Дай мне больше (ЛП)

— То, что произошло между нами, было просто интрижкой, Дрейк. Сумасшедший отпуск, но теперь все кончено, — отвечаю я, следя за выражением его лица в поисках признаков того, что он согласен.
Он нахмуривает брови, делая шаг ко мне. — Ты действительно так думаешь? Ты считаешь, что это ничего не значило?
— А ты?
Мы смотрим друг на друга в течение долгого напряженного момента, прежде чем он насмехается и сердито проводит руками по волосам. — Я думаю, что мы оба находимся во власти того, кто наверху. Я думаю, что то, чего он хочет, и то, что он готов признать, что хочет, — это две разные вещи, и пока он не поймет это, мы оба застрянем вот так.
Я смаргиваю надвигающиеся слезы, потому что в глубине души знаю, что то, чего он хочет, никогда не произойдет. И если Хантер не сможет смириться с этим, то Дрейк никогда не будет счастлив. А если у Дрейка не будет Хантера, то и у меня не будет Дрейка.
Ужас вонзился в мое сердце, как нож.
Отбросив боль, я бесшумно передвигаюсь по острову, открываю шкафчик рядом с Дрейком, чтобы достать стакан для воды. Когда я закрываю дверцу, я чувствую, что он стоит ближе. Когда я пытаюсь обойти его, чтобы добраться до холодильника, он преграждает мне путь.
Нож вонзается чуть глубже.
— Дрейк, — шепчу я, не в силах смотреть ему в глаза. Его рука касается моей талии, когда он подходит ближе, дыша мне в шею.
— Я никогда в жизни не был так зависим от другого человека, Изабель. Но я не могу перестать думать о тебе.
Его губы касаются моей шеи, и я закрываю глаза от нахлынувшего на меня стыда. Я не двигаюсь, но и не останавливаю его.
— Я все еще чувствую тебя в своих руках. Каждый раз, когда я закрываю глаза, я слышу звуки, которые ты издавала, когда я трахал тебя. Я знаю твой вкус и твой запах. Я знаю, что должен жить дальше, но не знаю, смогу ли.
В его голосе боль и искренность. Настолько искренний, что мое сердце раскалывается на две части.
Мне хочется упасть в его огромные объятия и почувствовать тот особый комфорт, который я ощущаю только в объятиях Дрейка. И на мгновение мне это почти удается. Не знаю, будет ли это слабостью или храбростью, но я не могу сказать ни того, ни другого.
Повернув голову, я смотрю ему в глаза, наши рты так близко, что я чувствую его дыхание. — Мы не можем. Больше не можем.
Боль, вспыхнувшая в его глазах, хуже, чем нож, который сейчас торчит в моей груди. Вместо того чтобы поцеловать мои губы, он прижимается лбом к моему, и мы остаемся так на мгновение, вдыхая друг друга так сильно, как только можем, выражая простыми прикосновениями все то, что не можем выразить больше.
Наконец, я отстраняюсь, и он позволяет мне это сделать. Когда я выхожу из кухни, чувствуя, что мое тело тяжелее и медленнее, чем когда я спускалась сюда, он произносит мое имя, и я останавливаюсь и поворачиваюсь к нему.
— Ты ведь знаешь, что всегда была моей девушкой, правда?
Я сдерживаю свои эмоции. Успокоившись, я киваю.
— И несмотря ни на что, ты всегда будешь моей девочкой.
Слезы застилают мне глаза, и я заставляю себя улыбнуться. — Спокойной ночи, Дрейк.
— Спокойной ночи, Изабель.
Наверху я забираюсь в постель рядом с Хантером, но засыпаю спиной к нему, чего я почти никогда не делаю, но сейчас я злюсь на него. Он так поступил с нами, играл с нашими сердцами, словно они были его игрушками, а теперь он разрывает нас на части. И если он не будет осторожен, то разрушит не только свою дружбу.
  
Правило № 29: Любовь делает тебя идиотом
 
Дрейк
У МЕНЯ СВИДАНИЕ. Мое первое, если быть честным. То есть, я и раньше встречался с другими людьми, но всегда с намерением потрахаться. А в этот вечер я сижу в ресторане с барменом Гео с намерением узнать его поближе.
Это мучительно.
Не с Гео — он замечательный. Он веселый, добродушный и любит делать мне комплименты. Я могу представить себе, как мы проводим время вместе, напиваемся, смотрим кино, просыпаемся рядом друг с другом. То есть… возможность есть, но волнение? Не совсем.
 
