет мне сзади. — Я бы назвал это успехом.
Я поворачиваюсь и вижу Эмерсона Гранта, который осматривает толпу. От его слов у меня в груди поднимается чувство гордости.
— Да. Люди просят еще.
— Не сомневаюсь. Тебе как-то быстро удалось все это организовать. Ты должен гордиться, Хантер.
— Я горжусь, — отвечаю я, поворачиваясь к нему, но мои слова выходят плоскими.