— Итак… ты обещал рассказать несколько историй из своей поездки. Я хочу услышать все об этих других клубах, — говорит он с кокетливой улыбкой, потягивая свою "Маргариту".
— Эх… — Я почесываю затылок. — Я не очень хочу говорить о своей поездке, если вы не против.
Он сразу же извиняется. — Конечно, все в порядке. Мне очень жаль.
— Не извиняйся. Это сложно, вот и все.
— Из-за Хантера… или из-за Изабель?
— Э-э-э…
— Прости. Боже, как я был любопытен, — отвечает он со смехом. — Пожалуйста, не обращайте на меня внимания. Я всегда сую нос в рот, когда выпью.
На этот раз я смеюсь, и это помогает снять напряжение. — Все в порядке, правда. Но если отвечать на твой вопрос просто… да.
— О.
— Да…
— Ну что ж, — говорит он, поднимая свой бокал в мою сторону. Я поднимаю свой бокал и прикладываюсь к его бокалу. — За отскоки и новые начинания.
Я снова смеюсь, поднося бокал к губам. Он изучает меня в течение минуты, ковыряясь в своем ужине. — Могу я задать тебе личный вопрос?
— Конечно, — отвечаю я. Мы ведь для этого и собрались, не так ли?
— Ты когда-нибудь встречался с мужчиной?
— Гм… Гео… Я никогда раньше не встречался с человеком.
— Черт, — отвечает он с усмешкой. У него действительно милая улыбка, но я не чувствую той сильной химии, которой жажду. Это нормально для свиданий? Я имею в виду… если мы совместимы и ладим друг с другом, то физическая химия придет. Разве нет?
То есть, я представляю себя с ним, его губы, обхватывающие мой член, или его колени, прижатые к груди, пока я погружаюсь в него. Но это все, что может представить мой мозг. Он всегда возвращается к сексу. Влечение к Гео есть… но желание звонить ему и видеть его после этого? Не очень.
— Да, я просто никогда не считал себя подходящим для парня. И у меня всегда был лучший друг, с которым мы вместе проводили праздники, дни рождения или каникулы, так что я никогда не нуждался в ком-то еще.
Он кивает, и мне начинает казаться, что я слишком много говорю о Хантере.
— Но если тебе интересно, могу ли я представить себя остепенившейся с мужчиной… — Я пожимаю плечами. — Да. Не вижу причин для этого.
— Ты бы не скучал по киске?
Я чуть не поперхнулся пивом от его прямоты. Вытирая лицо, я задумался. А я бы скучал?
— Хм…
После нескольких минут раздумий он улыбается. — Я расцениваю это как "да".
— Если тебя это утешит, то я думаю, что мне будет так же не хватать члена, если я остепенюсь с женщиной.
— Это должно было меня успокоить? — спросил он со смехом, и теперь мы оба хихикаем так сильно, что наши лица покраснели.
— Извини. Это неловко, — говорю я, когда наш смех утихает.
— Нет, у тебя все отлично.
— Значит ли это, что у меня будет второе свидание? — спрашиваю я с выражением надежды.
Он барабанит пальцами по своему стакану, размышляя об этом. — Я не знаю, нужно ли тебе второе свидание, Дрейк.
Мои плечи опускаются, когда он отстраняется от меня. Черт. Я уже начинаю смиряться со своей участью состариться и умереть в одиночестве, когда он протягивает руку через стол и касается моей руки. Когда его глаза поднимаются к моему лицу, в его выражении есть что-то знойное и манящее. И впервые я чувствую ту искру химии, которую так хотел. Внезапно я думаю о том, чтобы забрать его домой и перегнуть через спинку дивана, чтобы трахать его до тех пор, пока он не закричит.
— И что же мне нужно? — спрашиваю я низким шёпотом.
— Я думаю, тебе нужен хороший трах, чтобы выкинуть из головы все, что произошло во время твоей поездки.
— И ты… можешь мне в этом помочь?
Он наклонился, зажав нижнюю губу между зубами. — Абсолютно, блядь, безусловно.
Идеально. Да, я собираюсь перепихнуться сегодня. Это то, что мне нужно.